Бражник

Историй множество на свете —
Пополним мир ещё одной
О незадачливом поэте,
Что, до беспамятства луной
Был увлечён, без многоточий,
На злобу дня и тёмной ночи,
Забыв о блеске юных звёзд,
Выстраивал прозрачный мост
К своей таинственной зазнобе,
Что в сумраке боготворил,
Возможно, даже не любил,
Но интерес питал особый.
И в свете собственных затей
Он видел облики людей.

                II

Мог различить лицо Мадонны
Или седого старика.
Протягивая ввысь ладони,
Согнувши в виде черпака,
Вбирая лунный свет как влагу,
Плеснув всё это на бумагу.
Высокую в том видел честь,
И только поутру прочесть
Имел возможность писанину,—
Ведь бесконечно уставал,
Покоя мыслям не давал,
Передавая всю картину
Тем,кто не видел никогда,
Как льдом становится вода.

                III

Смешливых дев косые взгляды
Не отпечатывали след
В душе не знающей услады —
И в этом обществе поэт
Не смел надолго оставаться.
И в вихре хлынувших оваций,
Что вызывал рельефный слог,
Как призрак, он исчезнуть мог.
И вновь, снедаемый смятением,
Поспешно он сбегал во двор,
Где ожидала до сих пор
Луна, пьяня своим свечением,
Опутав нитью золотой, —
Влекла куда-то за собой.

                I V

И наш герой ступал поспешно,
Всё тот же проложив маршрут,
И в том походе безутешном
Он— рядовой придворный Шут —
Стенал,гримасничал, кривлялся,
Просил прощения и клялся,
Что будет предан только ей,
Владычице судьбы своей.
А что ж Луна— она молчала,
Ей до страдальца дела нет:
Ведь селенитовый свой свет
Она веками источала,
Немало погубив глупцов,
И живописцев,и певцов.

                V

Лишая разум привилегий,
То содрогаясь,то крича,
Поэт сгорал в блаженной неге,
Ныряя в омут сгоряча.
Стеснив настойчивым укором,
Приятели твердили хором:
«Остепенись,ступай назад!
Твой путь— прямой дорогой в ад
Ведёт во тьме без промедлений
И прежней радости твоей
Не видим в суматохе дней.
Ты стал прозрачной лунной тенью.
Увы,не исцелит она,
А увлечёт тебя до дна.»

                VI

Но не внимал рифмач советам:
Луна по-прежнему влекла.
Неразличив огня от света,
Утратил тонкие крыла.
Подобно бражнику ночному,
Что стрекача терзает дрёму,
Не дав сомкнуть усталых век
И гибнет на виду у всех,
Сгорая в пламени фатальном,
Что дарит сумраку свеча,
Ложась под остриё меча
В последнем танце усыпальном,
Он слепо устремлялся вдаль.
Такой была его печаль.

                VII

Сбегали на листы чернила
Из мерклых глаз и вскрытых вен.
В строках сочилась мысли сила,
Всё остальное— прах и тлен.
Совокупляясь с лунным светом,
Являлись лирику ответы
На то,что много лет искал,
Скрывая за губой оскал.
В ночное небо,беспрестанно,
По-волчьи дико,как умел,
Он,зачарованно, глядел,
Стихи глаголуя спонтанно,
Рождая в муках чистый слог…
Каков же был сему итог?

                VIII

Казалось бесконечно мало
Надменный образ лицезреть
И показные мадригалы—
Лишь зыбко собранная плеть.
Претерпевать не в силах боле
Своей ничтожно малой роли,
Отчаянный,свершая шаг,
Ступая в беспросветный мрак,
Ума лишённый от бессилья,
С плечей смахнув излишний лоск,
Соединив перо и воск,
Поэт придумывает крылья
И,выйдя на высокий склон,
Себя вручает ветру он.

                IX

Поднялся в буйственном потоке
И думал,что уже вот-вот
К своей мечте,золотощёкой,
Устами влажными прильнёт.
Но также,как в античной драме,
С небес был сброшен в наказанье,
Испытывая солнца жар,
Наивный юноша Икар,
Не дотянувшись до зенита,
Безумец камнем рухнул вниз.
Увенчан крахом был каприз,
Фатален был финал пиита,
И,о земь кости размозжив,
Лишь чудом он остался жив.

                X

И что-то в нём перевернулось.
Луна утратила окрас.
Жизнь в русло прежнее вернулась
И оказалась без прикрас.
Всё стало в чёрно-белом цвете,
Возникли вдруг жена и дети.
Стихов он больше не писал—
Быт поглотил былой запал.
Он стал таким,как все, обычным,
Песчинкой средь пустынных дюн.
Вериги сброшены.Костюм
Для соблюдения приличий
На нём классический одет.
Жив человек,но мёртв поэт.

.                Эпилог

                     I

Окончен бал. Сорвите маски.
Зачем бессовестно скрывать?
В палитре дней не хватит краски
Всю серость сцен замалевать.
Напрасно не тревожьте пламя :
Куда бы вы ни шли,перед вами
Всегда окажется стена,
Где выбор есть – всему цена.
Две позолоченные чаши
Висят недвижно на цепях.
Сбит балансир,и только страх
Становится мерилом вашим.
И нет возможностей иных—
Остался лишь последний штрих.

                II

Какая здесь альтернатива,
И что же выберет поэт—
Монет златые переливы
Или Луны зазывный свет
И скрип классической пластинки?
В традиционном поединке
Сошлись: Материя и дух.
Невежды хором скажут вслух:
«Конечно же,бери монету!
Горчит порой Эвтерпы хлеб,
Живых не утолит потреб.
Стезя заманчивая эта.
Неужто ради сотни ртов
Ты сам голодным быть готов?»

                III

Отвечу: так не страшен голод,
Куда весомей пустота
И сердца тлеющего холод.
Судьба поэта не проста.
Избрав тернистую путину,
Ныряя в зыбкую пучину,
Со дна он перлы достаёт—
Пусть потешается народ.
Но кто,скажите, вступит в споры
С последним танцем мотылька?
И чья поднимется рука
Сорвать с лица глухие шоры?
Таков у бражника исход—
Окончить в пламени полёт.

05.02.2026г