В сколах боли на ранах открытом сиянии

Слишком много боли отпечаталось внутри,
Где проливалась кровь, запечённая
со слезами на глазах
старой боли на глубине души.
Она высыхала и оставалась
прочными воспоминаниями, стянутыми вместе.
Отвержение, моменты темноты,
Где остаёшься ты один наедине с собой
И со своей внутренней болью.
Ведь она, как на твоих ранах,
расцветает внутри тебя и становится ярче.

Холод внутренней боли, скрытый
за тысячами
разочарований, прятался внутри
От каждого страха
сближения и новых потерь,
Чтобы предостеречь себя
от новых разочарований.
Ты отрезаешь себя
от контакта с другими
и остаёшься наедине с собой.

Воспоминания стираются,
и боль забывается,
Всё будто уходит
в одну длинную реку памяти,
Забирая тысячи воспоминаний,
проведённых вместе.

Они, кадр за кадром,
спустя годы твоей жизни
Исчезают, забирая все эмоции,
подаренные с годами жизни.
Они больше не оживают внутри
И не проигрывают
тысячи голосов внутри,
Что зовут обернуться назад,
Что однажды ранило
до глубины души

И оставило след в душе.
За каждую боль,
подаренную в сердце,
Она разошлась огромным
холодом по сердцу,
Где тысячи ран
кровоточили, как и прежде.

В сколах боли на ранах,
открытом сиянии —
Страх повторной утраты,
боясь потерять кого-либо,
Лучше не подпускать
никого ещё ближе,
Живя в холоде, где
за толстым холодным стеклом
Никто не доберётся ни

до сердца, ни до души,
Оставаясь на своей закрытой территории,
где место есть лишь для одного.
Даже того одинокого
человека, кто сидит один
В кубе своего холодного льда
из одиночества и боли,
Погружённого в свой собственный
глубокий внутренний мир.

Где тысячи кадров
проходят перед его глазами
И воспоминаниями приходят
снова, как прежде,
Только без чувств и эмоций.
Лишь мягкие серебряные
слёзы скатываются с глаз того,

Кто смотрит на свою жизнь
и оглядывается назад
И пытается вернуть то,
что он однажды потерял
И не сможет вернуть снова.
Ведь те, кто уже были дороги,
Ушли из жизни, в которую
они больше не вернутся.

Закрывая своё
сердце ещё больше,
Когда оно вот-вот будет
готово раскрыться ярче,
Тёмные осколки прошлого
закрывают его полностью,
Не давая ему заново
засиять, как прежде.

Оглядываясь назад на
старые раны и ошибки,
Что однажды стали частью
жизни и внутреннего пути,
По которому дорога выстраивалась
медленно и постепенно, день за днём.
Умея выживать в закрытости,
Учишься не нуждаться
ни в ком и ни в чём.

Но с приходом темноты,
Когда яркий чистый свет
сменяет тёмная глубокая ночь,
Все внутренние страхи и слёзы
на глазах поднимаются наружу.
В тысячах воспоминаний,
прикоснувшись к внутренним шрамам,
Засияли на открытых ранах
хрустального разбитого сердца,
Склеенного тысячей
хрупких узоров души,
Сплетаемой вместе в тысячи
нежных касаний к сердцу.

Живя во внутренней
темноте своей души,
Ты выживешь в самой
разрушающей тебя
боли изнутри,
И она не даёт упасть —
она держит тебя.

Но её шрамы крепкие
и самые болезненные
Будут напоминать
о каждом ожоге
на твоём сердце,
Который ты будешь
помнить много лет.

Эти раны станут отправной
точкой силы и внутреннего роста,
Когда все дороги сведены
на одной линии в тысячи узоров.
Остаётся выбирать лишь свой путь,
Которому ты будешь следовать до конца.