Право и улыбка

Мне дали право — скорбный дар Прометея,
Что, как орел, кромсает плоть идей.
А улыбка — ларь Пандоры, что цепенея,
Хранит весь яд потерянных страстей.

Я — тень в пещере Платона, прикованный к скале,
Где право видеть свет — уже предел вины.
Моя улыбка — лишь отблеск на стене,
Искаженный отсвет давней вышины.

Право на стон — мой Сизифов удел,
Где каждый вздох катится в бездну зла.
А улыбка — яблоко раздора, что кипел
В груди, когда судьба свой приговор свела.

Я — Иов, лишенный кожи и семьи,
Мне право вопрошать дано без прав ответа.
А улыбка — пепел в горсти пустоты,
Что посыпал главу в час страшного совета.

О, право быть! Но быть — в тоске по миру идей,
Где нет шипов в венце из чувств и снов.
А улыбка — Данаиды долгий рудник страстей,
Ведро с дырным дном для одиноких слов.

Мне право на крест? На Голгофу пустых дорог,
Где капля пота с кровью пополам?
А улыбка — Вероника последний плат,
Что отдает черты не Богу — небесам.

Я — пилигрим в пустыне абсурда и тоски,
Где право на обетованность — мираж.
Моя улыбка — солнце над пустой рекой,
Что сушит ил надежд в последний час отваг.

И если право — то, что отнял роковой отец,
Вкусивший плод с древа познания зла,
То улыбка — Каинова печать лица,
Отметина на вечность, что порвала
Все нити мифа между адом и рассветом,
Оставив право плакать кровью по этому свету.

А я все ношу этот душный лик —
Смесь фаросского огня и тьмы Иова.
Имею право быть несчастным. Но возник
Лишь эхом титана под тяжестью основа.
Моя улыбка — притча о блудном сыне,
Что возвращается всегда в раздеты стены,
Неся в руках не золото — горести пустыни,
Право на крик в безбожной вселенной.

И вот стою на распутье древних трагедий,
Где право выбрать — право быть распятым.
А улыбка — маска лицемерных Надежд,
Что шепчут о спасеньи безнадежно красным.
Я — осколок амфоры в руинах Вавилона,
Мне право на тоску дано без меры.
А улыбка — вавилонская плаха звона,
Где каждый звук теряет веру и размеры.

И если право — это крест без воскресенья,
Тогда улыбка — Троя в последний миг горенья.
Я принимаю оба дара как бич и медаль,
Чтоб гореть в собственном мифе без плоти и морали.