Белый ворон

Жил в одной вороньей стае белый ворон,
Он с рожденья белым был, как снег зимой.
И хоть преданности к братьям был он полон,
Но для стаи был он всё-таки чужой.

Редко каркал он, был тихим сверх приличий,
И всегда держался скромно в стороне.
Если стая пировала над добычей,
Молча перья свои чистил на сосне.

Зато первым замечал всегда опасность,
Если хищник и стрелок лихой с ружьём,
А для стаи своевременная ясность
Позволяла улетать всегда живьём.

Наклевавшись раз добычи до отвала,
В хрип раскаркалось сытое вороньё,
Мол держать урода в стае не пристало,
Он позорит наше дружное житьё.

Все набросились на белого собрата,
Били крыльями, клевали до крови.
Злая стая, что родной была когда-то,
Не нашла ни состраданья, ни любви.

Почерневший весь от горя и обиды,
Улетел за лес израненный изгой,
А охотники, на то имея виды,
Стаю утром расстреляли за горой.

Много лет минуло с той поры далёкой,
Ворон стал седой и хмурый, как монах.
Так и жил в лесу до старости глубокой,
Наводя на всю округу дикий страх.

Но не мог он наслаждаться вольной волей,
Одинокий без семьи и без родни,
Размышлял он над своей печальной долей,
Вспоминая те трагические дни.

А случалось над знакомою сосною
Ненароком пролетал бывало он,
Раздавался тогда в небе над землёю
То ли птичий крик, а то ли тяжкий стон.