Живые поезда

Памяти деда

Есть важный символ внутренних эпох,
И в памяти семьи – не исчезал он.
Был дедушка начальником депо,
И «папой поездов» ж/д вокзала.

Он чтил порядок, уважал закон,
Работал горячо и виртуозно:
Дед поимённо знал любой вагон,
И с каждым разговаривал серьёзно.

«Ну что же ты сломался, мой дружок?
Ещё не старый, а уже скрипишь ты…
Сейчас починим – будет хорошо,
До Питера ещё сгоняешь трижды».

Читал дед много в зрелые года,
И верил он в победу коммунизма.
Не брал подачек, взяток никогда,
И с совестью не шёл на компромиссы.

Трудиться был без отпуска готов,
Но было отстоять депо непросто:
Дед видел, как плоды его трудов,
Стираются разрухой девяностых.

Повсюду воровали, жгли дотла,
Братки искали темы для коммерций.
Дед сохранил, как смог: людей, дела,
Но у него не выдержало сердце.

Он умер, не покинувши поста,
Хоть всем казался бодрым и здоровым.
И деда провожали поезда –
В последний путь синхронным общим рёвом.

Так машинисты «кланялись» ему,
Договорившись дать сигнал в дорогах.
А в городе не знали – что к чему,
И думали – воздушная тревога.

Я вздрагиваю до сих пор, когда
Звучат гудки вокзальные внезапно:
Так плакали большие поезда,
В последний путь сопровождая «папу».