Поэма Русский Дух

Застонала земля, опечалилась,
Копытами в дрожь разухабилась.
По полям по зелёным, некошеным,
Ворог злой подъявился непрошенный:
Тучей черною, тучей грозною,
Саранчею, сметающей исполу
На пути своем сёлы родные,
Сёлы мирные, беззащитные.

Полыхают огнем хаты скромные,
Что руками построены, срублены,
И рыдают вдовы с детишками
По отцам, что врагами погублены.

От села к селу весть печальная,
Что уста просолила слёзами,
О кровавых делах злого ворога,
Полетела стремительней ворона,
Супостата смертно клянущая,
Заступиться дружину зовущая,
Что мечом своим, остроточенным
Остановит нечесть бездушную.

Долетела до града столичного.
Взбудоражила, растревожила
Праздно скалящегося и пирующего
Князя светлого со дружиною.

Не поверил Князь в весть печальную,
Принесенную вдруг нечаянно -
Ведь братался он с этим ворогом,
Обуздав его таким образом.

Вера в милость врага огорошила,
Словно молния нервы всполошила.
Отрезвился Князь, заосанился,
Под хоругвями опечалился.

И забыв поведение приватное,
Столования все отменивши,
Приказал сбирать войско ратное,
Давно меч на орала сменившее.

А дружина вся вспопыхалася,
Рассупонилась, застоялася,
От коней своих растерялась,
И в парчовых халатах расстрялася.

Собираться час,
Только войска нет,
Князь явился сам
Да придворный свет.

Тишина вокруг - никого ведь нет.
А ведь были все за обедом княжеским
И хвалилися и рядилися:
- Не пройти сюды ордам вражеским.

- Мы их левою, мы их правою.-
За столом лились тосты здравые,
Беззаботные, слуху сладкие.
А пришла беда, где вы ратники?

Аль забыли про левую-правую?
Землю родную на поругание
Отдадите, забыв обещание?
Но слова эти канули пропадом
В тишину, пред дворцовым пологом.

- Ой ты, люд мирской! Люди, родные!
Что холопами отзывалися,
Вы же братья мне, хоть и сводные,
Собирайтеся, снаряжайтеся.
За отчизну нашу повинную,
Болтунами ставшу бессильною,
Заступися народ своей силушкой,
Что беззлобная своей верушкой
Во Единого и Всесильного,
Плоть от плоти всеми любимого.

И назначен день,
И назначен час,
Чтоб собрались все,
Чтоб пойти гурьбой,
Кто не стар - не млад,
На жестокий бой.

И вставал народ и ряды росли.
Топоры свои руки принесли.
И рогатины для мирских работ,
Чтоб сгодилися на врага в поход.

Пики острые, заточёные,
С кольев выточенные, заострённые.
Луки вольные, да дубовые -
Тетевою суровой натянуты,
Со стрелами из дуба рощенными,
С наконечниками бронзой красными.

Мужики не одни вспопыхалися,
А и жены с ними собралися,
Чтоб варить обед, да больных лечить,
Вместе чтоб вражью силу бить.

Всполыхнулося войско грозное -
Онучами, лаптями обутое,
Кушаками штаны подвязавшее
Да рубахи надевшее красные.

Стали стягиваться и дружинники
Что не всю совесть пропили,
И словами не всю славу молвили.
Собирали полки под знамёнами,
Становили шеренгами рядными,
Чтоб выступить формой отрядною.

Понял князь, что за силушка
С ноги на ногу перед ним преминается
И колышется красным знаменем,
И на смертный бой отправляется.

И не он тому огорчение,
А земля под ногами что родная,
И домишки сутулые, скромные,
И детишки, пока не смышлёные.

Снял он шлем свой на солнце искрившийся,
Да сказал фразу всеми избитую,
Что туча надвигается черная,
Разогнать её силой надобно сильною.

Взволновалась рать, разухабилась
И на бой с врагом тем отправилась.

А чтоб было в душе поспокойнее
И дорога казалась по менее
Затянули они песню звонкую,
Песню звонкую, сердцу милую:

"Были мы ребяты,
Жили мирно в хатах,
Жили не тужили о былом,
А теперь солдаты -
Бросили мы хаты,
Чтоб спасти свой край родной.

А ты не плачь
Родная обо мне.
Коль не приду,
Вернусь я на щите.

Рядом мы шагаем
Песню запеваем
И на смертный бой идём.
Враг ещё не знает,
Что он зря гуляет
По земле моей родной.

А ты не плачь
Родная обо мне.
Коль не приду,
Вернусь я на щите."

Долго ли иль скоро,
В этом ли секрет?
Вышло войско в поле
Стало на ночлег.

И слышны лишь только
Всполохи огней.
Говор иноземный,
Ржание коней.

Стали - снарядились
Биться по утру,
Четко поделились
Стали по уму:

Где заслон, где конный,
Пеший где отряд,
Лучники в лесочек
Отошли назад.

Князь с резервом слева,
Чтобы дожимать
Когда враг матёрый
Станет наперать.

Поняли: последний для кого-то день
Сечи этой страшной - умереть не лень
За родную землю, за честной народ,
За детишек малых, в ком душа живёт.

Солнце утром встало, осветило лес,
Небо серым стало - воронья замес:
Ждут, чтоб поживиться мертвечиной впрок,
Каркают и знают - в этой битве толк.

Ятаганы справа. Слева топоры.
Ржавые кинжалы, лапти, зипуны.
Хоругви и знамёна с нашей стороны.
И молитва к Богу с просьбою : - Прости.

Кто-то крикнул просто: - Русичи вперёд!
Хлынуло по полю красное пятно.
Стрелы полетели из лесочка в цель,
Топоры запели: - Бей, бей, бей.

Встрепенулся ворог, начал отвечать,
Ятаганом нашим головы срубать.
И сошлись немея, смертью смерть пинать,
Враг ошеломлённый начал убегать.

Вовремя с резервом выдвинулся Князь,
В тыл врага, что войско начал собирать.
Кровь кругом и слезы, рваное тряпье,
Оханье от боли. Стаей вороньё.

К вечеру все стихло, ворог прочь ушел,
Смерть в степи он русской для себя нашел.
- Сколько нас осталось? - молвил светлый Князь.
- Утром сосчитаем, битва удалась.

Утром построение, раненых вперёд,
Головокружение, от земных невзгод.
На щиты убитых, словно в песне той,
Что вернусь родная, я в родимый дом.

Все вернули села, что пожог тот враг,
Вороньем что склеван, брошен впопыхах.
Пусть запомнит ворог, и зарубит сук,
Нет той силы в мире, победить наш Дух.