Потомкам

Совсем недавно, в майский день известный,
Моя семья сидела за столом –
Обычно деду отдавали честь мы,
Подняв бокалы с крепким коньяком.

Пусть тот коньяк не всеми был приемлем –
Иль млад, иль стар, иль даже занемог,
Но как понятна нам в ряду переднем
Не дедушкина – бабушкина роль.

Она заговорила так внезапно,
Отец, ей подчиняясь, замолчал –
Сидел он прямо, с просветленном взглядом,
Родня внимала чаемым речам.

Когда звучала новость о Победе,
Во многих семьях раздавался стон –
Нес смерть паек использованным детям,
Багеровский всем вспоминался ров.*

Другие жили, бабушка средь многих,
Девицею шестнадцати годов
В победный день смотрела на дорогу –
Возможно, папа Федор все ж придет.

Но не пришел, а весть из похоронки
Давно накрыла крепом любин кров –
Он в сорок первом погибал сапером,
С детсадовской смешалась его кровь.

И сколько их, не знавших о наградах,
Забывших сразу жизненный пароль,
А детский крик с губ, выеденных ядом,
Потомкам слышать, нравственность, позволь.



*Багеровский всем вспоминался ров – Багеровский ров – противотанковый ров времен войны возле пос. Багерово близ Керчи. В 1941–1942 году здесь были расстреляны около 7 тысяч жителей Керчи, в том числе 245 детей школьников.
Озябших малышей поили кофе с синильной кислотой. Тех, кому отравленного кофе не хватило, вызвали в «амбулаторию» и смазали губы сильнодействующим ядом. Через 10–15 минут все дети младшего возраста умерли (из Интернета).

06.05.2025 г.