Одиссея 31-3 у Лаэрта

Лаэрт и верить не хотел нарочно,
Что перед ним его пропавший сын,
Хотел он в этом убедиться точно,
И доказательств этому просил.

Но Одиссей рубец от раны древней,
Что на ноге остался, предъявил,
Назвал он все плодовые деревья,
Что в детстве от отца он получил.

Старик заплакал в радости великой,
Он сына обнял, и воскликнул так:
«О, Зевс, отец! Есть боги на Олимпе
Коль принял смерть от сына каждый враг!»

«Но я боюсь – все жители Итаки
Сюда придут за смерть родных спросить.
Не сможем победить с народом в драке,
И головы тогда нам не сносить».

Но Одиссей Лаэрта успокоил,
И в дом повёл, где стол уж был готов,
Что Телемах со слугами устроил.
Лаэрт, омывшись, выбрал из обнов

Красивые, богатые одежды,
В них облачился, и Афина вновь
Его красивым сделала, как прежде,
Омолодила. К трапезе готов,

Он вышел в зал, и началось застолье,
С весёлою беседой и с вином.
А в это время раб старинный Долий
Вернулся с сыновьями вместе в дом.

И вдруг узнал он в госте Одиссея,
И бросившись к нему, стал целовать
И обнимать, от радости светлея,
Богам Олимпа славу воздавать.