Сначала были леденцы,
Затем коньяк по рюмкам боли.
Тогда сводили мы концы
С концами. Теперь с крематорием.
Общага сменится жильём,
Курилка будет за курилкой
Другой. Всё так же мы живём.
И рвём, и мечем. В час иной
Я бы сказал, что жилы рвем
Мы зря. При всём при том,
Без устали крутиться шар земной
Не устаёт. А люди чахнут,
Меняя нервы на баши
И падая у стен нирваны,
Как пали башни-близнецы
Ниц от железных вертухаев.
Сначала были леденцы -
Теперь коньяк и дух от бани.
И мы сведем свои концы
С концами. Но все одинаково…
Да, все одно, что крест, что точка.
И оттого похож на бочку
Рюм водки так. Лишь оболочка
Другая кроет пустой быт.
И тесной этой оболочкой
И семьянин, и одиночка,
Скрывая глаз от блика небоскребов,
Дрожа навзрыд,
Как сутаной, подчас, покрыт.
Что общего у душ и нёба?
Сотри и сразу закровит.
Cycle
© Copyright: Титос Вандервил, 2026
Свидетельство о публикации №126020309488
Свидетельство о публикации №126020309488
Рецензии