однажды случилась любовь
В тихом ночном парке.
Я был в пальто и насквозь
Промокшей от снега шапке.
Он крупными падал хлопьями,
Как пьяный, шальной гуляка,
По широким дворам и тропам
Шёл неуверенным шагом.
Кроны деревьев заботливо
Кутал пушистой шалью,
Спрашивая назойливо:
«Берёза, меня уважаешь?»
На лёд, охвативший озеро,
Лёг, распластавшись вальяжно;
Девицам в волосы — проседью,
На погон офицеру — важно.
Собаке на шерсть ярко-рыжую,
Что мёрзла у рынка ворот,
Студенту, идущему с книжками, —
Вымочил весь переплёт.
Сыпал широкими жестами,
Не глядя совсем куда,
Раздольной душевной песнею
В деревнях и городах.
Ты куталась в шарф кашемировый,
Прикрыв рукавичкой свой нос.
Ланиты* румянцами пышали,
Глаза раззадорил мороз.
Спешила домой после лекции
В свете ночных фонарей,
Отбросивших чёрной проекцией
Тени прохожих людей.
Пленен твоим взглядом мерцающим,
Затмившим Кассиопею.
И, точно дурак утопающий,
Забыл, что я плавать умею.
Раздался твой смех, точно зарево,
Жаром обдавшее грудь.
Ночное затишье раздавлено,
Теперь не свернуть, не вздохнуть.
Играешь со мной, синеглазая,
Нарушила в сердце покой.
А я, с онемевшими пальцами,
Иду совершенно иной.
Ты скрылась за дверью парадной,
Твой след пропадает в снегу.
И, греясь мечтой безоглядно,
Тепло тех ланит берегу.
* Ланиты — (устар., поэт.) щёки. в «высоком штиле» поэзии XVIII–XIX веков для подчёркивания девичьей красоты и румянца.
Свидетельство о публикации №126020306640