Страшила и Гудвин

Стою в раздумье, в голове - солома,
И в сердце пусто уже много лет.
Я одинок и это - аксиома.
Ещё - несостоявшийся поэт.

И Гудвин, глядя на меня, как в книгу,
Нахмурив грозно брови, вдруг сказал:
«Ты, в отношениях своих,- изображал владыку,
Поэтому себя, ты в них, и потерял.

Твой прошлый мир - набор сплошных иллюзий.
Считал за важное - кто в споре победит,
И глупым стал от мелочных дискуссий,
Забыв, что сердце не кладовка для обид».

И после, не дождавшись возраженья,
Взмахнул рукой… Всё накалилось добела.
Я ощутил всем телом напряженье,
Как-будто кровь в нём, новой жизнью потекла.

Мне стало тесно в прежней аксиоме,
Где было всё по схеме: «логика - закон».
Я начал чувствовать других в полном объёме,
И начал слышать тишину, как перезвон.

Мир засветился тонко и искусно,
Где каждый звук был мыслью и строкой…
Вмиг поумнел и стало мне так грустно…
Я понял, что для  женщин был игрой.

Я осознал - не в глупости причина,
В том, что сейчас один, и не в чужой вине…
А то, что я, как сказочный мужчина,
Больше не стану верить женской болтовне.
12.04.2025