Идущий к себе

Он шёл один - и день за днём
Становился чуть менее резким.
Он больше не искал огнём
Ответов - быстрых и дерзких.

Он понял - жизнь не торг и спор,
Не суд и не допрос с пристрастьем.
Она - как долгий разговор
Без окончательного «здравствуй».

Он принимал - что иногда
Он будет слаб, неловок, лишний.
Что не спасает высота
От пустоты внутри и трещин.

Он видел - как уходят те,
Кто клялся быть навек опорой.
И не искал в их пустоте
Ни злого умысла, ни ссоры.

Он понял - каждый унесён
Своим незримым направленьем.
И каждый в мире обречён
Идти к себе - без совпадений.

Он стал внимательней к утрам,
Где свет ложится без условий.
Где новый день приходит сам,
Не требуя клятв и словес.

Он стал ценить простой покой,
Не как предел, а как дыханье.
Как редкий миг, когда с собой
Не нужно спора и признанья.

Но иногда - под грузом лет
В нём поднималась старая мука.
Он слышал юности ответ -
Неровный, дерзкий, слишком гулкий.

Тот голос звал его - туда,
Где всё возможно и опасно.
Где боль - не повод для стыда,
А знак, что сердце не напрасно.

И он не гнал тот прежний зов,
Не называл его ошибкой.
Он знал - без юношеских снов
Он стал бы тенью - слишком тихой.

Он принял в себе - и того,
Кто жаждал бури и размаха,
И того тихого его,
Кто жил меж осторожностью и страхом.

Он понял - цельность не в одном,
Не в выборе одной дороги.
А в том, чтоб быть всегда живым
В любом сомнении и сроке.

Он больше не делил себя
На свет и тьму, на грех и право.
Он жил - ошибки не дробя,
Не оправдывая, не лукавя.

И если кто-то видел в нём
Противоречие и странность -
Он улыбался - с каждым днём
В нём меньше было этой раны.

Он знал - не всем дано понять
Тот путь, где нет прямых решений.
Где нужно долго не бежать,
А жить - без точных завершений.

Он шёл один - но не одинок.
С ним были память, тень и слово.
И каждый прожитый урок
Становился частью основы.

И если путь его опять
Уводит в сумрак и тревогу -
Он не просил судьбу менять,
Он шёл - доверившись итогу.

Потому что знал - в конце концов
Не свет, не тьма, не высота
Дают ответ на главный зов,
А верность выбранному «я».