Молот и наковальня притча

Когда я был ребёнком, бабушка рассказывала мне сказки, чтобы я уснул, а мозг мой что-то важное для себя усвоил.
"жили-были давным-давно молот и наковальня... (ещё про старый чайник рассказывала, который оказался на свалке; но никогда второй раз сказки её не клеились: не получались, вдруг замирали на полуслове, а когда я спрашивал, что дальше, бабушка, как могла, делала вид, что уснула)
..итак, жили-были молот и наковальня. Пока стучал молот, пока жив был кузнец - гнулось и закалялось железо, становясь из простого куска, вензелем. Кузнец любил свое дело и свой инструмент, но кузнец стал слаб, а вскоре и вовсе помер. Инструмент остался: разбивший себе натруженый, как у барана лоб - молот и, покрытая узором шрамов наковальня. (всегда было интересно, куда в этот раз вывернет бабушка историю. Но чаще всего на драматургической развилке бабушка засыпала, утомленная хлопотами, нами - детьми - и тщетными попытками вспомнить свой первый вариант: очень личный (только теперь это понимаю), или придумать новый, злободневный. Но бабушка засыпала, а может и правда засыпала, а дедушка "ходил где-то": то ли в бассейне был, то ли в бане, то ли в гараже, то ли ещё на даче)...отныне они стояли в кузне старые и никому не нужные. Все, что они смогли, они сделали. Разбитая наковальня хмуро стояла посреди комнаты с холодной печью, косясь одним глазом в сторону молота, и только ветер завывал из заросшей паутиной печи.
- что ты все смотришь, все смотришь на меня? Не смотри! - хрипел вверх тормашками молот.
- вот так тебе и надо! Вот и лежи там! Довольно с тебя - много ты моей крови попил!
- вот и не смотри, отвернись и не смотри, одноглазая, кособокая, ржавая рухлядь! Толку что ты стоишь, только место занимаешь! О тебя только спотыкаться...
- Ты что ли не рухлядь?! Глянь на себя: как лоб разбил, а чего добился ты своим поколачиванием и оплеухами? - сквозь зубы цедила наковальня.
- много чего добился! Моими трудами весь город гордится да любуется, а ты только визжать и можешь, да шрамами меня попрекать, - с гордостью отчеканил молот по старой памяти.
Там, в городе, кто бочку покатил, кто ножом кусок мяса отрезал, кто вензель замысловатый в честь себя приладил, кто преступника сковал... - много было детей у молота и наковальни, всех не сочтешь. Устали они.