В тридевятом

В тридевятом царстве

В тридевятом царстве - государстве,
Где евреи кров свой обрели,
Жил один чудак в Небесном Царстве,
А другие - жители земли...

Темнота ему ложилась в ноги,
Но звезда указывала путь,
И спасали демоны и боги,
Если он решился  утонуть...

От семьи осталось пепелище,
До любви духовной - не дорос.
И ходил оборванный и нищий,
Ибо так велел ему Христос ..

Пробовал любить людей - терялся,
А в помойках золото искать
Никогда особо не пытался
И уже не будет. Верно, мать?

Он хотел быть праведным и мудрым,
Но собрал манатки - и ушёл:
Наркоманы выгнали под утро,
И холодный зимний дождь пошёл...

Он на солнце в полдень отогрелся -
Без похмелья, ибо не был пьян.
На людей за годы  насмотрелся...
Лучше бы глядел на обезьян...

Как они милы и кучерявы
И претензий к ним почти что  нет,
Ибо неразумны. С полным правом
На хозяйский  завтрак и обед...

А теперь - война. Давай оставим
Без ответа заданный вопрос:
К этим ли немилосердным тварям
Говорил о милости Христос?

Ни дай Бог на фронте оказаться,
А в тылу, где некуда бежать,
На ракеты с дронами  ругаться
Русским матом... Помогает, мать?

Ни к чему вопросы без ответа.
Подставляй скорей свою ладонь -
Я тебе налью немного лета,
Чтоб ты опьянела словно хронь...

И зажгла огни аэропорта.
Я приеду, только позови,
Чтобы ты меня послала к Чёрту
И призналась мне в святой любви...

В тридевятом царстве - государстве
От небес исходит благодать,
А чудак завис в Небесном Царстве,
Но к тебе вернётся. Слышишь, мать?