Глава восьмая Самоедство

Что, если б сделал по-другому? Не дал бы этому случиться.
Возможно, всё бы изменилось, могло бы всё предотвратиться.
Ответь бы я тогда иначе — последствия были б другими,
И не пришлось бы забываться в ручьях проклятой дур-воды.

— От дура! — Кружка улетела, осколками заляпав пол.
Ну почему всё так?! Удары в стену — от злости вся рука в крови.
А потом — слёзы, каждый раз, на тихой кухне в темноте,
И сожаления тотчас сменяют, разбавляя ярость.

Гудит башка от криков злости, рука всё наливает выпить,
И хочется со всем покончить, уйти от горя в тишину…

На острове впервые тучи — хоть пасмурно, но дождя нету.
Крёль учит попугаев фразам и шлёт потом к Апатию,
А Трефи греется с Шатофом в объятиях на лежанке из листьев.
Глот тихо, твёрдо, молвит: — Ты — бог.
Бог ярости от сожалений.
Зовут тебя Дорт Исчерпавший.

— Какой я бог? Какой я павший?! — стал барабанить вдруг песок. —
Ах, если бы не пил я столько, то не попал бы я сюда!
— Спокойно, Дорт, то — день вчерашний.
Ты здесь, ты нужен, мы — друзья.