Духовные аспекты зависимостей

ДУХОВНЫЕ АСПЕКТЫ АЛКОГОЛИЗМА, НАРКОМАНИИ, ТАБАКОКУРЕНИЯ И ДРУГИХ ЗАВИСИМОСТЕЙ. РЕАЛЬНЫЕ ПУТИ ПРЕОДОЛЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ.

Проблема алкоголизма, наркомании, табакокурения и других зависимостей находится в центре внимания во всём мире. По данным ВОЗ, сегодня в мире более 200 млн. человек употребляет наркотические вещества, а от заболеваний и травм, связанных с употреблением психоактивных веществ (ПАВ), ежегодно погибает более 6 млн. человек. Ещё 5 млн. человек ежегодно в мире умирает от заболеваний, вызванных табакокурением.
Официальная статистика не в состоянии отразить реальные масштабы трагедии – особенно той, которая происходит в душе человека, погибающего от пагубного пристрастия. Человек, созданный по образу и подобию Божьему, – это целая Вселенная. Погибшая человеческая душа, лишённая вечного блаженства и обречённая на вечные муки,  – это поистине катастрофа вселенского масштаба!
Согласно учению Церкви, человек представляет собой единство духа, души и тела: «И ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа.»(1 Фес. 5, 23)
Любая человеческая проблема, даже, на первый взгляд, исключительно телесная, имеет духовную составляющую, которая особенно выражена при заболеваниях и состояниях, связанных с употреблением алкоголя, наркотиков и других ПАВ.
Состояние опьянения большинством специалистов рассматривается только как временное расстройство нервно-психических функций в результате острой интоксикации ПАВ. Подробно изучается статистика наркологических заболеваний, правонарушений и несчастных случаев в состоянии алкогольного и наркотического опьянения. Общество бьёт тревогу по поводу тех проблем, которые наносят значительный и неоспоримый урон его внешнему благополучию. Мало обращается внимания на то, какой урон наносит состояние опьянения внутреннему духовному миру человека, даже если опьянение носит эпизодический характер и человек не страдает зависимостью.
Человек, считающий себя «умеренно пьющим» или «культурно употребляющим лёгкие наркотики», может и не страдать наркологическим заболеванием и даже выглядеть преуспевающим. Но с такого образа жизни начинает большинство будущих алкоголиков и наркоманов. Оставаясь внешне благополучным, человек, ведущий такой образ жизни, даже не подозревает, какие тайные пороки он выращивает в своей душе. Подавая соблазн для окружающих своим поведением, он при этом осуждает алкоголиков и наркоманов, которые когда-то, ещё, будучи здоровыми, приобщились к «культурному употреблению», последовав его примеру. Соблазняющие и осуждающие, как никто другой, готовят себе вечное осуждение. Не таковым ли является большинство из нас?
Наркологические заболевания имеют особый духовный смысл. Почему Церковь лишает христианского погребения тех людей, которые умерли от запоя, не успев принести покаяние? Некоторые объясняют это тем, что пьянство представляет собой вид медленного самоубийства. Но дело не только в этом. Люди, которые изнуряют себя различными излишествами, тоже сокращают свою жизнь. Чревоугодник, злоупотребляющий пищей, также медленно убивает себя. Человек, ради заработка изнуряющий себя трудом, при таком взгляде, может также считаться потенциальным самоубийцей. Но почему Церковь не лишает их христианского погребения? Апостол Павел в отношении пьянствующих прямо пишет: “Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники Царства Божия не наследуют” (1-е Коринф.6:9-10). Само состояние опьянения, даже без признаков зависимости, содержит в себе некую демоническую составляющую.
Существуют три мира: 1) высший  духовный, или горний, представляющий собой Небесную Церковь; 2) материально-духовный, или земной, в котором находимся мы; 3) низший духовный, или преисподний – мир падших ангелов и тех людей, которые своими грехами уподобили себя демонам.
Мы находимся под влиянием ангельского и демонического миров, но материальность нашего тела не позволяет нам видеть их, мы ограждены от них как бы стеной. Святые подвижники через благодать Божию еще до смерти своей, будучи во плоти, созерцали как бы преддверие высшего духовного мира и изумлялись его величию и красоте. Служители греха – тоже «подвижники», но в противоположном направлении, – они приводят себя в такое состояние, что видят демонический мир и общаются с ним.
Есть основания считать, что человек, находящийся в состоянии хронического опьянения, доводит себя до такого состояния, что его душа пребывает в постоянном общении с падшими духами и сама становится демоноподобной. Тогда стена, ограждающая человека от демонического мира, как бы истончается, и в ее проломах открываются человеку картины мира тьмы и хаоса.
Однако не стоит полагать, что демонический мир открывается только при развитии наркологического заболевания или при резко выраженном опьянении. Опьянение лёгкой степени, сопровождающееся эйфорией, расторможенностью влечений, переоценкой своих возможностей, создаёт наиболее благоприятные условия для пленения души демонами. Чувственные наслаждения и расширение границ бытия через нарушение запретов – любимые уловки лукавого врага рода человеческого.
«Отчего животные потребности у животных все в своей мере, а у человека, когда он предаётся чувственности, чувственные потребности предела и меры не имеют? Эту безмерность сообщает им дух, попавший в плен к ним, а дух этой безмерностью желает затушить свою жажду бесконечного, по образу Коего создан и в Коем едином благо его!» – писал Святитель Феофан Затворник.
Человек обычно боится опьянения тяжелой степени, потому что оно портит его образ в глазах окружающих, грубо искажает получаемые удовольствия и представляет непосредственную угрозу для жизни и здоровья. Опьянение лёгкой степени для духовно-нравственного здоровья представляет не меньшую, а иногда и большую опасность, но о ней человек чаще всего даже не подозревает. В состоянии  лёгкого опьянения всё совершается как бы с полным осознанием содеянного, но с приглушённой совестью и расторможенными влечениями.  Каждый эпизод опьянения, независимо от степени тяжести, – очередной шаг к формированию зависимости.
Человек, страдающий психическим заболеванием или же временным психическим расстройством, признаётся невменяемым, т.е. освобождается от ответственности за содеянное. Но опьянение – это добровольное безумие, до которого человек доводит себя сам, и поэтому признаётся отягчающим обстоятельством – как перед земным, так и перед небесным правосудием.
По мере развития пагубного пристрастия к ПАВ, связь с демоническим миром, поначалу завуалированная, становится всё более очевидной.
Человек в состоянии алкогольного делирия нередко видит демонов. Существует даже выражение “допиться до чертиков”. Это не простое сравнение, а реальный демонический опыт больных алкоголизмом.
В еще большей степени демонизирующей силой обладают наркотики. Грезы наркомана – это прорыв в демонический мир и созерцание его. Характерно, что языческие жрецы употребляли наркотические напитки перед своими ритуалами. Современные адепты языческих и оккультных сект используют наркотики не менее активно. Наркомания представляет собой один из наиболее доступных способов демонообщения. Душа человека, одержимого пристрастием к наркотику, еще при жизни опускается в преисподнюю.
Наркоман, как и алкоголик, отлучает себя от Церкви; если он умрет от употребления наркотиков без покаяния, то лишается христианского погребения. Этим актом Церковь свидетельствует, что уже не может помочь ему.
Особым видом наркотика является табак, который достался нам в наследство от языческой индейской магии. Курение табака является разновидностью наркомании, а точнее – токсикомании. В клубах табачного дыма писались антирелигиозные книги, обсуждались планы революции. Узники сталинских лагерей вспоминали, что следователи на допросах беспрерывно курили. В некоторых храмах не только стреляли в иконы, но и вставляли в лики святых папиросы. При арестах верующих чекисты закуривали папиросы от лампад, горевших в святом углу.
Курение распространилось во всем мире и охватило значительную часть населения. У индейцев-язычников курили только мужчины, а у нас, называющих себя христианами, курят даже женщины. Характерно, что курение табака стало распространяться в мире с XVI века и совпало с периодом девальвации духовных ценностей – с началом так называемой «эпохи возрождения» (возрождения язычества и упадка христианства).
Некоторые верующие, порабощенные страстью курения, говорят, что оно является нейтральным по отношению к вере. Но так ли это? Могут ли они встать на молитву и осенить себя крестным знаменем с папиросой в зубах? Вряд ли. Как бы они не обманывали себя, но душа подскажет, что курение и молитва несовместимы. Верующие люди называют табак сатанинским ладаном. Табакокурение – не что иное, как медленное самоубийство, а сам процесс курения подменяет собой молитву и открывает человеческую душу для общения с падшими духами.
Вместе со сходством между алкоголем, наркотиками и табаком есть определенные различия по их действию на духовное состояние человека.
Наркомания прочно вошла в быт сатанинских сект и здесь ясно видна ее губительная демоническая сущность. При алкоголизме эта сущность проявляется временами. У курильщиков табака действие этой темной метафизической силы замаскировано и скрыто. Образно говоря, если наркомана демон постоянно держит в своей руке, алкоголика он навещает, как друг, по временам, то в табачном дыму курильщика плавают мелкие невидимые бесы.
Различия между ПАВ по степени и характеру разрушительного воздействия на духовный мир человека можно объяснить не столько различными традициями их употребления, сколько тем, что они имеют разные уровни наркогенности.
ПАВ существует множество – как натуральных, так и синтетических, и все они могут выступать в роли «наркотиков». Но эти вещества далеко не в одинаковой степени опасны в отношении способности вызывать состояние опьянения и химическую зависимость – т.е. существенно различаются по уровням наркогенности. Иначе говоря, во избежание подмены понятий, необходимо чётко представлять, насколько то или иное ПАВ по своим характеристикам соответствует понятию «наркотик».
Имеют низкие уровни наркогенности, т.е. являются условно-наркогенными такие ПАВ, как алкоголь и кофеин. Они идентичны или аналогичны тем веществам, которые не только постоянно присутствуют в организме, но и постоянно поступают в организм извне по принципу открытой системы (эндогенный алкоголь, пуриновые основания). Если их концентрация в организме не достигает токсического уровня, то отклонения в функционировании открытой системы являются допустимыми и механизмы формирования химической зависимости не запускаются. Только при таком условии возможно безопасное бытовое употребление этих веществ в составе пищевых продуктов. Механизмы формирования химической зависимости от этих веществ запускаются только при интоксикации ими, а сама зависимость формируется относительно медленно. Самые злокачественные формы алкоголизма развиваются в течение 1 года систематической алкогольной интоксикации. (Алкогольная интоксикация начинается с концентрации алкоголя в крови 0,3 – 0,5‰).
Употребление условно-наркогенных ПАВ в контролируемых дозах, как правило, не приводит к формированию зависимости. Об этом свидетельствует исторический и повседневный опыт употребления спиртных напитков и продуктов, содержащих кофеин. Церковь в своей истории трижды осудила ересь гнушения вином, но при этом также строго осуждает пьянство. Благословляемое Церковью употребление вина в праздничные дни – вовсе не обязательно, а указанное в Типиконе количество вина – это то, которое можно употребить «за трапезой в течение дня», а не за один раз!
Имеют высокие уровни наркогенности, т.е. являются высоконаркогенными, прежде всего, вещества, включённые в официальные списки наркотических и психотропных веществ, а также никотин. Они не имеют аналогов в организме или же их аналоги обеспечивают функционирование наиболее уязвимых закрытых систем организма и поэтому в организм извне не поступают. Употребление этих веществ опасно в любом количестве. Только некоторые из них могут применяться по медицинским показаниям. Появление этих веществ в организме в любой концентрации вызывает недопустимые отклонения в функционировании закрытой системы и запускает механизмы формирования химической зависимости, которая при употреблении этих веществ в токсических дозах развивается очень быстро. Даже с первой инъекции наркотика может развиться наркомания, а обычно для её развития достаточно 3 – 4 месяцев систематической наркотизации.
Употребление высоконаркогенных веществ, даже эпизодическое и в контролируемых дозах, с высокой степенью вероятности приводит к формированию зависимости, в том числе и чаще всего алкогольной, поскольку алкоголь является самым доступным ПАВ. Любой опыт употребления наркотиков существенно повышает вероятность развития злокачественной формы алкоголизма. При замене наркотиков на алкоголь у наркомана быстро формируется алкогольная зависимость сразу со средней стадии. Весьма показателен явный стремительный рост алкоголизма среди современных подростков, из которых каждый шестой тайно экспериментирует с наркотиками.
ПАВ и их дозы, могут быть одни и те же, а последствия их употребления – совершенно разные. Это зависит не только от качества и количества употребляемых веществ, но и от того, какую меру ответственности за их употребление несёт человек – то есть от конкретных обстоятельств.
Одна ситуация – опьянение ПАВ в результате несчастного случая или преступного посягательства; другая – употребление этих веществ с целью достижения эйфории. Применение ПАВ по медицинским показаниям тоже бывает различным. Одно дело, когда они применяются в опьяняющих дозах с целью обезболивания или купирования острого психического расстройства, а другое –  когда с согласия пациента применяется управляемый медикаментозный гипноз. Следует также отличать употребление ПАВ по реальной необходимости в соответствующих ситуациях от их употребления под предлогом необходимости. Большое значение имеет и то, как человек сам относится к действию ПАВ – не настроен ли он на получение эйфории, независимо от обстоятельств употребления. Если человек духовно трезв, то безумие по определению не может доставлять ему удовольствие – состояние опьянения у него сопровождается не эйфорией, а наоборот, негативными ощущениями – чувством тревоги, страха, дурноты. У тяжёлых пациентов, вынужденных постоянно принимать наркотики по медицинским показаниям, тоже развивается зависимость от наркотиков, но без духовной деградации – то есть совсем не такая, как у обычных наркоманов.
Причинно-следственная связь между употреблением ПАВ и формированием химической зависимости кажется вполне очевидной. Однако многочисленные исследования проблемы показали, что основной причиной формирования химической зависимости является вовсе не вещество, а зависимая личность – неспособная противостоять внешним установкам, самостоятельно принимать решения и нести ответственность за последствия своих поступков. Формирование такой личности начинается с раннего детства – задолго до первого опыта употребления ПАВ. Между зависимыми личностями, чаще всего членами семьи, устанавливаются созависимые отношения, и тогда проблемы взаимоотношений с другими людьми человек пытается решать при помощи вещества, отношения с которым более комфортны и предсказуемы.
Многие исследователи основной причиной распространённости алкоголизма в России и других постсоветских странах считают наследственный дефицит алкогольдегидрогеназы у представителей северных народов. Однако, реальный этнический состав у нас чрезвычайно разнообразен – чистые северяне практически не встречаются. Более основательная причина нашей проблемы – это повышенное чувство коллективизма в условиях северного климата, где в одиночку не выжить, поэтому у нас труднее оставаться независимой личностью – сказать «нет», когда другие говорят «да». В ещё большей степени у нас способствует формированию зависимой личности наследие тоталитарной системы, методично подавлявшей свободу личности. Сказываются и многочисленные войны, уносившие преимущественно мужское население, а отсюда недостаток отцовского воспитания в неполных семьях.
Другая, не менее важная причина стремительного распространения различных форм зависимости – утрата духовно-нравственных ориентиров в обществе, оскудение христианской веры. Если наркологическим пациентам, обратившимся за помощью, задать несколько типичных вопросов, то на них в большинстве случаев последуют типичные ответы: «Крещёный?» – «Да!»  «Когда последний раз исповедовался?» – «Очень давно. Не помню, когда…» «Когда-нибудь причащался?» – «На Пасху пил кагор…»
Поскольку болезнь легче предупредить, чем лечить, то на государственном уровне в разные периоды истории предпринимались профилактические меры – в основном не духовно-просветительского характера в отношении личности, а больше запретительного – в отношении ПАВ.
Реальный исторический опыт борьбы с употреблением ПАВ:
- Так называемые «сухие законы» в отношении алкоголя приводили к временному сокращению легального производства и потребления, росту нелегального алкогольного оборота, последующему возврату алкоголизации по принципу «сжатой пружины». Алкоголь – самый доступный «наркотик»: углеводы и дрожжи для его производства присутствуют в природе повсеместно. Имеются культуральные различия в отношении потребления алкоголя.
- В отношении производства и потребления табака никаких существенных запретов до недавнего времени не предпринималось. Никотин – универсальный «наркотик», воздействующий на древнейшую и универсальную ацетилхолинэргическую систему. Потребление никотина остаётся легальным, стабильно высоким и не имеет культуральных различий.
- Строгий запрет в отношении наркотиков, входящих в официальные списки, фактически не влияет на производство и потребление – наркотизация не признаёт культуральных различий и во всём мире стабильно растёт опережающими темпами с тенденциями к легализации.
Не только в политике и законодательстве, но и в повседневных вопросах профилактики зависимостей отношение различным ПАВ должно быть дифференцированным:    
1. Следует избегать крайностей. С одной стороны, «во имя всеобщей трезвости» все ПАВ объявляются «наркотиками», подлежащими тотальному запрету, а с другой – в угоду «новым веяниям» пропагандируется легализация «культурного потребления» наркотиков. И то, и другое стирает в сознании, особенно у подростков, границы между допустимыми традициями и недопустимыми экспериментами. Подмена понятий, даже из благих побуждений, может привести к прямо противоположным результатам.
2. При описании вредных последствий употребления ПАВ, сравнивая их по степени опасности, нельзя внушать необходимость выбора между ними. Следует напоминать о том, что воздержание от употребления ПАВ – наиболее надёжный способ избежать опасных последствий их употребления.
3. О невозможности безвредного табакокурения и немедицинского употребления наркотиков, а также о возможности медицинского применения наркотических веществ говорить нужно чётко и уверенно.
4. Вопросы безопасного употребления условно-наркогенных ПАВ, в частности алкоголя, в устном изложении активно затрагивать не следует, особенно при групповой работе с подростками и лицами, страдающими алкоголизмом. Обсуждение этой темы лучше проводить в дискуссионной части выступления при ответе на вопросы аудитории или в индивидуальной беседе, напоминая о том, что употребление алкоголя даже в малых дозах не каждому и не всегда полезно, а для лиц, страдающих алкогольной зависимостью, в большинстве случаев нереально.
5. Необходимо формировать правильное представление о трезвом образе жизни. Трезвый образ жизни подразумевает воздержание от употребления ПАВ и допускает употребление условно-наркогенных ПАВ в дозах, не вызывающих даже лёгкое опьянение, а также обоснованное медицинское применение высоконаркогенных ПАВ. Каждый дееспособный человек вправе сам выбирать для себя степень строгости трезвого образа жизни. Но свобода выбора не избавляет от необходимости учитывать своё реальное психическое и физическое состояние.
В профилактической работе с подростками необходимо больше уделять внимания формированию устойчивой личности, способной противостоять негативному воздействию окружения. Личностно-ориентированный подход в профилактике зависимостей должен стать приоритетным.
Особая ответственность в вопросах пропаганды трезвого образа жизни и профилактики зависимостей лежит на медицинских работниках. Мы должны не просто пропагандировать, но прежде всего, быть положительным примером для окружающих.
Лечение и реабилитация наркологических пациентов – сложный многоэтапный процесс, при котором необходимо учитывать психологические, социальные, духовные и многие другие аспекты зависимости.
Поскольку болезнь затрагивает все стороны человеческого бытия, то процесс реабилитации и социальной адаптации людей, страдающих синдромом зависимости от ПАВ, предполагает рассматривать зависимость, как заболевание, имеющее биологическую, психологическую, социальную и духовную структуру поражений.
В связи с этим активно применяется мультидисциплинарный подход: непосредственно к процессу лечения зависимостей привлекаются специалисты из различных областей знания: психотерапевты, психологи, социальные работники, представители духовенства, специалисты по проблемам семьи, работающие с окружением зависимого человека (членами семьи и т.д.).
На смену старым, симптоматически-ориентированным методам лечения, направленным на то, чтобы просто заставить пациента прекратить употребление ПАВ, постепенно приходят новые, личностно-ориентированные психотерапевтические программы, направленные на разрешение психологических, личностных проблем, лежащих в основе любой формы зависимости. Они не просто внушают необходимость трезвого образа жизни, а дают реальную альтернативу разрешения тех личностных проблем, которые человек пытался решать при помощи ПАВ.
Всё большее внимание уделяется психотерапевтической и психологической работе с созависимыми родственниками пациентов. Созависимость не только не является психологической поддержкой для пациента, а напротив, изначально способствует формированию и прогрессированию заболевания и представляет серьёзную опасность для здоровья самих родственников.
Духовно-ориентированный подход к лечению и реабилитации зависимых пациентов основан на представлении об алкогольной и наркотической зависимости как об одном из многих греховных пристрастий, с которыми необходимо бороться, прежде всего, духовными методами (молитвой, постом, приобщением церковных таинств). Используется опыт Православной Церкви в реабилитации зависимых пациентов.
«С пастырским состраданием относясь к жертвам пьянства и наркомании, Церковь предлагает им духовную поддержку в преодолении порока. Не отрицая необходимости медицинской помощи на острых стадиях наркомании, Церковь уделяет особое внимание профилактике и реабилитации, наиболее эффективных при сознательном вовлечении страждущих в евхаристическую и общинную жизнь» (Основы социальной концепции Русской Православной Церкви).
Долгие годы в рамках диалектического материализма нас учили, что как такового понятия греха не существует, а существует всеобщая причинно-следственная взаимосвязь, за которую человек, в конечном итоге, никакой ответственности не несёт. Согласно такому учению, иначе и быть не может, ведь получается, что даже свободная воля человека – вовсе не свободная, а является продуктом деятельности головного мозга, то есть движения вещества. Где нет реальной свободы выбора, там нет и ответственности.
Православная Церковь учит, что человек по подобию Божьему наделен Богом бессмертной душой, имеющей свободную волю, которая, следовательно, не является продуктом деятельности головного мозга. Согласно христианскому учению, человеческая личность – это самостоятельная сущность, стоящая выше природы, а не являющаяся её частью. Совершаемый грех – есть результат действия свободной воли, а не следствие внешних причин, и поэтому человек несёт за него полную ответственность. Только подчинив свою свободную волю воле Божией, человек сможет, независимо от внешних обстоятельств, полностью освободиться от пагубных пристрастий, получить подлинную личностную свободу и достигнуть совершенства.
Глубокое понимание духовных аспектов зависимости и дальнейшее расширение сотрудничества медицинских работников с Православной Церковью позволит в полной мере реализовать личностно-ориентированный подход в профилактике, лечении и реабилитации и тем самым добиться реальных успехов в преодолении проблемы.

О.В. Скобелев

2013г.