Золотая Карета клад

Что бы понимать , всю суть происходящего. Прочитайте предыдущую историю , клад Купца.
Данная история , не выдуманный сюжет.

А вот мой новый рассказ


Давным-давно, во времена Екатерины II, в небольшом парке стоял величественный дворец. Во время Великой Отечественной войны его разграбили и сожгли. Всё, что осталось от былого великолепия, — это обгоревшие стены, разрушенная конюшня и гостевой домик. Неподалеку, на склоне горы, когда-то возвышалась старая церковь, от которой до наших дней дожил лишь фундамент.
«Вот это да…» — произнес я про себя, отложив книгу. — «Вот это история».
Заложив страницу закладкой, я развернул старую карту. Так, ага… здесь была почта, тут — почтовая станция, а вот здесь — стекольный завод. Черт возьми, как же, должно быть, интересно было!
Эта мысль не давала мне покоя. Я решил набрать Андрею. Телефон долго гудел, но ответа не было. Наверное, спит — время-то всего семь утра. Ну ладно, поеду один, мне не привыкать. Хотя… стоп! А Саныч? Про него-то я и забыл!
Или, может, снова съездить к тому колодцу? Чем черт не шутит… Хотя нет, мы же уже нашли там клад, вряд ли что-то осталось.
Решено. Звоню Санычу.
— Ну, чего ты , старый? Как дела? — раздался в трубке знакомый голос.
— О, Немец! А я тебя как раз вспоминал.
— Серьезно?
— Да, вот сидели с женой и говорили, какой ты молодец.
— Да брось ты, — усмехнулся я. — Какой из меня молодец? Ну, обещание сдержал.
— Так ты же клад жене обещал привезти! — рассмеялся Саныч.
— Зря ты тогда с Андреем уехал, — сказал я уже серьезнее. — Там такие эмоции были, которые ни за какие деньги не купишь. Хотя ты, старый, наверное, не выдержал бы, — снова засмеялся я. — Сердце бы от радости остановилось. Был бы не праздник, а похороны.
— Это точно, — хохотнул он. — Как там в доме живется?
— Спасибо, Немец, с Божьей помощью. Чего звонишь-то?
— А что, я просто так позвонить не могу, Саныч?

Как в поговорке: вспомнишь лучик — вот и солнце. Хотя, вообще-то, там по-другому говорят, — заметил я.
Саныч на том конце провода засмеялся.
— Погоди, старый, перезвоню. Кто-то на второй линии.
— Да, немец, набирай. Рад был тебя слышать!
Я сбросил вызов. Звонил Андрей.
— Что случилось?
— Да пипец, — говорю.
Он замолчал, ожидая подробностей.
— Рубаха, говорю, в жопу  засучилась.
Андрей рассмеялся:
— Серьёзно?
— Да, — подтвердил я.
— Как машина, на ходу?
— Спасибо, немец, езжу, всё хорошо.
— А мне-то за что спасибо?
— За доброту твою, за то, что не забыл.
— Ну как тут тебя забудешь? Всё-таки вместе выросли. Ладно, а если серьёзно, чего хотел? — спросил Андрей.
— Слушай, брат, ты же любишь всякие истории?
— Ты мне звонишь, чтобы историю рассказать? — усмехнулся он.
— Да нет, ты не понял, — с улыбкой произнёс я. — Неправильно выразился. Истории ведь любишь?
— Ну да, изучаю, нравится мне. А что?
— Ты ничего не слышал про усадьбу Меньшикова, тут, в 70 километрах от нас?
— Знаю, читал про неё. Это где золотая карета?
— Какая ещё карета? — удивился я.
— Я же сказал — золотая.
— Да ну, не может быть! — рассмеялся я. — Опять сказки?
— Так что хотел-то? — вернул меня к теме Андрей.
— Поехали покопаемся, — ответил я.
— Ну да, можно. Только мне надо с собакой погулять.
— Так бери её с собой! И к Санычу заедем.
—

Ну ты и нашел себе собутыльника!"
"Да я не пью."
"Я это уже слышал," — сказал Андрей. "Из мелкой посуды," — добавил я, и мы оба засмеялись.
"Через сколько будешь?" — спросил я.
"А Саныч в курсе?" — продолжил Андрей.
"Нет, еще не в курсе."
"Ну скажи, пусть берет сапоги жены с прошлого копа, и мешок под клад, и поедем," — засмеялся он.
"Да, сейчас позвоню и скажу."
"Жена-то отпустит?" — спросил Андрей.
"Меня?"
"Да нет," — ответил он. "Саныча."
"Не знаю," — сказал я. "Если как в прошлый раз, то, наверное, отпустит," — и мы снова засмеялись.
"В этот раз что он купит, интересно? Новые сапоги жене, а себе лапти?" — сказал Андрей.
"И самогонный аппарат," — добавил я.
"Так он же купил," — ответил Андрей.
"Что, серьезно?" — переспросил я.
"Да, я его возил, мы брали."
"Ну-ка, с этого места поподробнее!"
"Да чего подробнее, съездили и взяли."
"Ну да, он, видимо, и правда поверил, что пьяницам везет," — и мы в один голос засмеялись.
"Ну так что с каретой?"
"Какой каретой?" — спросил Андрей.
"С твоей," — ответил я и засмеялся. "Моя карета к вашим услугам."
"Ну тогда берем вельможу и едем во дворец!" Он засмеялся так, что телефон выпал из руки.
"Что случилось?" — спросил я.
"Да ничего, телефон уронил."
"Тебе на место Петросяна надо," — сказал он.
"Это еще куда?"
"На его место."
"На кладбище, что ли?" Мы засмеялись.
"Ладно, Андрей, сколько времени тебе собраться?"
"Часа два," — ответил он. "С собакой надо погулять и еще..."
"Стоп!" — перебил я. "Давай без подробностей. В десять?" — переспросил я.
"Да," — сказал он.

Я повесил трубку и тут же набрал Санычу. Телефон молчал. Наконец ответила его жена.
— Здравствуйте, — сказал я.
— О, Немец, привет, дорогой! А Саныч отошёл.
— Куда отошёл? — спросил я. Хотел было пошутить, но понял, что шутки могут быть неуместны.
«В мир иной», — подумал я и усмехнулся про себя.
— Да нет же, в магазин! — ответила она, будто прочитав мои мысли.
— Ну ладно, пусть перезвонит, как вернётся. А я пока собираться буду.
— Куда это опять? — поинтересовалась она.
— Да как обычно.
— А «обычно» — это куда? На работу?
— Да нет же! У меня выходной.
— Ах да, точно, — спохватилась она. — У нас с Санычем теперь каждый день выходной. Забот, правда, прибавилось — всё-таки свой дом. Если бы не ты, Немец, так и жили бы в тесной квартире. Спасибо тебе, родной!
«Да было бы за что», — подумал я. Хотел спросить, как Саныч в прошлый раз вернулся домой с пустыми руками, хотя клялся: «Без клада не вернусь!» Наверное, тот ещё был концерт, да и пьяный вдобавок. Но я решил не лезть с расспросами.
— Ладно, пусть наберёт, — повторил я.
— Хорошо, — ответила она и повесила трубку.
Прошло ровно сорок минут. Я уже собрал вещи и выглянул в окно. Эх, красота! На улице стояла самая настоящая весна. «Ну вот и зиму пережили», — подумал я. В голове мелькнула мысль: «Не было бы зимы, давно бы всё нашли».
Чёрт, сапоги забыл! Так бы и поехал, а потом снова слёг бы с мокрыми ногами.
Раздался звонок. «Саныч», — подумал я, но на экране высветилось «Андрей».
— Ну что, собираешься потихоньку? — спросил он.
— Ага, почти готов. А Саныч чего?
— Не знаю, говорит, в магазин ушёл. Есть минутка?
— Да, есть, — ответил я.
— Заедь к старому, узнай, что там.
— Так точно! — бодро ответил Андрей и отключился.
Через час они уже были у меня. Звонок в домофон.
— Выходи, Немец!
— Так ещё двадцать минут до назначенного времени!
— Ну ничего. В магазин же надо заехать.
— Зачем? — удивился я. — За водкой?
В трубке послышался смех Саныча и Андрея.
— За мозгами, — ответил я. — Своих-то нет.
— Это ты про что? — спросил Андрей.
— Да ни про что. Мы, по-моему, уже разобрались, кому из нас больше везёт.
Они снова засмеялись.
— Ну, точно не вам, — парировал я. — Сейчас выхожу.
Я повесил трубку.

Опять на коп? — спросила жена.
— Да, — ответил я. — Вернусь на золотой карете.
— Только золото по дороге не растеряй, — хмыкнула она и засмеялась.
— Со мной верные друзья: один без мозгов, а второй без эмоций. Вечно пьяный, с полным безразличием в глазах.
— Это ты про себя? — уточнила жена, снова заливаясь смехом.
— А про кого же еще?
— Да ладно, не злись. Ты так их описал, будто это герои мультика про Элли.
— Вообще-то, он называется «Волшебник Изумрудного города».
— Смысл от этого не меняется, — отмахнулась она. — Я к тому, что один шёл за мозгами, второй — за сердцем, а третий?..
— А третий? — переспросил я.
— За золотой каретой! — она  снова рассмеялась. — Давай, иди уже.
— Выгоняешь? Спросил я. 
Она опять засмеялась .
— Смотри, пока буду на карете ехать, принцессу себе найду.
— Я тебя найду!
— У меня и кучер есть.
— Какой еще кучер? Саныч, что ли?
Мы оба расхохотались.
— Ладно, иди.
Я открыл дверь и вышел на лестничную площадку. В руках — лопата, за спиной — походный рюкзак. Спускаясь вниз, я думал о том, что никакой кареты, конечно же, нет. «Ага, из чистого золота. Как на ней вообще ездили? Бред какой-то, — пронеслось в голове. — И тем более, два раза подряд точно не повезёт. Ну, хоть прогуляюсь».
Я спустился. Машина стояла чуть в стороне, а возле неё курил «Беломор» Саныч.
— Старый, ты чего? От алкоголя не помер, так решил от табака умереть? Зачем на старости лет курить начал?
— Денег много, — невозмутимо ответил Андрей, и мы дружно засмеялись.
— Так и будете меня высмеивать, как в прошлый раз? — обиженно спросил Саныч.
— Да нет же, ты вроде в коллектив влился.
— Ага, он теперь везде вливается, — подколол Андрей. — С таким-то аппаратом!
Мы снова заржали.
— С каким таким? — не понял Саныч.
— С самогонным! — пояснил Андрей и захохотал.
— Всё, хватит ржать как кони, все соседи смотрят! — попытался я их утихомирить.
— Да чего они там не видели? — махнул рукой Андрей. — Они на Саныча смотрят.
— Это еще почему? — удивился тот.
— Наблюдают, как судьба человека меняется в один миг, — с пафосом произнёс я. — Из грязи в князи.
— Да какой я князь? — смутился Саныч.
— Ну да, пока кареты нет — не князь, — согласился Андрей. — Придётся пока на моей поездить.
Мы сели в машину. Ехали около часа по старой, разбитой дороге, мощённой булыжником, с глубокими выбоинами по краям.
— Тут только на карете и ездить! — засмеялся я.
— А мне вот вообще не смешно, Немец, — проворчал Андрей за рулём. — Мы тут всю подвеску оставим.
— Если карету не найдём, — подвёл я итог, — то на тебе поедем..

Сказал Саныч и я засмеялись.
«Что-то я не вижу, чтобы ты, старый, в коллектив вливался», — заметил я.
«Так ещё, наверное, не время?» — ответил он.
Я взглянул на часы. «Да, ещё пять минут», — сказал я.
«Пять минут до чего?» — спросил Андрей.
«До одиннадцати часов», — уточнил я. «Час уже едем, смотри на дорогу».
«Да какая это дорога?» — спросил Андрей.
«Царская», — сказал Саныч, и мы засмеялись. «И езжайте обратно на своей карете», — добавил он. «А я на своей поеду».
«Ну да», — сказал я Санычу. «До ломбарда доедем, а там пешком».
«Да каким пешком?» — ответил он. «Если и правда золотая, то я тебя домой на руках отнесу», — сказал Саныч.
«Ты давно тяжелее стакана хоть что-то поднимал?» — спросил Андрей, и мы засмеялись.
«Нет, у меня же дом. Я и воду таскаю, и дрова».
«Ну ладно, разговор зашёл не туда», — сказал я. «А воду мы взяли?»
«Блин, забыли!» — воскликнул Андрей.
«А магазины тут есть?» — спросил я.
«А я откуда знаю?» — ответил Андрей.
«У меня есть вода», — сказал Саныч.
«Ну доставай, раз есть», — ответил я.
Он протянул мне бутылку, я открыл. Но, глядя на его улыбку, я понял, что это совсем не вода.
«Ну, чего смотришь? Пей давай».
«Да что-то не хочется».
«Да ты попробуй. Это не твоя эта херня магазинная», — ответил он.
«Да жене обещал, Саныч».
«Я тоже обещал», — сказал он.
«Обещал ты, а аппарат тебе зачем?»
«Да что ты с этим аппаратом-то пристал?» — сказал он.
«Что за аппарат?» — спросил Андрей.
«Летательный, говорю я. Напьётся и летает в облаках».
Андрей засмеялся. «Ну да. Точно Немец».
Прошло ещё десять минут. Мы приехали на место. Нас встретила огромная дубовая аллея, усыпанная кучей желудей.
«Ого, сколько желудей!» — сказал Саныч.
«Собирай, — ответил я, — на зиму хватит». Мы засмеялись.
«Зима-то кончилась», — ответил Андрей.
«Ну ничего, следующая не за горами». Мы опять засмеялись.
Я достал лопату и прибор, Саныч достал мешок.
«Что, правда будешь брать?» — спросил он Саныча.
«Ты что, дурак?» — сказал он. «Ты кого слушаешь? Немца?»
Мне было смешно, но смеяться я не стал. Он достал всё те же розовые резиновые сапоги с мехом. И мы пошли вдоль аллеи.
«А что тут раньше было?» — спросил он.
«Усадьба царская», — сказал я.
«Усадьба графа Меньшикова», — поправил Андрей.
«Да, жуткое место. Надо, наверное, выпить», — сказал Саныч.
«Ну выпей», — ответил я.
Он достал бутылку из своего мешка, выпил глоток и протянул мне.
«Да блин, это как его…» — сказал я.
«Ну что ты, давай глотни», — сказал Саныч.
«А вдруг отравишь?» — сказал я, и мы засмеялись..

Я сделал глоток, и мы двинулись дальше. Путь наш пролегал мимо старого, заброшенного кладбища, густо заросшего травой. Величественные склепы, разрушенные могилы, сброшенные с постаментов памятники – всё это не давало мне покоя.
«Их что, разграбили?» – спросил я.
«Да», – ответил Саныч.
«Да что там искать?» – произнес Андрей.
«Как что?» – удивился Саныч. «Золото, медали, украшения!»
«Ты серьёзно?» – переспросил Андрей.
«Да, я был молодым, мы тоже копали».
«И что, находили?» – поинтересовался я.
«Находили».
«Может, тут и остановимся?» – предложил я.
«Тебе на работе мало?» – усмехнулся Андрей.
«Да хоть посмотреть!» – настаивал я.
«Ну ладно, пойдем», – согласился Саныч.
«Куда пойдем?» – переспросил я.
«Смотреть», – ответил он.
Мы подошли к одной из могил. На ней было высечено: «Статский советник его величества». Рядом покоился купец первой гильдии. «Ого, – подумал я, – вот это мы зашли!» Копать могилы мне не очень-то хотелось, но я сказал парням: «У меня такая профессия, могильщик, никуда не денешься».
«И у меня», – добавил Андрей. «Но я копать ничего не буду, делайте что хотите».
«Да я шучу!» – ответил я Андрею. «Что ты из крайности в крайность. В прошлый раз же повезло, да, Саныч?»
Саныч промолчал. Мои намерения, скорее всего, он не поддерживал.
«Ну вы же сами копали!» – напомнил я.
«Да, в семидесятые», – ответил он. «Да там уже давно ничего нет. В революцию бомбили кладбища все».
«Но вы же находили!» – возразил я. «Или опять врешь?»
«Да что ты заладил? Когда я тебе врал? Колодец мы нашли? Нашли, только так туда и не залезли».
«А может, это не он?» – предположил Андрей.
«Да нет, он же, – ответил Саныч. – Всё сходится».
«Ну ладно, так что решили?» – спросил я.
«Ну, хочешь копать», – сказал Андрей. «Саныч, а ты чего молчишь?» – поинтересовался я.
«Я такое не одобряю», – ответил он.
«Смотрите, клад найду – делиться с вами не буду!» – сказал я, развернулся и пошел дальше.

Стой!» – крикнул Андрей. – «Прибор хоть дай, мой в машине остался».
«Иди и возьми!» – ответил я. – «Надоело уже для всех нянькой быть».
Обстановка была напряженной, казалось, я вот-вот взорвусь.
«Ну что, Саныч, доставай свой самогон!» – крикнул я.
Саныч стоял как вкопанный.
«Или мне достать?» – спросил я.
«Что достать?» – спросил он, испуганно глядя на меня.
«Что-что? Обрез! Сейчас достану и убью вас обоих!»
«Так мы же в пруд его выкинули!» – сказал Андрей.
«У меня ещё один есть».
Все замолчали. Я полез в рюкзак. Андрей отошёл в сторону. Саныч стоял, закрыв глаза.
«Да шучу я, шучу!» – сказал я.
«Ты со своими шутками поаккуратнее», – сказал Саныч.
«А то что? Ты меня участковому сдашь? Вот тебе и благодарность за всё, что я для тебя сделал!»
Я был на грани срыва. Андрей решил не усугублять и промолчал.
«А ты чего молчишь?» – спросил я.
«Делайте чего хотите», – сказал Андрей.
Я развернулся, взял мешок Саныча и сел на поваленный памятник.
«Подстели хоть чего-нибудь», – сказал Саныч.
«Не хочу», – ответил я.
«Ну смотри, сам сказал», – пробормотал он.
Минут пять мы сидели в тишине. Раздался телефонный звонок.
«Что за мелодия?» – засмеялся Андрей.
«Ну да!» – подхватил я.
Мы засмеялись. Саныч поднял трубку.
«Алло».
«У тебя всё хорошо?» – спросила жена.
«Да, всё хорошо. Просто позвонила узнать».
«Всё хорошо», – повторил он и повесил трубку.
«Водолазы ищут клады, только кладов нам не надо!» – засмеялся Андрей.
«Ага, на недельку до второго, я уеду в Комарово!» – засмеялся я.
Обстановка разрядилась.
«Ну так что, идём?»
Я посмотрел на могилу статского советника. В правом углу виднелся провал за сдвинутой плитой.
«Я глазком гляну и догоню».
«Да подождём, немец, мало ли чего», – ответил Саныч.
Я спустился вниз, внутри была вода.
«Чего ты без фонаря полез?» – услышал я.
«Да блин, забыл! В рюкзаке лежит», – сказал я.
Саныч достал фонарь и осветил левый угол склепа. На подставке с львиными лапами стоял гроб, обитый цинковой штамповкой. Штамповка была разорвана, а гроб приоткрыт.
«Вот это да!» – подумал я. Покойников я не боялся, каждый день приходилось с этим сталкиваться. Я приоткрыл гроб. В гробу лежала чёрная высохшая мумия в красивом истлевшем парадном мундире. С огромными эполетами, на которых виднелись вензеля Александра III. Он был одет в парадный мундир и в огромные, до колена, сапоги.
«Ого!» – крикнул я.
Ответ не заставил долго ждать.
«Чего там?» – спросил Саныч.
«Советник!» – ответил я.
«Что ещё за советник. Спросил Андрей!»

Я промолчал.
— Ну чего там? — добавил он. — Спустись, посмотри.
— Да делать мне больше нечего, — ответил он.
— А если бы клад был, тоже бы не полез? — спросил я у него.
— Полез бы, почему нет? Саныч, а ты? — спросил я.
— Да я старый уже.
— Ладно, мы тебе и отдадим, — Андрей шутливо стукнул его по башке и засмеялся.
Санычу было не до смеха.
— Да он дурак, не обращай внимания, — ответил я Санычу.
— Сам ты дурак, хватит меня так называть! — ответил Андрей.
— Дурак, что не полез. Тут мужик лежит в парадной форме с эполетами. Весь в орденах. На пальцах золотые перстни, — бросил я, подкидывая дрова в огонь.
— Что, серьёзно? — спросил Андрей.
— А что, похоже, что я шучу? — сказал я. — Сейчас всё заберу и скажу, что ничего не было.
Наверху началась беготня. Саныч с Андреем забегали. Потом показалась огромная дубина.
— Вы что, там меня замуровать хотите? — спросил я.
— Да нет, хотим залезть.
— А потом как будем выбираться? — спросил я.
— На Саныча залезем, — ответил он и засмеялся.
— Да нет, от Саныча толку мало. Он нас не вытащит, сидите там.
Я ещё раз оглядел мундир. На левой стороне груди виднелись огромные звёзды от выцветших когда-то орденов. «Вот суки, — подумал я, — кому-то же повезло. Там один орден стоит как моя квартира, если не больше». Таких там было три.
— Каждому по ордену? — спросил Андрей.
— Да нет тут ничего, — ответил я.
— Ага, нету, конечно, — сказал Саныч. — Тут лет сто назад уже ничего не было. Плита вот давно лежит.
Я ещё раз посмотрел на тело, осветил фонарём. Меня очень сильно привлёк блеск пуговиц, и я, как сорока, принялся их отдирать.
— Обоже, золото, что ли?! — закричал я.
— Да какое золото! — крикнул Саныч. — Вылезай давай, а то мы сейчас уйдём!
— Иду, — ответил я.
Андрей подал мне руку.
— Ну что, где золото?
— Какое золото? — говорю.
— Которое ты нашёл, — ответил он.

А ордена? — усмехнулся Саныч.
— Там остались, — ответил я. — Хотите, можете забрать.
Я достал из кармана пуговицы и протянул Санычу.
— Смотри, золото.
— Да какое это золото, — рассмеялся он. — Это медь позолоченная. У меня тоже такие есть, и много. Хочешь, подарю.
— Нет, — ответил я. — Думайте что хотите, что я совсем дурак? Я ювелиром на заводе "Алтын" работал и знаю, как золото выглядит.
Они засмеялись.
— Ну, пусть будет золото, — сказал Андрей, чтобы не усугублять ситуацию. — Что там с каретой?
— Уехала, — ответил Саныч.
Андрей снова засмеялся.
— Смотри, чтобы твоя не уехала, — сказал я. — Место глухое.
Андрей посмотрел на меня.
— Сейчас подъеду сюда.
— Тут точно разберут, — сказал я и засмеялся.
— Кто разберет? — Саныч недоуменно посмотрел на меня. — Тут, кроме нас, никого нет.
— Нет, машина новая.
— Ага, — добавил я, — и стоит, Саныч, как твой дом.
Саныч удивился.
— Да-да, — подтвердил я.
— Ну, это мое дело, на что я деньги потратил, — сказал Андрей.
— А вы знали, что часть денег надо на благотворительность отдать?
— Ну? — Саныч посмотрел на меня.
— Нет, — ответил Саныч.
— Ты спросил у Андрея?
— Нет, не слышал.
Я пошел за машиной.
Мне стало скучно, и я решил попугать Саныча.
— Смотри, не поделишься — дом сгорит или еще чего. А чего это что? Не проснешься ночью. Или у Андрея машину сейчас украдут.
— Да ну, не каркай, — сказал он. — А ты сам отдал?
— Да, отдал, — ответил я.
— Кому ты отдал? Расскажи.
— Ребенку помог, отдал на операцию деньги.
Вопрос иссяк. Мы снова замолчали.
— Слышишь, что-то едет, — сказал Саныч.
— Да, слышу.
— Звук какой-то странный, — добавил он.
— Это карета, — сказал я.
Мы засмеялись.
Подъехал Андрей. Мы сели в машину и поехали в сторону дворца. По пути было много старых, разрушенных зданий. Одно было похоже на конюшню, второе — на почтовый домик.
— Неужели тут никого нет? — спросил я.
— Есть, — ответил Андрей.
— И кто же? — спросил Саныч.
— Мы, — сказал Андрей и засмеялся.
Не успели мы добраться до дворца, как я спросил:
— Так где карета?
— В подземном ходе.
— А где ход? Знал бы — ее там бы не было, — сказал он. — Ты бы устал ее пилить, и тебя бы давно поймали, — добавил Саныч с улыбкой.
— А ты слышал про карету, Саныч? — спросил я.
— Слышал, только та, в крепости, была карета.
— Может, мы не туда поехали? — сказал я.
— Да туда, — сказал Андрей. — Их вообще две было.
— Придется кому-то без кареты, — ответил я.
— У Андрея есть, — сказал Саныч с улыбкой.
— Она не золотая, — ответил Андрей.
— Ну ничего, покрасим, — сказал я, чтобы разрядить обстановку.
Дворец был заколочен. На окнах висели старые ставни из досок.
— Ну что, как? — спросил я.
— Через подвал, — сказал Андрей. — Уходим.
Мы пошли за ним.
— А что вы за мной идете? — спросил он.
— В подвал, — сказал Саныч.
— Да какой подвал! — и мы засмеялись.
— Я за монтировкой иду.
— А-а-а-а-а, — ответил я.
Мы отломали доску.
— Ну что, Саныч, лезь. И фонарик возьми.
— Нет, парни, я боюсь лезть.
«Надо выпить для храбрости», — промелькнуло у меня в голове.
— Да вы сегодня молодцы, почти не пьете, — сказал Андрей.

Не сглазь," ответил я, делая глоток самогона из бутылки. "Ну что, Саныч, лезь! Ты старый, тебе терять нечего. А мы за тобой."
Саныч сделал большой глоток, потом вернулся и сделал ещё один. "Ну ладно," ответил он. Перекинул ногу, и я крикнул вслед: "Фонарик возьми!" Саныч исчез в темноте.
Я заглянул в подвал, но Саныча не увидел. "Что за мистика?" спросил я. Через несколько секунд раздался крик: "Еп... твою мать!" Я упал.
Заглянув под стенку подвала, я увидел Саныча, лежащего на горе кирпичей, с недовольным лицом. "Заколачивай обратно," сказал я Андрею, "и поехали назад. Приедем, когда карету найдёт." Мы засмеялись.
"Вы меня вытаскивать отсюда будете?" крикнул Саныч. "Нет," ответил я, и кинул ему бутылку с самогоном. "Это чтобы не умер с похмелья?" спросил Андрей. "Нет," ответил я, "для храбрости." Андрей засмеялся.
"У меня есть верёвка." "Хорошо, а вдруг кто её отрежет?" спросил я. "Сиди тут, я к Санычу."
"Отходи, старый!" крикнул я. "Куда я пойду? Мне не встать!" "Хорошо, мягко будет падать!" крикнул я, засовывая ноги в проём окна подвала. "Стой!" закричал он, "стой!" Но я сделал вид, будто ничего не слышал. Он отскочил в сторону. "Ну вот, ожил," подумал я, "сделал из себя жертву." Андрей опять засмеялся.
Я спрыгнул вниз и упал.
"Блин, ногу сломал!" — закричал я. — "Это все Саныч виноват, вызывай МЧС!"
"Что?" — испуганно вскрикнул Андрей. — "Ну вот, этого ещё не хватало!"
Саныч подошел ко мне с испуганными глазами.
"На карете меня повезешь на золотой домой" — сказал я и засмеялся что есть сил. — "Да ничего, ушиб, наверное, заживет. Все, Андрей, мы пошли!" — крикнул я.
"А нога?" — спросил он.
"Нога тут осталась!"
Он засмеялся: "Давай аккуратнее!"
Внутри дворца на полу лежал венецианский паркет.
"Какой красивый!" — сказал Саныч, разглядывая пол.
"Где твой мешок?" — спросил я.
"В машине остался. А что?"
"Забирай, говорю, дома постелишь!" — сказал я Санычу, положив руку на плечо.
Он улыбнулся: "А чего нет-то? Все равно пропадет," — ответил он.
"Ты серьезно?" — сказал я.
"Ну да."
"Сейчас погоди," — ответил я. — "Андрей, Андрей! Аууу!"

Что случилось?" – спросил он .
"Саныча завалило," – ответил я.
"Как завалило?"
"Ну, вот так. Неси монтировку и его мешок."
"А мешок зачем?"
"На голову ему надену," – он засмеялся.
"Может, просто бутылку кинуть вам?"
"Да нет, неси, что сказал."
Он принес мешок, засунул туда монтировку.
"Блин, давай так кину, бутылка разольется."
"Да кидай уже, хрен там с этой бутылкой. Там паркет горит."
"Какой паркет?"
"Венецианский," – сказал я.
Он улыбнулся и кинул мешок.
Я поднял его, подошел к Санычу. Судя по его лицу, он уже снял паркет и постелил его во всем доме.
"Ну ты и фантазер," – сказал я ему.
"Почему фантазер?"
"Ты пуговицы забрал."
"А я возьму паркет."
"Давай, снимай," – я дал ему монтировку.
"А ничего не будет?" – спросил он.
"А я откуда знаю. Подумаешь, дом потом сожгут," – засмеялся я.
Он положил монтировку в мешок и достал бутылку.
"Будешь?"
"Буду," – ответил я.
Он протянул мне бутылку.
"Ты первый," – ответил я.
Он выпил и снова протянул бутылку.
"Ох, хорошо."
"Ну да, поддерживаю."
"Тебе правда он нужен?" – спросил я Саныча.
"Паркет?" – уточнил он.
"Да, нужен."
"А тебе?"
"Да взял бы печку топить на даче."
"Ты что, дурак?"
"Нет," – ответил я. – "Ты что, забыл, дурак у нас Андрей."
"Андрей умный парень. Это еще почему?" – возразил я.
"Не полез сюда, как мы."
"Ну и что? В чем умный-то?"
"Что без паркета остался?" – засмеялся я.
И мы пошли дальше. Замок был очень огромный. В одном помещении не было крыши.
"Странно," – ответил я.
"Сад, наверное, был," – сказал Саныч.
"Какой сад?"
"Обычный," – сказал Саныч.
Вокруг стояли чугунные столбы, на них висела виноградная лоза.
"Ого, как круто. И виноград рос."
"Да не только виноград," – ответил он.
"А что еще?"
"Бананы," – засмеялся я.
"Да что ты смеешься? Тут раньше был парник, который топили и зимой, и летом. И выращивали экзотические фрукты."
"Вот ты фантазер," – ответил я.
"Ничего я не фантазер," – сказал он. – "Почитай в интернете."
Я промолчал, ответить было нечего.
В следующем зале стоял огромный черный рояль.
"А он чего тут делает?" – спросил я.
"Стоит," – ответил Саныч.
"Я вижу," – ответил я.
"Наверное, кто-то играл," – сказал он. Я засмеялся.
"Явно не для декора."
"Ты играть умеешь?" – спросил я у него.
"Раньше играл," – ответил Саныч.
"Ну, сыграй," – усмехнулся я.
"Да он  наверное, расстроен."
"Ты просто мало выпил," – сказал я. – "На, настрой."
И протянул ему бутылку из его мешка. Он выпил, поставил под задницу ящик и стал играть. Не скажу, что бы прям меня это задело, но дрожь побежала по телу.
"Что это?" – спросил я.
"Где?" – перебил он меня.
"Везде играет музыка."
"Да я слышу. Посмотри на потолок."

На потолке распустились огромные цветы с непонятными отверстиями. "Ого, а это что?" – удивился я. Это были глиняные трубки, расходящиеся по всему замку, через них распространялся звук. Когда играешь, музыка слышна повсюду, словно из колонки. "Ничего себе, круто! Ну ты играй, а я пока осмотрюсь", – сказал я.
Я подошел к огромным, заколоченным воротам, на которых висел массивный амбарный замок. "Саныч!" – крикнул я, и музыка тут же прекратилась. "Что?" – отозвался он. "Тащи свою задницу сюда!" – сказал я.
Саныч, прихватив мешок, подошел ко мне. "Смотри", – сказал я. "Тебе ворота нужны на участок ?" – спросил я , и засмеялся. "Ворота нет, а замок бы взял". "Ну бери", – ответил я.
Мы сняли замок с ворот, и Саныч отдал мне мешок. "Слушай, Саныч, я так и буду таскать твои причиндалы? Может, ты еще паркет мне туда положишь?" Он засмеялся. "Давай положу".
Походив по замку, мы не нашли ничего интересного. "Ну всё, надо выходить", – сказал Саныч. "Как?" – спросил я . "Мда, интересный вопрос. Давай дверь сломаем?" "Это не дверь, а ворота", – поправил Саныч. "Разница в чем?" – возразил я. "Разница большая, друг мой", – сказал Саныч. "Ладно, не томи", – сказал я.
Мы оторвали доски с ворот, и всё удалось открыть. "Что, пойдем напугаем Андрея?" "Ну пойдем". "Лопату взял?" – спросил Саныч. "Это еще зачем?" "Если умрет со страху, чтобы похоронить". "Да ну, копать еще. Вон на работе хватает, кинем в склеп", – и мы засмеялись.
Мы подошли. Андрей стоял с телефоном в руках. "Саныч, как только я подойду, бей что есть сил монтировкой вон по той бочке. А я заору". "Хорошо", – сказал Саныч.
Я подкрался к Андрею. Саныч ударил по бочке. "А-а-а-а-а!"
У Андрея вылетел телефон и упал в кусты. "Вы что, совсем идиоты?" – спросил Андрей. "Я еще телефон пойду посмотрю. Купите новый!" – возразил он. "Ладно, извини".

Саныч всё продумал. У него мозгов бы не хватило», — сказал Андрей.
Саныч попытался возразить, но я опередил: «Зачем человека оскорблять? Есть у него мозги. У меня в багажнике ножовка, сейчас вскроем, посмотрим».
Мы засмеялись. Не смеялся только один Саныч.
«Ну что, нашли?» — спросил Андрей.
«Да, нашли».
«Ну и где?»
«Саныч, неси мешок», — сказал я.
Он принёс. «Доставай!» — говорю я.
Андрей с недоумением посмотрел на мешок. «Что доставать?» — спросил Саныч.
«Ну ты и дурак! — ответил я. — Правда, мозги все пропил. Бутылку что ли?»
«А-а-а-а-а!» — воскликнул он. Достал бутылку, и мы выпили.
«А ты чего нашёл?» — спросил я Андрея.
«А я не скажу. Сам потом приеду и всё заберу».
«Ну и забирай», — сказал я.
«Саныч, что с паркетом-то?»
«Что с ним?» — спросил он.
«Будешь забирать?»
Мы рассказали всё Андрею.
«Я его не повезу. Машина новая, вы что?»
«Ладно, Саныч, сами потом заберём, не ссы».
«Так чего нашёл-то?» — спросил я.
«Подземный ход».
«Да врёшь, не может быть!»
Он достал телефон и показал фото. Саныч открыл рот. И правда!
«Да это он из интернета скачал, — сказал я. — Врёт!»
«А вот и нет, — ответил Андрей. — Вон там, в кустах».
Мы дошли до кустов. На краю кустов лежали большие чёрные, казалось, кладбищенские плиты.
«Ого! — ответил я. — И правда!»
«Саныч, лезь!» — сказал я.
«Теперь твоя очередь, немец!» — сказал Саныч.
«Хорошо, благо, невысоко».
Мы спустились в туннель. Казалось, он идёт, наверное, в сам ад. Ни конца ни края.
«Ну что, взял фонарь?»
«Нет», — ответил он.
«Тогда или так, я пошёл вправо. За мной пойдёшь, Саныч?»
«Куда ты идёшь?» — спросил я.
«За тобой. А что, за мной идти? Мы же вместе?» — спросил он.
«Или в другую сторону», — ответил я. Он подошёл к Андрею, взял фонарь и пошёл.
Шёл я недолго. Со стороны дворца ход был замурован. «Блин, вот же чёрт, что за фигня! Огромный ход, тут и карета, наверное, проедет».
«Немец!» — закричал Саныч.
Я побежал к нему. Неужели нашёл? Саныч с испуганными глазами стоит, смотрит в мою сторону.
«Что, карета?» — спросил я.
«Человек», — ответил он мне.
«Наверное, кучер с той кареты», — засмеялся я.
«Там человек!»
Мы подошли. Этим человеком оказался скелет в старой рваной немецкой форме.
«Вот это да! — сказал я, снимая с него значки. — Больше ничего не было?»
«Нет. Я дальше не пойду», — ответил он.
«Ну не ходи.

Иди, посмотри, что там за тупик," – сказал я.
"Какой тупик?" – переспросил он.
"Да тот, у замка," – пояснил я.
Я двинулся вперед, но вход был заложен. Казалось, тупик упирался в старое кладбище. "Вот черт," – подумал я, – "там, наверное, золото, склепы каких-нибудь купцов." Но делать было нечего.
"Саныч!" – крикнул я.
"Аууу!" – отозвался Саныч.
"Что за звук?"
"Да это я тупик ломаю."
"Что делаешь?"
"Да там пустота!"
Саныч вытащил кирпич. "Не может быть!" – воскликнул он. – "Смотри, закричал он, смотри, смотри! Карета!"
"Да ты что, старый дурак, с ума сошел?" – недоверчиво спросил Андрей. – "Какая карета?"
"Золотая!"
Андрей спрыгнул вниз. И правда, там была карета. Мы принялись разбирать тупик. Кирпичи поддавались с трудом, и мы решили съездить за кувалдой. Пока ждали, мы с Санычем уже успели насочинять в голове целые истории.
"Еле вылез Андрюха," – сказал я. – "А нам как выбираться?"
"Веревку надо было," – проворчал Саныч. Прошло больше часа. "Наверное, свалил," – подумал я. – "Потом приедет, когда мы с голоду помрем, и карету заберет." Я усмехнулся.
"И уедет," – подхватил Саныч.
"Да там обрушено, да и немец охраняет," – сказал я. – "Не уедет."
"Посвети фонарем," – попросил Саныч.
В глубине тупика стояла огромная, красивая карета из дерева. Сверху ее украшал резной герб с каким-то яйцом.
"Что это?" – спросил я Саныча.
"Это герб Екатерины Второй," – ответил он.
"Ого," – сказал я. – "А карета-то золотая?"
"Нет," – пожал он плечами. – "Может, фильм снимали?"
"Какой фильм?" – спросил я.
Приехал Андрей, и мы окончательно разбили тупик. Внутри кареты оказался сундук с золотыми монетами.
Карету передали в краеведческий музей.
Золото отдали государству. Клад оценили в 200 миллионов.
От государства мы получили 25%.
20 миллионов ушло на благотворительность в детские дома. Андрей купил себе квартиру и завел семью. А Саныч... ну, он купил себе карету и лошадей. (Шутка, конечно).
Саныч дожил свой век и умер в своем доме, у камина, в кресле-качалке. Паркет он так и не забрал
А пуговицы , оказались золотыми. И хранятся в музее в Эрмитаже.
А я? А что я. Моя история продолжается.