На образ Протеже и Железной Короны

В долине, летаргией прокажённой,
Где даже ветер слишком уж ленив
Чтоб ободрать совсем с деревьев кроны,
Лишив их листьев ржаво-золотых,
Из года в год скудны с посевов всходы,
Но не случался никогда там глад,
Там повседневный быт казался скромным...
Там ветхий и угрюмый особняк;
На перепутьи времени с пространством
Раздался эхом сердца тьмы удар,
А вечность с бесконечностью смешались,
Врата открыты, вырвался кошмар.
Неровный полукруг в гостиной зале -
Он разделён на шесть частей телами.

Ходили небылицы, слухи, сплетни
Про тех, кого хозяин приглашал
В свой особняк: учёные, богема,
Из городов больших, из дальних стран,
Доклады там и лекции читали
О древностях,науках, чудесах,
Там пели и играли, танцевали,
Там не стыдились - там теряли страх;
Искали удовольствия и знаний,
Свободы от надуманных преград,
Но силы, что они не представляли
Призвать возможно, верный зная знак.
Начертан кровью прямо на полу -
Пять ярких жертв, чтоб заглянуть за тьму.

Подобный знак не вырван из контекста,
Он воплощает сложный весь обряд,
Единство цели, места и момента,
Деяний, что не обернуть назад.
Непостижимый для рассудка метод
Безумием, однако, постижим,
Незримые великие секреты -
Амбициями ослеплённый зрит.
Всегда цена есть, невозможно малой
Могущество и власть приобрести,
Цена такая, чтобы подтверждала,
Что аспиранту ведомы пути.
Два незнакомца. Две невинных девы -
Прорвать плеву и причаститься скверной.

Возможно лишь немногое постичь,
Познать возможно что не сокровенно,
Величие же истин мировых -
Эфирные миазмы откровений.
Немыслима свобода без оков,
И каждое открытие - как рана,
Закон и безразличен, и суров,
И только в завершениях начала;
Стремиться кто вовне - тот должен пасть,
Перерасти понятие порока,
Растлить, замучить, обещать, солгать,
Судить себя - и не признать виновным
(Хотя невинность сложно отыскать),
Разрушить на запретном чтоб печать.

Когда ещё ничтожный род людской
Распространяться начал, как зараза,
До письменности и праязыков
Уже встречался образ им ужасный;
В материальном мире он из грёз,
Прослеживается в любой эпохе,
По образу - придумали богов,
Скрепляли веру кровью же и плотью -
Несли к теперь забытым алтарям
Дары. Но боги, нет, не отвечали.
Ответов не положено рабам,
Предательством ответы получают;
Последняя из жертв для ритуала -
Покорно принял над собой расправу.

Тот чёрный, что не поглощает свет,
А тот, когда нет абсолютно света -
Он был до звёзд, туманностей, комет -
Кипящий хаос из ядра вселенной,
Он вне осей, он вне координат,
Космические оплавляет струны,
Он абсолютен - и не избежать,
Одна судьба соединяет судьбы.
Презрительная гордость не спасёт,
Но с хаосом есть шанс объединиться:
Создать венец для корпуса работ;
Свой Magnum Opus, больше, чем убийство -
Наставник мудрый и хороший друг -
От склизких, грязных, судорожных рук.

Неровный полукруг в гостиной зале
Начертан кровью прямо на полу,
Он разделён на шесть частей телами -
Пять ярких жертв, чтоб заглянуть за тьму.
Два незнакомца, две невинных девы
(Хотя невинность сложно отыскать),
Прорвать плеву и причаститься скверной,
Разрушить на запретном чтоб печать -
Последняя из жертв для ритуала -
Наставник мудрый и хороший друг,
Покорно принял над собой расправу
От склизких, грязных, судорожных рук.
Убийца, таинством, возвысился до трона,
Но правит - им - Железная Корона.