А это было

         

… И каждый мог над ними надругаться,
И статусом клошара стали ниже.
Кто с бошами мог счастливо смеяться-
НаГоло  стали стрижены в Париже.

Мог каждый невозбранно бросить камень,
От оскорблений спины их согнулись.
Родная, навсегда закрылась гавань,
Когда из плена их мужья вернулись.


Рецензии