Брусничным чаем поит ночь-хозяйка

Брусничным чаем поит ночь-хозяйка…
Теплом душевным веет от костра…
В ногах, клубком свернувшись, дремлет лайка…
А ведь буквально вот, ещё вчера,
Как Божьим знаком, вынырнув из дыма
Ползущих вереницей серых дней,
Приснился не янтарный берег Крыма,
Не пляж Алушты с толпами людей,
А старое забытое зимовье,
В котором не был, кажется, сто лет…
Живое ли? Давно, поди, гнездовья
По всем углам, а, может быть, и нет.
Стоит и ждёт, как матушка родная
Всю жизнь ждала меня на берегу…
Так что сидим, душонка ты хромая?!
Хватай рюкзак, ружьишко и в тайгу!
Давай, давай, а то найдёшь причины,
Мол, возраст, дел, куда ни погляди…
Страшней всего, что я слезу рябины
Смахну и ною: «Воот, опять дожди…»
То прогоню бездомную дворняжку,
То на котят в сердцах притопну зло…
Душа моя, но ты же нараспашку
Всю жизнь была, так что произошло!?
Откуда этот кокон безразличья?
Пускай и раньше был я не святой,
Но я дышал! Я петь умел по-птичьи!
Я слышал пульс земли под берестой!
Скорей в тайгу! К зимовью, к перекату,
Где лось-рогач туман рассветный пьет,
Паук ползет с котомкой по закату
К своей мечте... И что бы там ни ждёт —
Медведь скалой или улыбка волка, —
Я знаю, что пока Господь хранит,
Ни нож мой, ни заплечная двустволка
Горячей кровью снег не обагрит!