ИИ. Марк Твен - 7

Марк Твен  - 7

Мой текстик:

Мертвое и злое хочется прогнать, но только когда ты мягок,  отрешен, любое зло бессильно и беззвучно. Иначе так: «моё добро слабее его зла, но зато моё зло сильнее – им и разрушу его зло, чтобы помочь своему добру». «Все рутинные дела исполнил, всех докучливых людей облаял – наконец, можно жить спокойно»…


-----

Пародии ИИ в стиле Марка Твена

1

Иной мудрец, начитавшись восточных календарей, объявляет: «Главное – мягкость да отрешённость. Будь ты тюфяком – и любое зло споткнётся о тебя и упадёт в канаву от недоумения».
Звучит складно, особенно в тиши кабинета, под чай. Но попробуй-ка сохранить отрешённость, когда соседский поросёнок систематически подкапывается под твой забор, да ещё и хрюкает при этом цитатами из Шопенгауэра. Нет уж, тут философия испаряется быстрее спирта на раскалённой плите.

И вот тогда рождается в душе обычного, практичного джентльмена иная, более житейская теория. Теория морального баланса, так сказать. Рассуждает он примерно так: «Моё добро, конечно, вещь хрупкая, как фаянсовый пёс на камине. Им зло не испугаешь. Оно, зло-то, откормленное, наглое, как иллинойский лоботряс. Но зато у меня в запасе есть моё собственное, домашнее, выпестованное зло. Не такое масштабное, конечно, но зато родное, привычное, с характерным привкусом старого виски и просроченных счетов. Им-то я его, супостата, и прогоню! Одну гадость – другой, как говорится. И выйдет в итоге арифметическая справедливость, а может, даже и маленький, личный апокалипсис».

И пускается наш герой в крестовый поход. Он исполняет все рутинные дела с яростью святого, борющегося с искушениями. Он лает на докучливых людей с искусством и рвением выдрессированного пса, пока не перелает всех встречных-поперечных. И вот, наконец, наступает тишина. Пыль оседает. Поросёнок, кажется, отступил.

Он садится в своё кресло, оглядывает опустошённое поле боя, вытирает пот со лба и думает: «Ну, вот. Порядок. Теперь можно жить спокойно и добродетельно». И в этой благодатной тишине он впервые за день слышит отчётливое, неумолчное  "Тик-так, Тик-так". Это тикает его собственное, родное, только что отточенное в боях зло. Оно никуда не делось. Оно просто село у камина, сняло ботинки и устроилось поживать. И теперь смотрит на хозяина очень уж пристальным  взглядом.

И понимает тогда наш добрый христианин, что он, по глупости, не того зверя выгнал со двора. Да и двор-то теперь выглядит так, будто через него прошла не заповедь «Возлюби ближнего», а два полка пехоты с артиллерией. А спокойствие, которого он так жаждал, пахнет пеплом и победой, от которой почему-то очень горько во рту.

Мораль, каковая всегда тянет одеяло на себя, тут проста: легче прогнать десять свиней, чем одного демона, которого ты сам впустил в парадную дверь, приняв за судебного пристава. А тишина после боя – она для мёртвых. Живым же всегда что-то да почудится. Хотя бы собственное сердцебиение.


2



Довелось мне как-то прочесть в одной восточной книжке, переведённой, как водится, калифорнийцем из Бостона, глубокомысленную штуковину. Мол, будь мягок, будь отрешён — и всё зло перед тобой рассыплется, как труха. Ну, я человек простой, с Миссисипи. Попробовал. Сел на веранде, настроил лицо на отрешённость, будто только что выслушал двухчасовую проповедь пастора о грехах плоти. Жду, когда зло, обескураженное моим благолепием, уберётся восвояси.

пришёл соседский мальчишка с новой дудкой — звук у неё был такой, будто котёл с устрицами учится петь оперу.

К вечеру ко мне нагрянул комитет благотворительности с намерением спасти мою душу путём изъятия кошелька.

Нет, сэр, это как тушить пожар в сарае, вежливо попросив пламя быть потише. Не работает.

И я разработал свою, американскую, практичную теорию. Основа её проста, как мычание. Если твоё добро слабее соседского зла — не беда. Значит, у тебя где-то в загашнике должно заваляться своё, домашнее, проверенное зло. Покрупнее калибром. Им-то ты и должен аккуратно, с чувством, толком и расстановкой, приложить зло внешнее. Чтобы помочь, как говорится, своему же добру выкарабкаться.

докучливые люди — это гвозди, которые вечно торчат не с той стороны. И иногда, чтобы наконец-то присесть на эту скамейку и закурить трубку в долгожданном спокойствии, нужно не медитировать, а хорошенько пройтись по всем этим гвоздям увесистым американским молотком здравого смысла.

--