Я живу на краю предложения
между буквами и препинаньями;
здесь время пыльцою въедливой
оседает на датах и личиках.
Город учит меня одиночеству
лучше, чем любая география.
Вещи знают о нас больше нас:
стул о тяжести, стол — о привычках.
Валит снег, отменяя приметы
народной тропы и признаний,
равняет и крыши, и судьбы,
как жизнь заложивший игрок.
И если язык — это родина,
то молчание — форма изгнания.
Всю жизнь я внимать учусь
тишине между строк.
Свидетельство о публикации №126013003300