Жузе Руй Тейшейра Я один видел смерть за занавеско

В доме моих бабушки и дедушки был глинобитный пол
и побеленные стены.
Когда наступала ночь,
смерть окрашивала дом блёкло-зелёным
и усталость нищетой.

Только я видел смерть за занавеской
погребальной парчой времен голода.

Дерево скрипело оплакивая тишину.
Кости моих дедушки и бабушки скрипели побелённые.
Но я один видел смерть за занавеской
окрашивающей в зелёное ночь.

Это был дом скрипевший
внутри тишины.

Белые кости моих бабушки и дедушки болели
в скудости каждого слова.

Бубушка намазывала хлеб маслом   
держа его над огнем,
ячмень ждал и смерть касалась зелёным ночи
и бабушка повторяла свои сдержанные жесты.

Смерть улыбалась, зеленоватая и откровенная.

Дедушка укрывал мои ноги
одеялом из времён голода
и было так как будто так будет всегда.

У дедушки была больная печень
и смерть это знала.

Дом скрипел, кости скрипели,
голод был памятью которая скрипела
в зеленоватой тишине каждой ночи.

Бабушка знала, что я видел смерть,
возможно поэтому она клала
столько сахара в ячмень.