Один день из жизни могильщика

Рассказ , основан на реальных событиях. Один день , из жизни Автора . То есть меня

 Прозвенел будильник. Шесть утра. Пора вставать.
Я сварил и выпил кофе, умылся, почистил зубы. Вышел на улицу. Автобус медленно полз по унылым, залитым дождем улицам. «Черт, опять дождь, — подумал я, — а работы сегодня много». Впрочем, нам не привыкать.
Автобус свернул на дорогу, ведущую через лес. Казалось, она уже давно никого не вела к жизни — только к тупику на краю, где раскинулось старое кладбище.
— Ну всё, приехали, — бросил водитель.
«Опять похороны», — мелькнуло у меня в голове.
Я встретил напарника. Мы переоделись, молча выпили по чашке кофе.
— Ну что, идем? — спросил он.
— Идем, — ответил я.
Мы взяли лопаты.
— Сегодня шесть, — сообщил мой друг Андрей.
— Ничего, справимся. Вчера же три выкопали?
— Да. Значит, и сегодня нормально будет.
— Первая во сколько? — уточнил я.
— В десять тридцать. Успеем.
Мы разошлись в разные стороны. Мне достался участок на старом кладбище, затерянном в лесу. Покосившиеся кресты, заросшие могилы… Сюда, наверное, лет двадцать никто не приходил.
Сначала я долго не мог найти нужное место. «Как будто в первый раз здесь», — пробормотал я себе под нос. Наконец, приглядевшись, увидел: вот же она. Старый, поросший мхом памятник из белого мрамора. Дата смерти — 1983. Я неторопливо достал из кармана бумажку, чтобы сверить фамилию. Все сходилось. Пора копать.
Я аккуратно снял памятник, демонтировал цветник и вонзил лопату в землю. Копалось на удивление легко, хоть почва и была сырой от дождя. Через полчаса раздался характерный глухой стук. Гроб. Готово. Я прикрыл бруствер лапником, который принес с собой, и направился в другую часть кладбища.
— Андрей! — позвал я, но мне никто не ответил. Я крикнул еще раз.
Оказалось, он был совсем недалеко.
— Я уж думал, ты не приедешь, — сказал он, когда я подошел. — Плохо себя чувствую, наверное, заболел.
— Тут болеть нельзя, — отрезал я. — Давай помогу.
Здесь земля была совсем другой. Не то торф, не то чернозем — бывшее болото. Лопата еле входила в вязкий грунт и опасно гнулась.
— Лопату не сломай, — предупредил Андрей.
— Я тут пять лет работаю, если не больше. Сколько я этих лопат переломал… Ничего, буду руками копать, — пошутил я.
На кладбище стояла мертвая тишина.
— Смотри, Петя прилетел! — вдруг крикнул Андрей.
И правда, Петя. Огромный, смоляно-черный ворон сидел на кресте. Ростом он был до самой нижней перекладины и выглядел настоящим хозяином этих мест.
— Наверное, голодный, — тихо добавил я.

Во время захоронений на кладбище часто прилетал ворон. Он усаживался на верхушку огромной ели и терпеливо наблюдал, какое угощение люди оставят на свежей могиле. Нас он давно перестал бояться, да и мы его частенько подкармливали — стал почти ручным.
Неподалеку, в лесу, на месте срубленной нами ели, я однажды вырезал из пня большого идола — Велеса, лесного бога. Идол получился величественным и красивым. Мы обложили его камнями, и со временем это место стало пристанищем для лесных зверей, которые лакомились дарами, что мы приносили богу.
[Сцена на кладбище]
Наконец очередная могила была готова, и мы двинулись дальше по своим делам. Проходя между рядами, мы наткнулись на массивный памятник из черного камня — габбро.
— Ничего себе монумент, — присвистнул я. — Раньше его не видел.
— Летом поставили, — ответил Андрей.
— М-да... Видать, и на смерть своя мода есть.
— Это точно, — согласился я, и мы пошли вглубь кладбища.
На нужном участке мы сразу увидели могилу, над которой предстояло работать. С памятника на нас смотрела женщина лет восьмидесяти пяти с очень неприятным, колючим взглядом.
— Ведьма, что ли? — вырвалось у меня.
— Жутко такую трогать, — поежился напарник.
— Да мы же не ее тревожим, а рядом копаем, под другой гроб.
— А она потом сниться не будет? — с тревогой спросил он.
— Будет, конечно, — мрачно пошутил я. — И тебя с собой заберет.
Андрею было не до смеха, но таков уж наш кладбищенский юмор.
Демонтировав памятник, мы принялись копать. Не покидало гнетущее ощущение, будто за нами кто-то наблюдает.
— Разверни-ка его, — попросил Андрей. — Такое чувство, что она прямо на нас пялится.
— Как с языка снял, — ответил я.
Мы перевернули тяжелую плиту лицом к оградке и продолжили работу. Земля поддавалась на удивление легко.
— Принеси воды, — попросил я напарника. — И топор захвати, корни рубить.
— А чего сразу не взял?
— Да как-то не подумал.
Он ушел, а я остался один. Стало не по себе.

Я продолжал копать, хотя на душе было как-то неспокойно. Когда могила была почти готова, грунт начал осыпаться, и на дне проступила вода. «Ничего, — подумал я, — докопаю».
Внезапно стена со стороны памятника обвалилась. В следующую секунду тяжелая плита рухнула, прижав меня к противоположной стенке ямы. «Ну вот и всё», — пронеслось в голове. Памятник придавил меня портретом к сырой земле. Я изо всех сил пытался выбраться, но тщетно.
— Что ж, остались мы с тобой вдвоем, — пробормотал я, обращаясь к портрету. — Наверное, зря я над тобой шутил, бабушка.
Хотелось достать телефон, но куртка осталась висеть на дереве. Стало по-настоящему жутко. Хорошо хоть землей не засыпало, а то лежать бы мне здесь вечно. Ирония судьбы: могила предназначалась не для меня.
Минут через пять появился мой товарищ и, увидев эту картину, расхохотался.
— Мне-то это в кошмарах сниться будет, а тебя она, похоже, с собой заберет!
Мне было совсем не до смеха.
— Давай вытаскивай меня, — прорычал я. — А то она нас обоих прихватит. Урод.

Часть 1: Раскопка старой могилы
Он взял лом и приподнял памятник, а я вытащил из-под него свои ноги.
— Вот же блин, — вздохнул я. — Да, и такое бывает.
Мы зацепили памятник лямками, которыми обычно спускают гроб, оттащили его и поставили с другой стороны оградки.
Докопав могилу до гроба, я предложил товарищу:
— Может, посмотрим, что там за бабка? Вдруг и правда ведьма?
— Ты год видел? — усмехнулся он. — Там одни кости да череп. Да и сниться потом будет, ну её.
— А может, там вообще никого нет, — предположил я. — Ладно, давай глянем.
Гроб давно сгнил. На песке лежали лишь почерневшие обломки досок и истлевшие клочки ткани.
— Нет, не надо, — сказал я, отступая. — Это уже не смешно. Пусть спит, зачем тревожить.
— Ну, смотри сам, — ответил товарищ.
Мы двинулись в сторону своей конторы. Снова заморосил дождь.
— Что делать будем?
Я посмотрел на часы.
— Ещё сорок минут. Пошли пить чай.
Часть 2: Первые похороны
Когда время вышло, позвонил смотритель кладбища:
— Парни, «захоронка» приехала.
Мы вышли им навстречу. На удивление, приехало всего два человека. «Наверное, отец и мать», — подумал я. Мы молча вытащили гроб и поставили его на козлы.
— Прощаться будете? — спросил я.
— Нет, мы уже попрощались, — ответил мужчина.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда хороним?
— Да.
Мы опустили гроб в могилу.
— Подойдите, попрощайтесь.
— Мы уже попрощались, — повторила женщина со слезами на глазах.
— Это традиция такая — кинуть горсть земли на гроб, — пояснил я, поднося ей землю на лопате.
Они бросили по горсти, и мы принялись за дело. Закопав могилу и установив крест, мы разложили венки.
— Всё, мы закончили, — сказал я.
— Спасибо, — ответила женщина и протянула нам пакет.
Так было принято на кладбище. Внутри — водка и еда.
— Блин, да сколько можно? — повернулся я к товарищу. — Мы что, на алкашей похожи? Нафиг нам эта водка. Сколько у нас уже бутылок?
— Штук двести, — ответил он.
— Лучше бы денег дали.
— Ну, это такая традиция, — пожал плечами Андрей.
— Ладно. Скоро магазин откроем и будем продавать, — пошутил я.
Часть 3: Похороны "важного" человека
Через несколько минут снова раздался звонок.
— Приехали, — сказал смотритель. — Сделайте всё нормально, это знакомые Иваныча.
— Хорошо, — ответил я.
— Мы всегда нормально делаем, — возразил мой товарищ.
— Не обращай внимания, — бросил я ему.
Подъехала машина, из неё вышла женщина в чёрном платке.
— У нас отпевание, — произнесла она.
— Да, сейчас, подождите, — ответил я.
Мы выставили козлы и внесли гроб в зал. Народу собралось много — сразу видно, человек был не простой. Все с нетерпением ждали священника. Я знал его — он был очень пунктуальным и никогда не опаздывал.
Дверь открылась, и вошёл он. В чёрной рясе, с огромным крестом на груди. Статный, с красивой пышной бородой.
— Здравствуйте, Владимир, — сказала женщина.
— Здравствуйте, — ответил он. — Ну что, пойдёмте.
— Сколько у нас времени? — спросил я у него.
— Минут сорок, — ответил он.

''Пойдем прогуляемся," предложил я товарищу. Мы направились к могиле, но из-за дождя там скопилась вода. Взяв ведро, мы принялись черпать. "Фу, опять этот запах," – вырвалось у меня. "А чего ты ожидал? Где ты работаешь?" – парировал товарищ. "Это же кладбище. Конечно, здесь повсюду тела." Запах действительно был невыносим. Набросав сверху лапника, мы вернулись.
Отпевание закончилось, и мы отнесли гроб в машину. Поехали на место. Гроб был тяжелым – массив дуба, да и сам покойный весил немало. Впереди нас шла женщина. Я пригрозил: "Спереди гроба не ходят. Покойный с собой заберет." "Что вы знаете, это все ерунда," – ответила она. "Ну, смотрите, ваше дело. Первым могилу должен увидеть покойный." Она рассмеялась: "Ему уже все равно." "Тогда зачем такой дорогой гроб ему купили?" – спросил я. "А это не ваше дело. Делайте свою работу," – отрезала женщина.
Мы спустили гроб. "Идите, киньте по горстке земли, попрощайтесь," – сказал я. Женщина, подходя к могиле, провалилась в подбой и упала на гроб. "Господи, помогите!" – воскликнула она, глядя на меня испуганными глазами. "Что мне теперь делать? Я умру?" "Я же вас предупредил, а вы смеялись. И вообще, это не шутки," – ответил я. "Вы не первая такая на моем веку." "Так что со мной будет?" – спросила она. "Умрете," – подумал я про себя. "Зачем быть такой..." Я промолчал. "Так что мне делать?" – повторила она. "Ничего не делать. Думать головой," – ответил я. Все замолчали. Мы стали закапывать гроб. Закончив, поставили крест.

Ко мне подошел мужчина и громко сказал: "Подравняйте вон там сбоку. Некрасиво!"
"Не буду", – ответил я.
"Мы триста тысяч заплатили!" – настаивал он.
"Мне что ли?" – подумал я. – "Не буду я ничего ровнять. Для меня здесь все равны: и бедные, и богатые", – ответил я.
Он молча подошел ближе, словно хотел что-то сказать.
"Как вас зовут?" – спросил он.
"Артем", – сказал я, назвав другое имя.
"Можно я вам руку пожму?"
"Можно", – протянул я ему руку.
ствия. Мы развернулись и собирались уходить.
"Мальчики, стойте!" – крикнула женщина.
"Опять водка?" – подумал я.
Она подошла и протянула нам деньги со словами: "Берегите, пожалуйста, себя. У вас тяжелая работа".
"Спасибо", – сказал я, – "и вы себя берегите".
Я посмотрел на часы. "Блин, следующая через час. Пойдем к Санычу сходим".
"Саныч, ну чего ты там? Опять свои кроссворды разгадываешь, пока тут сидишь? Уже полкладбища обворовали!"
"Кто?" – подскочил он.
"Да шутит он", – сказал Андрюха.
"Ну, у тебя и шутки", – сказал Саныч.
"Ладно тебе, пора привыкнуть уже", – сказал я.
"Да у тебя такие шутки дурацкие!"
"Да я и сам дурак", – ответил я.
"Это еще почему?"
"Да потому что пошел сюда работать".
"Ну, это твой выбор", – ответил Саныч. – "Ребенка уже привезли?"
"Какого ребенка?" – спросил я.
"Сегодня же ребенок на шестом участке".
"Блин, точно! На кладбище детей хоронил только я".
Спустя время приехала машина. Я вытащил гроб. Родители, пара лет сорока, шли за мной.
"А что за гроб такой странный?" – спросил я. – "Я таких не видел. Надо будет яму ровнять".
"Вы прощаться будете?"
"Да", – ответил отец.
Я открыл гроб. Там лежали две девочки, Яна и Даша. Помню, как сейчас. И мое сердце облилось кровью, я заплакал.
"Ладно, время идет", – сказал я и начал отбивать стенки могилы.
"Все, я закончил", – сказал я.
"Хорошо", – ответили мне родители девочек.
Я взял гроб и аккуратно спустил его в могилу.
"Попрощайтесь", – сказал я и протянул им горсть земли в руках. Я похоронил детей.
После этой истории на могилку никто не приходил. Ухаживал за ней я: приносил цветы, поставил крест, обложил камнями.

Приехала машина, из которой вышли санитары.
— Ну что, парни, не ждали? — спросил один из них с усмешкой.
— Нет, конечно, — ответил я. — Лучше бы вообще не приезжали.
Они засмеялись.
Я открыл фургон. В правом углу лежали тела, завернутые в ткань, от которой исходил невыносимо зловонный запах. По другую сторону громоздились гробы, сколоченные из досок явно ненадлежащего качества.
— Куда вам их? — спросили санитары.
— Да кидайте прямо здесь.
Мы выставили гробы и аккуратно переложили в них тела.
— Свидетельства куда? — поинтересовался один из них.
— Давай, я сфотографирую и отдам.
Мы сфотографировали свидетельства, лежащие на гробах.
— Ну всё, давайте, парни, бывайте, — сказал я.
— Завтра двадцать, — произнес один из санитаров.
— Двадцать чего? — спросил я, не веря своим ушам. — Да ну, не может быть! Серьёзно?
— Да, ****ец, — ответил я товарищу. — Что делать будем? Это те, о бомжах? — уточнил я.
— Да, — подтвердили мне. — Платили бы нормально за них. Тысяча рублей за могилу.
— Давай тракториста позовем? — предложил Андрей.
— Да, давай, — согласился я.
Санитары уехали. Мы молча опустили тела в могилы и принялись закапывать. Двадцать тел, ничего себе! Неужели они всех бомжей в округе собрали? — подумал я. — Ну и ладно, не умрем.
Вот дорогие читатели, кто дочитал до конца, один день из моей жизни. И 6 лет могильщиком на кладбище. Дорогою , длинною в жизнь , между жизнью и смертью .
 Следующий мой рассказ. Можете найти у меня на странице. Называется он воспоминания солдата. Это не конец моего пути. Буду и дальше , радовать вас своими историями. Та сложилось , что прошлось пройти не легкую жизнь.