Игра проза

18+

1
В комнате царила такая тьма, что она казалась живой, густой как смола которая облепляет всё вокруг и не даёт вздохнуть. Шторы были задёрнуты наглухо, тяжёлые, пыльные полотнища которые не пропускали ни луча света с улицы где, наверное, уже вечерело или рассветало, кто его знает, время здесь потеряло смысл. Дверь закрыта, заперта на защёлку и в этой изоляции воздух стоял неподвижно, пропитанный запахом старого пота, остывшего кофе из кружки на столе и лёгким озоном от перегретого компьютера. Единственный источник света- монитор, его холодное голубоватое сияние, которое выхватывало из мрака лицо парня сидящего за столом и его руки, мелькающие над клавиатурой и мышью.

Он был здесь часами, может днями, трудно сказать когда последний раз вставал чтобы поесть или выйти в туалет. Игра засосала его целиком как трясина из которой не выбраться. На экране разворачивалась безумная смесь погони и хаоса: персонаж мчался на машине по узким улицам виртуального города, ревущий двигатель, визг шин, а потом вдруг выскакивал из тачки и бежал пешком, перепрыгивая через заборы, удирая от копов или ввязываясь в драку. Гонка, где всё шло наперекосяк, где скорость была всем, а ошибка была смертью. Он любил это или думал что любит пока не застрял на этом чёртовом участке.

Машина входила в поворот, он жал на газ, стараясь выровнять, но каждый раз занос. Шины скользили по асфальту как по льду, корпус тачки трясло и она врезалась в барьер, отлетала теряя скорость. Враги, или кто они там были, другие гонщики, обгоняли его, и на финише он приходил вторым. Вечно вторым.

- Да что за фигня!- прошипел он сквозь зубы, пальцы забарабанили по клавишам быстрее пытаясь переиграть момент. Клик-клак-клак, стук клавиатуры эхом отдавался в тишине комнаты, мышь скользила по коврику с такой силой что ткань под ней уже стёрлась в одном месте.

Он откинулся на спинку стула который скрипнул под его весом и уставился на экран где персонаж замер в ожидании рестарта. Сердце колотилось как после настоящей драки, адреналин бурлил в венах, но не от восторга, а от злости которая накапливалась как вода за плотиной.

Опять этот занос,- подумал он,- каждый раз в одном и том же месте. Как будто игра специально подстроена чтобы меня доконать.

Он наклонился ближе, лицо в сантиметрах от монитора, дыхание запотевало стекло. Пальцы снова в деле: газ, тормоз, поворот и опять! Машина ушла вбок, врезалась, экран мигнул красным от повреждений.

- Чёртова рухлядь!- рявкнул он ударив кулаком по столу. Кружка с кофе подпрыгнула, плеснула коричневой жижей на коврик.- Почему не держит траекторию? Я же всё делаю правильно!

Комната отозвалась только гудением системного блока под столом, этот ящик, набитый вентиляторами и проводами, жужжал, как рой ос, готовых ужалить. Он не замечал ничего вокруг: ни паутины в углу потолка, ни стопки пустых упаковок от фастфуда на полу, ни того как его собственное тело ноет от неподвижности. Только игра, только этот проклятый поворот. Ещё попытка. Клик-клак, стук пальцев как пулемётная очередь. Персонаж рванул с места, город мелькал за окном виртуальной тачки, но вот оно то место. Занос. Удар. Второе место.

- Сволочь!- заорал он, голос сорвался на хрип.- Ты издеваешься? Я тебя переиграю, слышишь? Переиграю!

Злость накатывала волнами, горячая, слепая. Он чувствовал как мышцы напрягаются, как пот стекает по спине под старой футболкой.

- Это не игра, это пытка какая-то,- бормотал он, запуская рестарт.- Разработчики идиоты, ничего не понимают в физике. Машина должна держаться, а не скользить как на мыле.

Пальцы летали по клавишам, стук-стук-стук, мышь дёргалась, как в конвульсиях. Ещё раз. Занос. Врезался. Второе.

- Да чтоб тебя!- взревел он, вскочив со стула так резко, что тот опрокинулся.- Ты меня бесишь, слышишь? Бесишь!

Он схватил мышь, сжал в кулаке, провод натянулся, как тетива. В голове пульсировала ярость, мир сузился до экрана, где мигал результат: второе место, снова и снова.

- Научитесь делать игры нормально, придурки!-  заорал он, и с этим криком швырнул мышь в монитор.

Удар был сильным, хруст стекла, треск пластика, экран вспыхнул искрами, покрылся паутиной трещин, а потом погас, оставив только чёрное пятно. Комната утонула в полной темноте, только гудение системного блока продолжало свой монотонный рёв.

Он стоял тяжело дыша, кулаки сжаты, злость не ушла, а только усилилась как огонь подпитанный бензином.

- Я их научу,- прорычал он,- научу делать нормально!

Дверь распахнулась с грохотом, он вылетел в коридор хлопнув ею так что штукатурка посыпалась с косяка. Комната опустела, погрузилась в тишину нарушаемую только этим упрямым гудением ящика под столом который продолжал работать словно ничего не случилось.


2
В кафе на пятом этаже старого офисного здания царила та тишина которая бывает только глубокой ночью когда город внизу уже затих, а утро ещё не подумало проснуться. За окнами сплошная чернота размытая огнями уличных фонарей где-то далеко внизу как звёзды в мутном небе. Кафе было пустым как заброшенный склад: несколько столиков с потрёпанными скатертями, кофемашина в углу которая шипела время от времени выпуская пар и запах застарелого кофе смешанный с пылью от коврового покрытия которое не мыли месяцами. Никого кроме этих двоих сидящих за угловым столиком у окна.

Девушка с длинными волосами собранными в небрежный хвост и парень с копной кудрявых волос которые торчали во все стороны как будто он только что вылез из постели.

Они пили кофе из бумажных стаканчиков, пар поднимался тонкими струйками и разговор шёл тихо, но с той напряжённой сосредоточенностью когда люди решают что-то важное.

Кудрявый откинулся на спинку стула который скрипнул под его весом и почесал подбородок уставившись в свою чашку.

- Ладно, давай по порядку,- сказал он своим низким голосом, с лёгкой хрипотцой от бессонных ночей.- Персонаж в тюрьме. Как он от туда выйдет? Если просто закончится срок, это скучно. Слишком предсказуемо. Игрок подумает: "Ага, отсидел и вышел, как по расписанию" . Нет напряжения, нет драмы. Надо что-то чтобы зацепило.

Девушка кивнула, обхватив стаканчик обеими руками чтобы согреться, в кафе было прохладно, кондиционер работал на полную несмотря на ночь. Её пальцы постукивали по бумаге, ритм нервный как будто она мысленно уже прокручивала сцены.

- Согласна... Побег? Классика, но можно закрутить. Представь: он договаривается с охранником, как в старых фильмах, но потом выясняется что охранник подкуплен и всё идёт наперекосяк. Взрыв, перестрелка... Но изъян: если побег слишком эпичный, то почему персонаж не ушёл раньше? Логика хромает. Игроки заметят, скажут что сюжет дырявый.

Они сидели близко, головы склонены друг к другу и в воздухе висел запах её шампуня, что-то фруктовое, свежее, контрастирующее с затхлостью кафе. За окном ветер шуршал по стеклу как будто кто-то скрёбся снаружи пытаясь войти. Кудрявый усмехнулся, но без веселья, просто чтобы разрядить тишину.

- Залог? Кто-то вносит бабки и его выпускают. Может, старый друг или сестра. Добавляет эмоциональный слой: долг, предательство потом. Но вот беда: если персонаж такой крутой, почему у него нет своих денег? Или почему не внесли раньше? Опять дыра. Надо обосновать, чтобы не выглядело как рояль в кустах.

Девушка отхлебнула кофе и поморщилась- он был уже холодным и горьким как разочарование.

- Точно. Давай комбинировать: конец срока, но с небольшим обманом. Он выходит, но узнаёт что срок укоротили за "хорошее поведение", а на самом деле это подстава, кто-то из врагов подстроил чтобы вытащить его и добить снаружи. Или побег, но не его, его выкупают под залог, а потом выясняется что залог фальшивый и копы снова за ним охотятся. Нет, подожди, это запутано. Изъян: игрок запутается в мотивах. Надо проще, но с перцем.

Разговор тёк медленно как сироп, они перебирали варианты словно карты в колоде, отбрасывая те что не ложились. Кафе казалось ещё опустошённее в этой ночной тишине- ни официантов, ни других посетителей, только гул кондиционера и далёкий шум лифта где-то в коридоре здания. Кудрявый потянулся за салфеткой, вытер рот и в этот момент дверь кафе тихо скрипнула, но в тишине это прозвучало как выстрел. Вошёл парень с волосами цвета ржавчины которые отливали в свете тусклой лампы над стойкой. Он огляделся, увидел их и направился к столу, шаги мягкие по ковру, но эхом отдающиеся в пустоте.

- Эй, сценаристы, как дела?- спросил он пододвигая стул и садясь без приглашения. Голос у него был бодрый, но с подтекстом усталости как у человека который только что прошёл через что-то тяжёлое.- Выглядите так, будто всю ночь мозги ломали.

Девушка подняла глаза и улыбнулась уголком рта, не тепло, а скорее вежливо, как к коллеге.

-Сюжет готов в общих чертах,- ответила она, отодвигая свой стаканчик.- Осталось подшлифовать детали. Сейчас как раз над началом колдуем. Хотим, чтобы зацепило с первого экрана.

Кудрявый кивнул, скрестив руки на груди.

-Да, начало это всё. Если игрок не втянется в первые минуты, то и не продолжит. Мы тут про выход из тюрьмы спорим. Побег, залог, срок... Всё с изъянами, но потихоньку шлифуем.

Рыжий откинулся назад, стул скрипнул под ним и он оглядел кафе словно ожидал увидеть кого-то ещё. За окнами ночь густела, огни внизу мигали как далёкие сигнальные костры. Запах кофе усилился, рыжий потянулся к кофемашине, но передумал, остался сидеть.

-А вы сегодня кого-нибудь из команды видели?- спросил он, но в голосе скользнула нотка взволнованности.- Дизайнеров, звуковиков?...

Девушка покачала головой, волосы качнулись отбрасывая тень на лицо.

- Нет, никого. Мы тут вдвоём с вечера. Здание пустое как после апокалипсиса. Почему спрашиваешь?

Рыжий пожал плечами.

- Да так, работа всё-таки у нас над новым проектом. Думал, может кто задержался. Ладно, продолжайте про свой сюжет. Звучит круто.

Они вернулись к разговору, но теперь с рыжим, он вставлял реплики, предлагал свои варианты.

- Побег с помощью инсайдера!- сказал он.- Охранник-двойной агент. Изъян: слишком клише, но если добавить предательство...

Атмосфера в кафе сгущалась, воздух казался тяжелее, кондиционер гудел громче, как предвестник бури. Девушка наклонилась вперёд чтобы что-то сказать, но вдруг её глаза закатились и она просто осела вперёд, лицом на стол. Стаканчик опрокинулся, кофе разлился тёмной лужей пропитывая скатерть.

- Эй! Что с тобой?- кудрявый вскочил, стул отлетел назад с грохотом, эхо разнеслось по пустому залу. Он схватил её за плечо, тряхнул, но тело обмякло как тряпичная кукла, голова стукнулась о стол с глухим звуком.

- Проснись! Чёрт, она без сознания!

Рыжий тоже подскочил, лицо побледнело в свете лампы, руки потянулись к ней.

- Она дышит? Дай посмотрю...

Он наклонился, но в этот момент его колени подкосились как будто кто-то подрезал сухожилия и он рухнул на пол, тело ударилось о ковёр с тяжёлым шлепком, глаза закатились, рот приоткрылся в безмолвном вздохе.

Кудрявый замер, сердце заколотилось в груди как молот. Затем он услышал шаги, тихие, сзади, из-за стойки.

- Помогите! Кто-нибудь! Здесь людям плохо... Зовите врача!

Шаги приблизились, он почувствовал дыхание за спиной. Он начал оборачиваться, но удар пришёл внезапно, тяжёлый, по затылку, как удар дубиной. Мир взорвался болью, вспышкой белого света, а потом тьма нахлынула, густая как ночь за окном. Он осел на пол, тело онемело, сознание уплывало как лодка в тумане. Последнее что он услышал- гул кондиционера, бесконечный как эхо в пустоте.


3
Комната большая, потолок низкий будто наваливается. Стены грязные, в слое пыли и копоти, все в граффити: мат, кривые мужские органы, женские груди, рожи. Пол завален мусором: пустые бутылки, окурки, обрывки бумаги, пакеты, а в углу у окна старая высохшая куча говна, потрескавшаяся, мухи над ней вьются лениво. Два окна без стёкол, просто дыры через которые лезет серый дневной свет, процеженный густыми ветками снаружи. Дверного проёма нет, только чёрный провал в коридор. Десять старых деревянных стульев стоят полукругом, все крепко привязаны грубыми верёвками: руки к подлокотникам, ноги к ножкам. Перед ними стол: старый монитор, клавиатура, мышь, системник на полу.

Приходили в себя медленно. Голова тяжёлая, мысли вязкие, во рту сухо и горько.

Катя дёрнулась первой, верёвки скрипнули, впились в запястья.

- ****ь... где мы?- голос хриплый, надломленный.- Ребят... вы живые?

Сергей, сидевший рядом, моргнул пытаясь разогнать муть в глазах.

- Живые... вроде. Катя, ты как? Голова не трещит?

- Трещит... и тошнит сильно.- Она сглотнула, губы дрожали.- Мы же в кафе сидели... кофе пили... потом всё чёрное.

Дима, рыжий, напротив, просто сидел уставившись в пол, дышал тяжело, рвано и молчал.

Настя согнулась вперёд, насколько позволяли верёвки, и её вырвало, резко, с хрипом, прямо на пол между стульями. Кислый запах моментально разошёлся, смешался с пылью и старой вонью из угла. Она кашляла, слёзы текли, подбородок в слюне и рвоте.

- Ох... меня опять сейчас...- прошептала она дрожащим голосом.- Дышать не могу...

Оля тихо плакала, слёзы просто катились по щекам, капали на колени, она сидела сгорбленная, маленькая, не дёргалась.

Витя рванулся так что стул закачался, ножки скрипнули по полу.

- Эй!- заорал он в чёрный проём.- Кто здесь?! Выпустите нас! Что за ****ец?! Что вам надо от нас?

Игорь повернул голову к нему, голос низкий, уставший.

- Витя, не ори пока... Посмотри вокруг. Деревья за окнами. Никого. Надо хотя бы понять, как мы сюда попали.

- А как понять?!- Витя сплюнул на пол.- Привязали и всё! Я здесь гнить не собираюсь!

Паша дышал тяжело, пот катился по лицу, очки сползли на кончик носа.

- Голова кружится...- пробормотал он.- Ничего не помню... только… нет, ничего...

Стас сидел неподвижно, только губы шевелились.

- Туман в голове... ничего не вспоминается...

Лёху вырвало следом за Настей, он кашлял, давился, потом просто обмяк на верёвках, лицо белое, потное.

- Тошнит... ****ец как...- прохрипел он.- Как будто отрава какая-то...

Минуту молчали. Только тяжёлое дыхание, капанье слюны и рвоты с подбородков, шорох веток за окнами.
Сергей посмотрел на стол впереди.

- Смотрите... монитор, клавиатура, мышь... Для чего?

Катя глянула туда же, глаза красные, воспалённые.

- От куда мы знаем? Просто стол... просто компьютер...- Она сглотнула.- Мне страшно...

Витя опять рванулся, верёвки впились в кожу, кровь проступила на запястьях.

- Да похер на стол!- заорал он.- Эй! Выходите, твари! Отвяжите меня!

В этот момент в соседней комнате что-то затарахтело, громко, металлически, как будто кто-то запустил старый инструмент. Звук шёл прямо из-за стены. Все замерли.
Оля всхлипнула громче, голос сломался.

- Что это... пожалуйста...

Игорь напрягся прислушиваясь.

- Похоже на... дрель... или болгарку...

Настя зажмурилась, губы тряслись.

- Не надо... только не это...

Витя заорал уже срываясь на визг.

- Выпустите! Я ничего не знаю! Отвяжите меня, суки!

Катя тихо заплакала, плечи затряслись, слёзы капали на грудь.

Сергей смотрел в чёрный проём, сердце стучало в горле так, что казалось сейчас выскочит.

И вдруг из той комнаты раздался мужской голос, спокойный, будничный:

- Минуточку. Я сейчас приду.

Голос ровный, без злобы, без спешки. Как будто человек оторвался от дела чтобы ответить.

Тишина легла тяжёлая, вязкая. Никто не дышал. Только шуршали ветки за окнами, и где-то далеко каркнула ворона.

Они ждали.


4
Комната казалась ещё меньше теперь, после того голоса из-за стены. Воздух стоял густой, пропитанный запахом рвоты, пота и той старой гнили из угла, где куча дерьма напоминала что люди сюда заходят крайне редко. Свет из окон падал косо, серый и холодный как зимний день в заброшенном лесу и ветки снаружи шуршали словно пальцы скребущиеся о стену.

Они все сидели привязанные, сердца колотились в унисон как барабаны в каком-то ритуале.

Катя всхлипывала тихо, слёзы оставляли мокрые дорожки на лице,

Настя кашляла, рвота стекала по подбородку, капала на пол, а Оля просто уставилась в пустоту, глаза стеклянные как у куклы.

Парни были не лучше: Сергей пытался дышать ровно, но руки дрожали в верёвках, Дима молчал, рыжие волосы прилипли ко лбу от пота, Витя дёргался время от времени, верёвки врезались в кожу оставляя кровавые полосы, Игорь прислушивался к каждому шороху, Паша моргал часто, очки запотели, Стас бормотал что-то неразборчивое, а Лёха просто висел на стуле с бледным как мел лицом.

Никто не говорил. Только ждали. Тишина была хуже крика, она давила, заползала в уши как насекомое. А потом шаги. Медленные, тяжёлые, как будто кто-то тащил ноги по бетонному полу. Из чёрного проёма вышел парень, обычный на вид, лет двадцати пяти, в старой футболке с пятнами пота, джинсах заляпанных грязью и кроссовках которые скрипели при каждом шаге. Лицо его было бледным, но спокойным, глаза блестели каким-то лихорадочным блеском как у человека который слишком долго не спал. Он не посмотрел на них сразу, просто прошёл к столу, не торопясь, как будто они были мебелью. Включил компьютер, кнопка клацнула, системник загудел, вентилятор завыл, как раненый зверь. Монитор мигнул, загорелся синим светом отражаясь в его глазах.

Они все смотрели на него молча. Никто не крикнул, не спросил, страх сковал языки.

Катя почувствовала как холодный пот стекает по спине, верёвки жгли запястья, но она даже не дёрнулась.

Сергей подумал: "Это он? Тот, кто нас сюда... Но почему? Лицо не знакомое..."

Дима просто уставился, рыжие волосы упали на глаза, он моргнул, но не отвернулся.

Витя сжал зубы, мышцы напряглись, но верёвки держали крепко.

Настя сглотнула, вкус рвоты во рту был как кислота.

Оля закрыла глаза на секунду молясь про себя чтобы это был сон.

Игорь пытался разглядеть детали: парень был худой, руки жилистые, но ничего особенного.

Паша подумал о семье, о том как он вчера звонил жене и слеза скатилась по щеке.

Стас бормотал:

- Нет, нет...

Лёха просто смотрел, дыхание прерывистое.

Компьютер загрузился, экран мигнул, появился рабочий стол, заваленный иконками как папками в старом офисе который не убирали годами.

Парень улыбнулся, тонко, уголками рта, но без тепла, как будто вспомнил шутку которую никто не поймёт. Кликнул мышью, запустил игру. Экран потемнел, потом вспыхнул заставкой: чёрный фон, на нём городские огни размытые как в дождливый вечер и машина рвущаяся вперёд, шины оставляют следы как царапины на асфальте. Логотип выплыл из тьмы: "Город без тормозов", буквы стилизованные под неоновые вывески, красные и синие, мигающие, как в ночном мегаполисе, с каплями дождя стекающими по ним и на фоне силуэт города, небоскрёбы как зубы монстра, улицы извилистые как вены и машина в центре, размытая от скорости с дымом из выхлопа который клубится как призрак. Звук: рёв двигателя, визг шин, далёкие сирены- всё это нарастает, бьёт по ушам.

Парень повернулся к ним всё с той же улыбкой, глаза обвели полукруг стульев как будто проверяя все ли на месте.

- Сейчас я буду учить вас как правильно делать игры,- сказал он спокойно, ровным голосом, без эмоций, как учитель в классе.- Вы же все из одной студии? "Город без тормозов"- ваше творение.

Кто-то не выдержал- Витя как всегда первый.

- Что тебе нужно?- заорал он, голос сорвался.- Зачем ты нас похитил? Отпусти, сука!

Парень поднял руку как будто успокаивал собаку.

- Сейчас всё объясню. Не дёргайся.

Игра загрузилась, экран заполнился меню с опциями "Новая игра", "Загрузить", "Настройки". Парень кликнул "Загрузить", выбрал старое сохранение, потрёпанное, с часами наигранного времени.

- Узнаёте своё творение?- спросил он, не отрываясь от экрана.- Я потратил год на прохождение на сто процентов. Год, ****ь. Но не смог. Есть моменты которые не проходятся. Вот, например, в одной гонке машину заносит в одном и том же месте словно дорога маслом измазана. Каждый раз. Почему?

Все переглянулись, глаза в глаза, в поисках ответа, но страх мешал думать. Сергей сглотнул, туман в голове рассеивался медленно.

- Это... специально так,- наконец выдавил он тихо.- Чтобы на сложном уровне пройти. После в магазине новые товары появятся. Апгрейд для тачки. Тогда и сто процентов.

Катя кивнула, голос дрожал.

- Да... фишка такая. Чтобы игроки возвращались, пробовали сложнее уровень.

Парень молча выслушал, не моргнул даже. Стоял, уставившись в экран, где персонаж находился в гараже, машина блестела виртуально.

- Кто это придумал?- спросил он, голос всё тот же- спокойный.

Сергей и Катя переглянулись, она кивнула ему, он ей.

- Мы,- сказал Сергей.- Я и Катя. Мы писали сценарий и подумали что это будет интересно. Многие сейчас хотят проходить на высоком уровне сложности.

Парень кивнул, ни сказав ни слова вышел из комнаты, шаги удалились эхом по коридору. Они остались одни, тишина опять навалилась.

- Что здесь происходит?- прошептала Настя, голос звучал сломлено,- Ребят, скажите, пожалуйста... Это из-за игры?

Никто не ответил. Витя дёрнулся:

- Откуда я знаю?

Оля заплакала громче:

-Хочу домой...

Игорь пробормотал:

- Тихо, он вернётся.

Паша бормотал молитву.

Стас просто смотрел в пол.

Лёха кашлял, рвота всё ещё жгла горло.

Дима молчал, рыжие волосы дрожали.

Сергей подумал: "Это конец. Из-за нашей идеи..."

Катя закрыла глаза:

- Пожалуйста, нет...- прошептала она.

Шаги вернулись теперь быстрее. Парень вошёл, в руках топор, старый, ржавый, лезвие потемнело от времени, рукоятка деревянная, потрёпанная. Все в ужасе закричали, хаос, вопли смешались:

- Нет! Пожалуйста! Освободите!

Витя орал:

- Сука, не подходи!

Настя визжала:

- Умоляю, не надо!

Оля ревела:

- Мама... Мамочка...

Игорь, Паша, Стас и Лёха кричали в один голос:

- Что ты делаешь?! Мы всё переделаем! Прошу... Отпусти нас!

Парень резко и громко крикнул, голос прозвучал как выстрел:

- Заткнитесь!

Тишина упала мгновенно, только всхлипы и тяжёлое дыхание. Он стоял, топор в руке, глаза горели.

- Я люблю получать удовольствие от игр,- сказал он, теперь голос дрожал, злость прорывалась наружу.- Расслабиться, забыть все проблемы. Я люблю на лёгком уровне сложности играть. А вы решили за меня, даже не предупредили. Зачем?

Он подошёл к Сергею и Кате, их стулья стояли ближе к краю полукруга. Выдвинул Сергея первым- схватил за спинку, потащил ближе к столу, стул заскрипел по полу оставляя следы. Потом Катю, она дёрнулась, но верёвки держали крепко.

- Как я должен был это узнать?- спросил он глядя на них по очереди.

Сергей сглотнул кровь во рту, губа была прикушена от страха.

— Это фишка... как в "Улицах ярости". Там весь сюжет только на сложном уровне открывается.

Катя кивнула:

- Да... чтобы интересно было...

Парень поднял топор, медленно, как в кино, но это было реально. Лезвие блеснуло в сером свете. Опустил с размаху на руку Сергея, где верёвка крепилась к подлокотнику. Хруст кости, треск дерева, рука отлетела, кровь брызнула фонтаном, красная, горячая, забрызгала стол, монитор, пол. Сергей дико завопил не по человечески, упал вместе со стулом, забился в конвульсиях, кровь хлестала из обрубка пачкая всё вокруг, запах железа ударил в нос.

Все закричали от ужаса, ор смешался в один сплошной рёв: Настя визжала, Оля ревела, Витя орал ругательства, Игорь пытался отвернуться, Паша молился вслух, Стас бормотал:

- Нет, нет...

Лёха кашлял от шока, Дима закрыл глаза. Катя смотрела, слёзы текли, тело онемело.

Парень положил топор на стол, лезвие в крови, капли стекали на пол. И вдруг закричал, перекрывая вопли:

- А теперь запускаем игру и наказываем вас за все косяки!

Экран мигал, игра ждала, "Город без тормозов" пульсировал в цифровой тьме, а в комнате запах крови смешался с рвотой и ужас только начинался. Сергей корчился на полу, кровь растекалась лужей, тёмной, липкой и никто не знал что будет дальше. Только топор лежал на столе как судья и палач.


5
Часы тянулись как густое алое варенье в этой комнате, которая теперь больше напоминала скотобойню чем заброшку. Свет из окон померк, день клонился к вечеру, серый сумрак заползал в углы смешиваясь с тенями от тел на полу. Запах был невыносимым: кровь, густая и металлическая, смешанная с рвотой, потом, дерьмом из угла и чем-то ещё, сладковатым как гниение которое начиналось в тепле. Пол был скользким от тёмно-красных луж, которые растекались впитываясь в трещины бетона и мухи слетелись роем, жужжали над ними как крошечные демоны.

Сергей лежал в луже своей собственной крови, стонал, из обрубка руки торчала белая кость, покрытая коркой запёкшейся крови, он дёргался иногда как рыба на суше, глаза полузакрыты, дыхание хриплое, прерывистое.

Рядом Катя, или то что от неё осталось: без рук, без одной ноги, голова свесилась набок, глаза пустые, мёртвые, кровь из ран высохла чёрными потёками на одежде.

Настя была мертва, голова отрублена, лежит в стороне, лицо искажённое в последнем крике, шея рваная как мясо в мясорубке.

Оля без конечностей, тело скрюченное на стуле, верёвки всё ещё держат, но она не дышит, глаза уставились в потолок где паутина колыхалась от сквозняка.

Витя тоже без головы, тело осело на полу, топор оставил чистый срез, кровь давно остановилась, но лужа огромная, как озеро.

Игорь мёртв, разрубленный пополам, кишки вывалились, запах дерьма от них усилился.

Паша стонет тихо, без рук и ног, очки разбиты, лежит в углу, бормочет что-то, слёзы смешиваются с кровью на лице.

Стас мёртв, голова расколота, мозги размазаны по стене серыми комками с венами.

Лёха без ног, стонет, корчится, рвота смешана с кровью на груди.

Дима, последний на стуле, связанный, глаза полные ужаса, тело трясётся как в лихорадке, губы шевелятся беззвучно, может это молитва, а может просьба, слёзы текут по щекам смешиваясь с потом, он смотрит на парня как на дьявола который явился из ада.

Парень стоял перед ним, топор в руке, лезвие в корке крови и мяса, лицо его блестело от пота, глаза горели безумием как у человека который перешёл грань и не жалеет об этом. Он дышал тяжело, футболка прилипла к телу, пятна крови на ней как абстрактная картина. Комната была тихой, кроме стонов Паши и Лёхи, и жужжания мух, и гудения системника под столом, где игра всё ещё мигала на экране, "Город без тормозов", машина замерла в заносе, второе место, вечно второе.

Парень наклонился ближе к Диме, топор опустил, но не отпустил, голос его зазвучал низко, пафосно, как у проповедника, слова выкатывались медленно, с весом, как у того негра из фильма, который цитировал Библию перед тем, как опустошить обойму.

— Игры... они ведь развлекательный продукт. Для людей которые выложили свои кровные деньги чтобы забыть этот долбаный мир на пару часов. Никто, слышишь, никто не имеет права лишать их этого удовольствия. Расслабиться в любимой игре это святое, как воздух, как еда. Ты платишь, садишься и мир уходит, остаётесь только ты и экран, и ты король в этом мире. А вы... вы, сукины дети, решили по-другому. Заставляете выбирать сложный уровень, чтобы "открыть" какую-то херню, как будто мы все мазохисты, жаждущие боли. Нет, сука, мы сами в праве выбирать. Я хочу лёгкий уровень и чтобы всё было доступно, без этих ваших "фишек", без заносов, которые ломают всё на ***. Игры должны исцелять, а не калечить душу. Вы думаете что вы боги, создающие миры? Нет, вы просто ублюдки, которые вставляют палки в колёса, чтобы мы мучились, возвращались, тратили время, как наркоманы. Но удовольствие это свобода, выбор. Без них игра- пытка, а не развлечение. И за это... за это вы ответите.

Он говорил, а Дима трясся сильнее, губы шевелились быстрее, слёзы капали на колени, он видел в глазах парня бездну, ту же что и в своей душе, ужас который не описать. Монолог эхом отдавался в комнате стонущей от боли, мухи жужжали в такт словам как аплодисменты из ада.

Парень размахнулся, топор свистнул в воздухе как коса смерти. Удар, хруст шеи, треск позвонков, голова отлетела, кувыркнулась по полу, рыжие волосы разметались, глаза ещё мигали удивлением, рот открыт в беззвучном крике. Кровь брызнула фонтаном из шеи, горячая, липкая, забрызгала стену, стол, парня. Тело Димы осело на стуле, верёвки держали, но кровь хлестала, стучала по полу как дождь. Стоны Паши и Лёхи усилились, они видели, чуяли конец, боль жгла как огонь.

Парень осмотрелся, глаза дикие, зрачки расширены как у наркомана под дозой, губы кривились в улыбке, но без радости, только с безумием.

Комната была картиной ада: тела в лужах, конечности разбросаны как мясо на бойне, кровь везде, стены забрызганы, мухи пируют. Он вытер пот со лба рукавом, оставив красный след, топор бросил на стол, лязг металла по дереву.

Пошёл в соседнюю комнату, шаги гулкие, эхо по коридору. Тарахтение, которое слышали раньше, прекратилось, он выключил что-то. Вернулся таща дизельный генератор, тяжёлый, старый, с проводами как змеи, он пыхтел, пот катился по лицу, поставил его посреди комнаты рядом с телами.

Ушёл снова, шаги удалились. Вернулся с двумя красными пластиковыми канистрами бензина, жидкость плескалась внутри, запах ударил в нос: резкий, химический. Поставил. Ушёл ещё раз, принёс ещё две. Теперь четыре, он отвинтил крышки, бензин запах сильнее перекрывая запах крови и блевотины.

Начал поливать: пол, компьютер, тела, генератор. Бензин лился струями, блестел в сумраке, впитывался в одежду, в волосы, в раны. Когда бензин попал на живых, Пашу и Лёху, они заорали от жгучей боли как будто их облили кислотой, кожа горела, раны вспыхнули огнём, они дёргались, верёвки впивались в мясо, крики рвали воздух. Сергей, который ещё стонал, завыл громче, бензин попал в обрубок, боль пронзила как молния.

Парень достал зажигалку, клац и огонёк мигнул. Бросил на пол и бензин вспыхнул, синий огонь побежал по лужам, взвился вверх, гул нарастал как дыхание дракона. Предсмертные крики, дикие, Паша и Лёха горели заживо, кожа трескалась, волосы вспыхивали, запах палёного мяса ударил в нос, комната осветилась оранжевым, тени плясали на стенах.

Парень ушёл, шаги по коридору, вниз по лестнице, скрип ступенек. За спиной гул огня рос, крики затихали в агонии, дым заполнял комнаты, коридор, чёрный, густой.

Он спускался, лестница тёмная, пыльная, паутина цеплялась за волосы. Вдруг на полпути остановился, оглянулся вверх где огонь ревел как зверь. Задумался, глаза сузились, губы шевельнулись.

- А кто донесёт мои мысли?- пробормотал он тихо, как будто сам себе.

Дёрнув плечами, словно отгоняя муху, отвернулся и ушёл вниз, шаги затихли. Здание осталось, заброшенное с догорающими телами внутри, огонь пожирал всё, дым валил из окон, ветки снаружи чернели от жара и тишина нарушалась только треском пламени.