Царь Дадон 2 часть

Петух меж тем не унимался,
Он блажил и трепыхался.
Под собою гнул шесток,
Тыча клювом на восток.
Великий царь, отец народов,
Владелец фабрик, пароходов
И прочего владелец тоже.
С негодованием на роже,
Велит: Немедля, вашу мать,
Боевых коней седлать.

Для особенно тупых
Повторяю боевых.
Поскольку для казны накладно,
Воевать на скаковых.

Воевать так воевать.
Старший сын возглавил рать.
И двинул войско на восток,
Покувыркаться там чуток.
Сабелькою помахать,
Да врагов пошинковать.
Исполнить тятенькину волю,
И раскатать по чисту полю
Вихрем стремитьного боя
Нарушителей покоя.

На это глядя петушок,
Опустил свой гребешок.
Захлопнул клювик золотой
И перестал терзать шесток.

Неделя минула, с полей
Радостных не шлют вестей.
Хреновых тоже не слыхать,
Но кричит петух опять.
Сына младшего в догон,
С новой ратью шлет Дадон.
Опять неделя миновала,
Двух ратей как и не бывало.
И опять что было сил,
*Петька* вновь заголосил.

Видать попался крепкий тать,
Такого на ура не взять.
Дадон компанию возглавив:
Ведет в атаку третью рать.

От пенат родимых прочь,
Скачет войско день и ночь.
Лесом скачет, скачет полем,
Сил богатырских нету боле.
В скачках минула неделя,
Плетутся кони еле еле.
На горизонте как забор,
Преграда выросла из гор.
И Дадон без разговора,
Отдал приказ на штурм забора.

Посередь могутных скал
Публике шатер предстал:
Прекрасный-как в навозной куче
Бриллиантовый кристалл.

И ни звука...словно в склепе.
Волос дыбом встал на *репе*.
Вокруг шатра, во всем ущелье,
Не опоеные зельем,
А убитые реально:
Две рати пали натурально.
Дадон поближе подъезжает,
И буквально ум теряет:
Без сапог и без броней,
Он видит павших сыновей.

Кто смерти оказал услугу?
И с какого перепугу,
Братья мечи по рукоять-
Зафигачили друг другу.

Дадон понятно дело взвыл,
Крепко он сынов любил.
За царем и войско взвыло:
В те порЫ, так должно было.
Особы царственных кровей,
Роднее собственных детей.
И откровенно войско плачет-
Тех кто родней сильнее жальче.
От скорби вселенской вздрогнули горы:
У шатра распахнулись шелкОвые шторы.

От туда выпорхнула *телка*:
У царя вспотела холка.
На телке из одежды было-
Едва заметная заколка.

Царь эти прелести узрил
И тут же обо всем забыл.
А девка лыбится лукаво,
Дадона манит ручкой правой.
Левой, вспомнив о стыде,
Прикрылася, но не везде.
Дадон с разбегу сел на мель,
Хоть и старый, но кобель.
Сдержаться не хватило духа,
Когда такая замануха.

Завяз у птички хоботок:
Царю б задуматься чуток.
И...на неделю в будуаре
Завис с красоткою дедок.

Вышел пикничок на славу:
Он ему в постель какаву,
Горшок ночной и бутерброд,
Все-что царь ни просит, прет.
Персик прет и ананасу,
И балык и бочку квасу.
Дадон ей ручкою помашет:
Она ему в постели спляшет.
И в присядку и стриптиз,
Выполнит любой каприз.

Царь лежал и улыбался
И раньше вроде не нуждался,
Хозяин жизни, но вот так
Ни когда не отрывался.

Покувыркался и в обрат,
Время вышло в аккурат.
Девку прихватив с собой,
С ратью едет царь домой.
Быстрее быстрокрылой птицы
Летят в народе небылицы:
И всяк другому говорил,
О том, что лично это зрил.
Случайно рядышком стоял,
Свечу зажжённую держал.

Дескать там он среди скал,
Секретну миссию сполнял.
Покой царя оберегая-
Он будуар оборонял.

Вот въезжает царь в столицу:
Народа радостные лица,
Удивленье выражают.
Друг у дружки всё пытают:
А правда, говорят в народе,
Что у шамаханок вроде-
Нашим бабам не в упрек,
Она, не в доль, а поперек.
И такие вот кошмары:
У них под юбкой...шаровары.

Вот поэтому Дадон
И попал в её полон-
Но глядя на царевы слюни,
Не видно, что он удручен.

С толпы встречающей Дадона,
Вдруг выпала одна персона.
Ныкаться Дадон не стал,
К себе персону подозвал:
Мы, помним наши обещанье,
Озвучивай своё желанье.
Глядишь тебе и повезет,
Я и раньше был не жмот.
Добром конечно не сорил,
Теперь храню по мере сил.

Сегодня же проси чо хошь.
Перстень с пальца, с шапки брошь.
А хочешь на меху собольем-
С тела царственную вошь.

Говорит шаман царю:
От всей души благодарю,
За дерзость не вели казнить.
Мне вошь твою не прокормить.
Но со спутницей твоею,
Я сподобиться сумею.
Ты уж вошь себе оставь,
А мне девицу предоставь.
Царь в ответ заулыбался:
Я, предложил, ты оказался.

Что ж покажу тебе как лечат,
Тех, кто смеет мне перечить.
Подозреваю что не тот
Ты взял кулек на свои плечи.

Царь для наглядности шаману,
Жезлом втер по *барабану*.
Потом еще и незаметно,
Стучал ему уже конкретно.
Самозабвенно так стучал,
Как будто гвозди забивал.
Колдун терпел покуда мог,
Но...терпенью вышел срок.
Для приличья поломался,
И тихонечко скончался.

Спесь убавил бы да прыть,
И дальше мог бы жить да жить.
По тихому как говорится-
Небо синее коптить.

Толпа притихла: государь-
Самолично как и встарь,
Своею собственной рукой
Вечный подарил покой.
Знаменитому шаману,
А царю по *барабану*
Шпоры он коню поддал
И до хоромов поскакал.
В это время петушок,
Под собой загнул шесток.

Изо всех куриных сил,
Клюв напильником точил.
Напильник *петя* незаметно,
Всегда под крылышком носил.

Клюв навострив с насеста снялся,
Давно петух ни с кем не дрался.
Раздался неприятный звон,
Когда расправил крылья он.
И вот уже как истребитель,
Пространство разрывает мститель.
Темечко в прицел находит
И в крутом пике заходит.
Клюнул, в небо воспаря
И нету более царя.

Тут же в след за петухом,
Красотка срыла как фантом.
Если дураком родился-
Не поумнеешь и потом.