Иосифу Бродскому

***

Эфир переполнен, газеты пестрят,
Волна лицемерия ввысь поднялась.
Теперь, когда умер, о нём говорят,
О нём вспоминают, и люди и власть.
Великим поэтом назвали его
Второй половины двадцатого века.
И даже отметили, сколько всего
Печалей прижизненных у человека.
И школу он бросил, такой вот конфуз.
Работу не зрел непременным орудием.
Не стал он собой затоваривать ВУЗ.
И, как результат, осуждён правосудием.
Во славу Отечества – труд благородный,
Рабочих специальностей тьму приобрёл.
А время пришло, и всё те же уроды
Сказали, чтоб к чертовой матери шёл.
Италия, Штаты… Всё земли далёкие,
Изгнаннику дали приют и признание.
И мысли его, как овраги глубокие,
От прошлого вечно хранят очертания.
Непросто быть личностью в обществе нашем,
Сжимают условности, даже традиции.
Поэтому в снах будто крыльями машем,
Подобно ветрам, или загнанной птице.
Уходит поэт, остаются творения.
Задача моя – не поддаться соблазнам,
Не мыслить «вообще», не поддерживать прения,
А просто читать, что поэтом подсказано.

31 января 1996