На полчаса
На расстоянии «я жду» и «улетаю навсегда»
пройдёт каких-то полчаса —
зато каких!
Как будто — «вот я жил и скоротечно умер.
Вот я любил — и всё же был разлюблен,
как пресловутый арлекин.»
Подрагивает тело, бледно маясь на ветру.
В нём я умру? Нашёптывает ветер:
«Прости ей всё, прости…»
А можно ли прощать? Чтоб распрощаться насовсем?
Чтобы вдохнуть — чтоб задохнуться толщей стен
и в них забыться… не забыть?
Устами онемевшими не разорвать нам нити — нееет.
Молю, не покидай, оставь на память мне
хоть эти обереги,
чтоб в судный час сказать: «Я умер, да, но как я жил!
И, хоть и нелюбим, тебя всю жизнь любил!» —
И улыбнуться, уходя навеки.
По носу проползёт слезинка, будто ангел —
она крылатее, косматей звёзд. И в тайне,
срываясь вниз,
не умирает никогда — глаза всё видели — слеза,
как сам Господь, собою жертву лужам поднося,
вдруг растворится в них.
2026 г.
Свидетельство о публикации №126012803650