Подражание Альберту Швейцеру

Жили на свете три друга:
оптимист,
пессимист
и мудрец

Оптимисту всё было молодо-зелено,
словно всюду вечная весна:
огурцы, арбузы, ёлки,
свободное движение, аптеки, банкоматы,
Вербное воскресенье, зелёные человечки.

Пессимист, наоборот,
краснел за всех и вся,
в глаза ему так и лезли
танцы осенних листьев, пасхальная радость,
помидоры, вишня, брусника,
красные даты календаря,
экстренные аптечки, испачканные бинты,
амстердамские фонари, красные дьяволята,
знаки «ПРОЕЗДА НЕТ».

А мудрецу было всё равно,
всё одним серым цветом:
бледные лица, деловые костюмы, стены,
асфальт, сигаретный пепел,
туманы, дожди, грязный снег…

Вот ребята пошли за хлебом,
а магазин был через дорогу.

Оптимист говорит: «Путь свободен,
смело, товарищи, в ногу, под сенью цветущих деревьев!»

«Нет, – возразил пессимист, –
осень пылает, проезда нет,
глаз светофора воспалён и сердит.
Стойте!»

А мудрецу было всё равно,
что дома сидеть, что идти –
сплошная серость на небе и на земле.

И пессимист с оптимистом стали тянуть мудреца за руки
- каждый в свою сторону,
но сильней оказался оптимист,
который любил разгуливать вверх тормашками,
поэтому один остался,
а двое шагнули на «зебру».

Но прав оказался пессимист,
ибо красный дьявол не дремлет –
блюдите, како опасно ходите!

Скрип тормозов, стук, стоны…
ехала пожарная машина –
раздавила людей в лепёшку,
запачкала кровью асфальт –
красное расплескалось на сером
под зеленью равнодушных деревьев…

Так пессимист остался один.
Больше не ходил он со двора,
в поте лица добывал хлеб свой
и растил плодоносный сад.
Какой плод не возьми – румяный сок брызжет!
Какой листок не сорви – осень пылает и пляшет.
Какой цветок не сорви – до крови уколется шип.

Так жил на свете мудрец один.
Так умирал он один,
медленно и мучительно.