История бедного Антошки

Пиликала гармошка, играл аккордеон,
А маленький Антошка снимал всё на Canon.
Не видя слезной песни, мальчишка заводной,
Снимал без ложной лести, как варит не впервой.

Но вдруг… опять облава! Вот суки те менты,
Что нашего Антошку судили без вины.
Он просто славный малый, варил прекрасный крек,
Который их начальник использовал как снек.

И вот судья невинного сажает на пять лет.
И плачет мать Антошки, что больше нет сыночка,
Который поставлял бы крек…
Антон зашёл красиво и вытер ноги вскользь:
— Кто здесь смотрящий?
— Я! А звать мя Лось.

Антошка и Лосяра сдружились на века,
И стал теперь парнишка авторитетного клейма.
Они то пели песни, то сладостно дымя
Шипку без нагара, без страстного задора,
Ходили всех, стебя.

Но тут на их дороге встречается Лимон.
Ходил он вечно кислый — Лимончик ментовой.
Ему сказали строго, что выдовят в стакан:
— Чё ходишь вечно кислый?
— Чё ты такой баран?

Так он взял ложку с дыркой, набросился на них.
А Лось так испугался, что виден был лишь крик,
Который ввысь разнёсся и вширь не отставал…
Но нашего Антошку Лимончик поломал.

Сначала этой ложкой вонзился во хребет,
И начал громко злиться, и кушать хлеб.
Потом взял хлебный мякиш и задавил в глаза.
Антон лежал и плакал, и выл: «Спаси меня!»

Лосяра исступлённо взял в руки свой Canon,
Чтоб крековый Антошка умер как Леон…
Вот мать стоит, не внемлет, в руках песок и грязь.
Нету только песни — болотистая вязь.

Пиликала гармошка — поминки не впервой.
А маленький Антошка лежит в земле сырой.