Божественная Комедия Рай Данте Песнь 2 Вариант 1

Сверните парус, робкие сердца!
Мой курс лежит за гранью горизонтов.
Не каждый сможет встретить здесь Творца,
Среди бушующих духовных фронтов.
Вы в малых шлюпках, следуя за мной,
Рискуете во мраке потеряться.
Вернитесь в гавань, в тихий мир земной,
Вам с океаном рано состязаться.
Никто не ведал этих вод досель,
Лишь Аполлон мне правит курс суровый.
Минерва дует в паруса, минуя мель,
И Музы чертят звёздный путь багровый.
Но вы, герои, избранная рать,
Что с юных лет небесный хлеб вкушали,
Готовые познать и умирать,
Вы, кто от жажды истины страдали!
Смелей ведите хрупкую ладью
В мой пенный след, что к небесам уходит.
Я тайну мирозданья воспою,
Что разум ваш в смятение приводит.
Быстрее неба, что вращает свет,
Мы устремимся к вечному чертогу.
Там, где начала и конца уж нет,
Мы вознесемся духом прямо к Богу.
Мы мчались ввысь, как пущенная в цель
Стрела летит, покинув тетиву.
Оставив позади земную мель,
Я видел свет, подобный божеству.
Смотрела Донна в неба синеву -
Моя душа, наставница и свет.
Я словно спал и грезил наяву,
Ища в её глазах на всё ответ.
«Хвалу Творцу воздай!» — она рекла,
Сияя красотой нездешних сил.
Нас первая звезда к себе влекла,
Нас неба  край, как жемчуг, поглотил.
Густой туман, что плотен и блестящ,
Как бриллиант, сверкающий в лучах,
Укрыл нас, словно драгоценный плащ,
Развеяв навсегда земной мой страх.
Как луч проходит сквозь воды стекло,
Не нарушая целости её,
Так тело в этот свет легко вошло,
Познав небес святое бытиё.
Здесь тайна тайн: как смертная черта
С божественным сливается в одно.
Здесь истина, как аксиома, та,
Что верой нам постигнуть суждено.
Я молвил: «Донна, благодарен я
Тому, кто нас вознёс на высоту.
Но что за пятна, тайну затая,
На лике лунном чертят черноту?»
Столетья люди смотрят в небеса,
Про Каина легенды сочиняя,
Но слышу я иные голоса,
Завесу вечной тайны открывая.
Наставница с усмешкой говорит:
«Ум человека часто слеп и тесен.
Там, где замок познания закрыт,
Мир кажется порой неинтересен.
Зачем стрела сомнения летит
В то сердце, что давно полно тревоги?
Рассудок ваш за чувствами спешит,
Но не находит правильной дороги.
Взгляни на звёзды в круге номер восемь,
О, как разнятся все они в своей красе.
Мы ложные суждения отбросим,
Их разный блеск — в небесном колесе.
Не густота рождает этот свет,
Не редкость хора звёздного сиянье.
Формальный принцип — вот на всё ответ,
Основа и причина мирозданья.
Когда б Луна прозрачною была,
Имела бы провалы и долины,
Тогда бы луч, как острая игла,
Пронзал её до самой середины.
В затменье Солнца видели бы мы
Сквозь тело спутника сиянье света.
Но нет там ни просвета, и ни тьмы,
Ошибочна теория и эта».
Коль скажешь ты, что плотность не пускает
Небесный луч сквозь тело до конца,
И свет назад, к истоку отлетает,
Подобно блеску царского венца,
То вспомни зеркало, где слой свинца таится,
Что возвращает взору образ твой.
Ты возразишь: «Свет может истощиться,
Пройдя сквозь даль, став тусклой полосой».
Но опыт — вождь, учитель всех наук,
Развеет мрак сомнений в тот же миг.
Расставь три зеркала в единый полукруг,
Чтоб свет свечи в их глубину проник.
Два ближе к нам, а третье — вдалеке,
Огонь зажги, чтоб всем светил он разом.
И ты увидишь в золотой реке,
Что яркость их не спутать с тусклым газом.
Хоть дальний лик и меньше во сто крат,
Сиянье пламени везде одной природы.
Так рушится неверный постулат,
Как тают льды в весенние восходы.
Я разум твой очищу от теней,
Как жаркий луч сгоняет холод снежный.
И истина становится видней,
Даруя свет живительный и нежный.
В том высшем небе, где царит покой,
Вращается предвечный круг единый.
Он жизнь дарует силою благой
Всем сущностям, что будут в нём хранимы.
А следом круг, где звёздный хор горит,
Дробит ту жизнь по множеству творений.
Он свет небесный щедро раздарит,
Рождая сонм живых хитросплетений.
Круги иные, в степени своей,
Различье сил, что сверху истекают,
Несут к делам и к замыслам людей,
И цели мирозданья исполняют.
Так органы вселенной, словно тень,
Ступень берут от высшего порога.
Чтоб сверху вниз, в любой земной наш день,
Сошла любовь и благодать от Бога.
Смотри же, как сквозь эту пелену
Я восхожу до истины желанной.
Чтоб ты постиг всю эту глубину
И видел свет, как день обетованный.
Движенье сфер и сил священный ход —
Как молот в кузне, что кует железо, —
В правителях блаженных жизнь найдет,
Минуя тьму и хаос бесполезный.
И небо, что в венце из ярких звёзд,
Из бездны Разума свой облик получает.
Печать Творца на всём, что здесь всерьёз
Вращается, живет и расцветает.
Как в теле бренном, в каждом из людей,
Душа по разным членам вмиг дробится,
Служа для многих жизненных идей,
И в каждом жесте снова повторится,
Он Сам един, но в множестве огней
Его любовь и мудрость отразится.
Вращаясь в вечности среди своих детей,
Он в каждом атоме навеки воплотится.
Как жизнь в крови пульсирует у нас,
Так с телом бренным связан высший свет.
Он оживляет глину в нужный час,
Даруя смысл течению планет.
Природы радость, чистый эликсир,
Вливается в сосуд земных оков.
И озаряет этот дряхлый мир,
Как блеск в глазах, что сбросил тьму веков.
Не тяжесть масс, не камня чернота
Диктуют звёздам, как в ночи гореть.
Лишь Духа неземная красота
Способна мрак холодный одолеть.
Формальный принцип, истинный исток,
Дарует сферам яркость иль покой.
Струится силы праведный поток,
Ведомый лишь божественной рукой.
Союз великий, таинство начал,
Где плоть и свет сливаются в одно.
Творец вселенной так предначертал,
И нам постичь закон тот суждено.