На ступеньках

(Александру Веремьёву)

Спускался летний занавес с небес,
Он с этажей своих насилу слез,
расположившись на крыльце у продтоваров.
Препятствием движенью стал порог,
во рту его крошился беталок,
не изменяя выхлоп перегара.

Он пел всегда — на сцене, за столом,
сегодня же пришёл к нему облом,
устроив что-то вроде перебранки.
Качались перед взором провода,
манил его мизинчиком туда,
с собою вдаль привидившийся ангел.

Портвейн ли, водка, может быть, "Клико" —
сегодня от него все далеко:
дружки и затевалы-подпевалы.
Сидел он молчалив, смурён и квёл...
Как эхо замолчавших радиол,
вдаль уплывали грустные кварталы.

А день спустя, под сенью фонаря
он пел: "Зачем дарил слова горя...",
не завершив навеки эту фразу...
Я думал,  небеса прольют слезу,
ведь слух ловил грядущую грозу.
Однако, пронесло её, заразу.

И утро вышло райское, и прочь
исчезла с недопетой песней ночь.
Стал летний день расшитою сорочкой.
Нёс тёплый ветер запахи с реки,
и было мне садиться не с руки
записывать тогда вот эти строчки.