Опытные наблюдашки. Глава 6

          Поголодать бы надо один день, - подумала я, щедро намазывая кусок хлеба маслом и укладывая на него сыр в шесть утра. Заботливо приготовив, сажусь за стол и начинаю трапезу, понемногу подливая кипяточек в кружку из чайника. Ну не могу пить теплое. Мне надо или горячее, или холодное. А горло перестало реагировать на холодное мороженое, которое я поглощала всё лето в больших количествах. Видимо привыкло и решило больше не суетиться, понимая, что от мороженого я отказаться не в силах, тем более, что оно такое вкусное, из «Чижика». Чижик- пыжик, где же ты раньше был? Дочка мне привозит это мороженое в рюкзачке-холодильнике. В наш край «Чижик» залетать не хочет, боится, что не окупит расходы на свою кормежку.
      
                Еда у меня стала спонтанным мероприятием, не зависящим ни от времени, ни от погоды,  состояния дел или настроения. Но ем я понемногу. А почему в шесть утра?  А кто ж его знает, такое, правда, редко бывает. Бывает еще, встаю в три ночи, когда не могу заснуть. Еда – это небольшое лекарство для успокоения разбушевавшихся клеток тела. А тело, эта автономная субстанция, иногда черте-что вытворяет.  И ладно, если бы только оно одно, так ведь и душа подключается часто, и вот они вдвоем носятся, как полоумные со своими клетками, атомами, энергоструктурами в мероприятиях, мне не подвластных.  Поодиночке ещё терпимо, но когда вместе собираются, то просто – ух! Вот и пытаюсь задобрить хотя бы одну часть бутербродом. И ведь помогает. Понятно, какую, душа на эту удочку не клюет, у нее другие законы. Я пробую с ней договориться, иногда она идет на перемирие. А всполошиться она может быстро, стоит допустить одну нежелательную мысль, и всё, началась свистопляска. Зависит ли это от меня?  Но если не прилагать никаких усилий, замучаешься совсем.

           Ну что такого тягомотного есть в жизни? Да ничего особенного.  Но, видимо, столько накоплено в прошлом, что приходится отрабатывать.  Ничего, справлюсь, дело идет на улучшение. Моя улитка ползет по кругу, но  неведомым образом взбирается иногда на новый виток, так и до неба доберется.
               Бутербродик проглотился быстро, тем более, что он заедался еще черносмородиновым  джемом.  Захотелось телу его попробовать, пришлось открывать банку. У меня в холодильнике вареньев и джемов всяких-превсяких.  Вот, даже, не поленюсь и перечислю  -   уже благоупомянутая черная смородина, джем из красной смородины, облепихи,  варенье  малиновое, абрикосовое, клубничное,  яблочное повидло.  Все сделано собственными ручками и выращено в своем саду, кроме черники и абрикосов.

               Возрадуйся, душа, гляди, как я для тебя стараюсь, пока ты мечешься в этом странном, неповторимом мире, занесенная попутным ветром.  Бог направил эту живинку в тело с её проблемами, предпочтениями, желаниями, способностями, а  я – наблюдай, учи, способствуй её развитию, взрослению, становлению и т.д.  Кто я? Сложный вопрос. Каждый пусть разбирается сам. Что бы я ни ответила, мало кому подойдет. Главное, что я ответила сама себе и этот вопрос исчез. Не без  помощи бутербродов, конечно.  Ну, и в придачу к ним – долгих поисков и размышлений. Вот тебе и шесть утра!