Про школу

Школу я вспоминаю редко.  Не могу сказать, что мне нравилось посещать это место. Там не прошли лучшие годы моей жизни, но в памяти что то есть.
Например, я помню своих учителей.
Помню, как учительница математики, грузная женщина с короткой стрижкой, пересказывала нам любовные романы, которые читала на ночь.  Я не знаю зачем она это делала, но я до сих пор помню строчки " она следила за ним из под полуприкрытых ресниц".  В основном правда мы учили с ней математику. В процессе лекции, она осознанно или нет, незнаю, показывала всему классу fack и называла это "один процент". Она говорила очень серьёзно и палец у неё был толстый, с длинным прокрашенным ногтем. Она "вдавливала" ним в аудиторию, пытаясь донести до нас мысль. "Один процент! Один! Процент!"
Географию у нас вёл учитель истории. Или историю вёл учитель географии. Точно не помню был он историк или географ. Но этот лысоватый мужик любил рассказывать нам о разных паранормальных явлениях. О геопатогенных зонах и о снежном человеке. А на переменах играл с директором в шахматы.
Наш класс условно делился на две группы. "Умников" и "двоечников".  Они так и стояли в коридоре на переменах. Кучка "умников", в школьных юбках, брюках, вязаных желетках и кучка "двоечников", в джинсе, с прокуреной серой кожей, сутулые и вечно гигикающие. Даже, когда они не курили, казалось, что во рту у них сигарета. И одни и другие были довольны собой и держались друг от друга на расстоянии.
Я всегда становилась между ними.
Во- первых, я не могла сделать выбор в ту или иную сторону, а во- вторых, ни те ни другие не считали меня "своим" человеком.  Для "умников" я не была достаточно умной, а для "двоечников" не была достаточно "свободной". При этом я не была изгоем.
" Её все любят! - рассказывала классная моей маме. Она говорила это удивлённо и восторженно одновременно. Вообщем я была такой "капибарой" в школе.
              ***
Я не помню, как она появилась и куда она делась. Аля Тищенко.  Девочка довольно обычная. Карие глаза, тёмные волосы, слегка курносый нос.
Назвать её красавицей было нельзя. Но и уродиной она не была. Не знаю, что со мной стало.  Но я буквально влюбилась в Алю. Влюбилась, как девочки должны влюбляться в мальчиков. Я увлеклась нею. Она пришла в наш класс неожиданно, посреди зимы. Мне хотелось говорить о ней и я говорила. Мне хотелось смотреть на неё, наблюдать за ней и я наблюдала, как она сидит за партой, волосы её собраные в хвостик, открывают аккуратные маленькие ушки. Даже сейчас, говоря об этом, я вспоминаю свои чувства и как и тогда не могу понять от чего это произошло со мной.
Моя троюродная сестра училась со мной в одном классе. Она заподозрила что то неладное и когда я в очередной раз произнесла "Аля Тищенко" , она посмотрела на меня в упор и раздражённо сказала: " Да что ты со своей Тищенко!"
Мне стало тут же неловко за себя. Я как будто посмотрела на себя со стороны и мне представилось все это глупым и невозможным. Тогда я мысленно дала себе пощёчину и сказала: хватит! Остановись!
Всё прошло. Моя симпатия перестала быть болезненной. Дальше мы просто общались, как обычно.  Мы даже один раз с сестрой были у Али в гостях. Я помню этот день. Она была одета в полосатую футболку, едва прикрывавшую бёдра.
" Не могла нормально одеться" - возмущалась потом сестра.
Это было в классе восьмом наверное.
Ни до, ни после больше такого никогда не было. Я влюблялась в мужчин, рожала детей и не представляю себе другой жизни. Но вот было со мной такое странное приключение в школе.
Как в песне "школьный ансамбль":
 "Вот такая вот музыка, вот такая вот вечная молодость".