Тридцать раз любовный сказ. Плюсом две сказочка дл

 Тридцать  раз любовный сказ. Плюсом две сказочка для вас
 
Почти молитва
Я отчаялся
Займёмся же утопией
Любовь как сумма, взаимных обязательств
Мужчина и женщина тайна создателя
Как хорошо, что вы мной заболели               
 Говорят, что всё погаснет               
 Меня силы покидают
Я в любви к тебе купаюсь
Ах, как её я ненавижу!
Любовь коснулася крылом
Кошмарики, кошмары
Женские плечи
«Чтоб на вас напали деньги»
Не прекращается наша не встреча
---------

Не могу твой мир переварить,
Я живу с ощущением счастья
Меня перемалывает грех вожделения.
О любви со знаком «+»
О любви со знаком « – »
Про знойную пустыню
Нервная встряска, ЕЁ увидал.
Довольствуюсь малым
Что-то в нас вдруг коротнуло
Дворовая быль
Нас двое, ищем пару
О половом вопросе
Лакомый кусочек ныне упустил
Ей хотелося в Ла Скала
Обида рассосалась             
 
ПРО Я
Моё  я, как отраженье
Миллионов прочих я
Моё я, как откровенье.
Всё, от края до края.
Это капля океана,
Но в нём сидит, первопричина.
Не просыхающая рана
Мелководье и пучина.

Как частица мирозданья
Собираю горесть, смех.
Упованья, причитанья,
Вместе праведность и грех.
Всё похоже непохоже,
У других созданий мира
Только главное не рожа,
А то, что  действием творимо.

Ну, а действия типичны.
Мы проглатываем повторы
От других как бы, вторичны.
По новой - те же разговоры.
Тот же груз на плечах носим
В маски рядимся мы вместе.
И под лучшее все косим,
Повторяемся и в жесте.

Я – как сумма. Так и надо.
От и до. А дальше все.
Частица общего отряда,
На житейской полосе.

Почти молитва

Боже!
Дай мне смелость,
Дай ей страсть.
Чтобы хотелось
Было всласть.
Дай мне, Боже,
Дай и ей.
Просить не гоже...
Пожалей.
Ставлю свечку за неё,
Смотри, она большая.
Изображение твоё,
Моя любовь святая...
Рядом ты, рукой достать,
Можно чрез мгновение
И не будешь ты карать,
Знаешь, бьёт волнение.
Холод вдруг её сковал
И это, Боже, знаешь.
Как её б завоевал?
А ты, не помогаешь.
Может где-то есть вина,
Моё прегрешение.
Или мысль была дурна,
Прошу, даруй прощение.
Вот пред тобою я стою,
Насквозь видно смирение.
С год считай, что на краю,
В сердце с год горение.
Так могу и допылать -
Чудо-головёшка.
Меня будет не собрать-
Фрагментами, матрёшка.
Как людской материал -
Стану неразумен.
Без любви чадо пропал,
Говаривал игумен.
Ну, не дай же мне пропасть
Стою здесь, твой проситель
Не хочу любовь я красть
Помоги спаситель!

Я отчаялся

Я отчаялся с тобою повстречаться,
Одиночества великий марафон.
И на берег твой  желаю перебраться,
Но пока  твой берег это сон.
Где то наши дороги разошлися,
Где  то мы  друг друга не нашли.
Ты пред  Богом у  иконы помолися
И  тем самым печали утоли.

Мы с тобою  мира половинки…
Поиск счастья сильно затянул,
Чередою следуют заминки.
Слава Богу, в  нас огонь не утонул!
                Нескончаемы потоки  мирозданья
В нем есть и нас проект совместной встречи
Мы дождемся  долгожданного свидания,
Об ином не  может быть и речи.

А на большее, наверное, не надейся
Все  отмерено, превратности судьбы,
Ты вздохни, заплачь или рассмейся ,
Совместной нам не  выпало ходьбы.
                Повстречались половинки и расстались
Разбежались словно малые планеты.
В единение на краткий миг попались,
Ну, а далее, пошли  одни запреты,

Ну, а далее -  в  отдельные кюветы
И мостим  дорогу равнодушья.
Чуждым миром этим не согреты,
Полный вздох… великого удушья.
 


Займёмся же утопией

Займёмся же утопией -
Любовной философией.
Любви выведем закон
Оглядим со всех сторон.

Любовь как аллегория,
Любовь как категория,
Любовь как объегория
И фантасмагория.

Как альфа и омега,
Плюс камень – оберега.
Как духа воплощение,
Рассудка … помутнение

Любовь как плотская утеха,
Как квинтэссенция успеха.

Любовь как страх,
Любовь как крах.
Любовь как трах,
Любовь сквозь прах.

Расставим главные акценты.
Отметим верные моменты.
Покажем долю, вероятность,
При возможности и кратность.
Узнаем про любви накат.
Как она берёт в захват
Как из нас верёвки вьёт
Когда времечко придёт.

Про метод скажем
 Проб, ошибок
Как сделать так,
 Чтоб путь был гибок.

Курс сегодня вводный
Общенья круг свободный.
Короче книгу поглощаем
Просто так. Соображаем.

Чего-то перевариваем
Чего-то не усваиваем.
Находим, автор в чём плутал,
А где просто пенку дал.

На себя прочли что, мерим,
А дальше верим, или не верим.
Узнаем, в чем автор глуп
И в каких он красках скуп.

Что в своих стихах он скрыл,
Где сгорел, и в чем остыл.
Мерим на свои одежды
И просыпаются надежды.

Не всё так плохо в жизни этой.
И на пути вы к половиночке не спетой.
Когда то вынесли за скобки,
Забывали, были робки.

Не опускайте руки
Ещё познаем счастья звуки.
С ошибкой можно примириться.
В жизни главное стремиться.

В жизни нужно добиваться
Пробираясь сквозь  - стараться.

При возможности влюбитесь
В этом деле – не ленитесь.
Встаньте. Станьте непоседой.
Вперёд за матушкой победой!!!


Любовь как сумма взаимных обязательств

Любовь как сумма взаимных обязательств
И как горнило разбитых обстоятельств.
Не проходящий чувственный разбой
Любовь печаль, которая с тобой!

Стоит горой скользящей в никуда,
А где-то рядом гонимая беда.
Когда откатный перевесит счёт.
То грянет срок, беда своё возьмёт

Любовь с бедой повязаны навек,
Такой уж видно по природе человек.
Когда на пике страсти он стоит,
То своё счастье безумием кроит.

На нет сойдёт, что было надо всем.
Сюжет затаскан, кричащий станет нем.
Но малый срок, когда любовь при нас,
Окупит горе сотню тысяч раз.

Мужчина и женщина тайна создателя

Мужчина и женщина тайна создателя…
А может быть всё же ошибка ваятеля?
Не докопаешь, тупик у искателя
И не опишешь – ступор писателя.
Всё перемешено и основательно.
Всё перевешено, но бессознательно.
Голая истина рядится в перья.
Ученых ученье – в стане неверья!
Любовь в наслоениях и мотивациях
В рвущихся звеньях, в эвакуациях.
Вслед за которыми – взрыв единения.
А за победами, встык – поражения.
Смысл исчезаем, где много величия.
Порой побеждает грех безразличия.
Хромает сравнение – нет эквивалента
И вдруг разговоры про вечность момента.
Нету конца, как нету и края.
А во дворцах, продолженье сарая.
Любит, не любит извечный вопрос
На дыбе сомненья, а вот и допрос.
Всё на изнанку. Даже изнанка
Идёт в перепалку, порез, затем ранка.
И ампутация, только на срок
Затем вдруг новация – новый росток.
Белыми нитками шьют продолжения,
Штиль абсолютный, в стане волнения.
Дух перемолот, ошибка создателя,
Холод и голод, гнев почитателя.
Вдруг всё утряслось, опять единение,
Взяло и сошлось и ждёт повторения!


 Как хорошо, что вы мной заболели

Как хорошо, что вы мной заболели,
Как хорошо, что я изнемогла…
Что вы меня безумно захотели,
А я себя от вас не стерегла.
Случилось ведь! Стеченье обстоятельств,
Но по иному, быть и не могло…
Слишком много, взаимных обязательств,
Слишком много, чувства налегло


Говорят, что всё погаснет

Говорят, что всё погаснет,
Годик с лишним погорев.
Счастье, только нас поманит,
Плечом нетвердым подперев.
Но я готова согласиться,
Мне без счастья не прожить.
Раз уж довелось влюбиться,
Значит, суждено любить.


Меня силы покидают

Меня силы покидают
Потихоньку тают, тают.
Постепенно угасаю
Где бывал, там не бываю.
Меня нигде вскоре не будет
Хотя за это - кто осудит?
Зато сам себя сужу.
С милой встреч не нахожу.


Я в любви к тебе купаюсь

Я в любви к тебе купаюсь,
Забываюсь, забываюсь.
Я в любви к тебе тону
Ну, почувствуй же вину.
Совесть, угрызение,
Хотя бы на мгновение.
На миг единый встрепенись
Реален мир, так что очнись.

Во всех смыслах ты прекрасна.
Почему же не согласна
Ты любовь мою принять?
Хотя бы просто поиграть.
Поиграешь, увлечёшься
Глядишь и не убережёшься.
Попадёшь как я в неволю
И любви узнаешь долю.

Когда долю эту делишь
Мир прекрасный ты имеешь.
Верховодит счастья стон
Остальной просто фон.
Страстью вся поглащена.
Одним словом влюблена.
А других и слов не надо.
Любовь как главная награда…

Ах, как её я ненавижу!

Ах, как её я ненавижу!
А вскоре полюблю. Предвижу.
И эта мысль буквально бесит…
Разум что-то перевесит
И я чувственно растаю.
Увы… свою натуру знаю.
Я есть субъект такого рода
И в этом суть моя, порода.
С породой этою боролся.
Много раз с ней прокололся.
И хочется и колется
Да страсть не успокоится.
Вот пишу и таю,  таю…
Любить,  наверно, начинаю.

Любовь коснулася крылом


Любовь коснулася крылом
Но я почувствовал… надлом.
Крыло не поднимает
Оно… как бы, хромает.

И вынес я суждение
Нет глубины влечения.
И не поможет рвение
Слабеет чувств давление.

И мучает такой вопрос –
Вдруг, до любви я не дорос?
Но есть и мысль, что убивает
Вдруг для меня любви уж не бывает?



Кошмарики, кошмары

Кошмарики, кошмары
Меня сопровождают.
Везде встречаю пары
Меня  ж не замечают.
Половинка где-то,
Вдали, не на  подходе.
Песня не пропета,
Слов в ней нету, вроде.



И этим я живу и этим существую

И этим я живу
И этим существую
И счастьем зову...
И не жду другую.

И это всё моё,
Глубоко-потаённо.
Вся жизнь ради неё.
Так просто, не мудрёно.

Но эта простота
Всего дороже стоит.
И эта высота
Весь шар земной покроит.
------------------------------------------------
Женские плечи
               
Женский плечи,
Женские плечи
Долгие речи,
Близкие встречи.
Горечь разлуки,
Сладость свиданья,
Милые руки,
Тепло обладанья.
Нежные взгляды,
Скошенный носик
Шальные наряды,
Трудный вопросик.
Поза влекущая
До боли в висках
Женщина ждущая
Встряска в умах.
Россыпь блаженства,
Граница без края.
Верх совершенства,
Вот  ты какая

«Чтоб на вас напали деньги»

«Чтоб на вас напали деньги»
И подмяла вмиг удача.
Чтобы вы погрязли в неге
И был бурный смех, до плача.

Чтоб преследовали мужчины…
То есть проходу не давали,
Они без видимой причины
От беды путь закрывали.

Чтоб вечно вас ждала тревога,
Но так и не могла дождаться
Не приходила, чтоб подмога
Когда всё стало получаться.

Чтоб вас в упор не узнавали,
Когда инкогнито хранили,
Чтобы чуть ниже королевы вы упали   
И вас лишь семеро безумно полюбили.


Не прекращается наша не встреча

 Не прекращается наша не встреча
Удача скрывается, ты вечно далече.
Уже горизонта раскрыта граница
Вновь одиночка. Браво тупица.

Я задыхаюсь не видя тебя.
В тоске забываюсь, миг не дробя.
И удивляюсь, - каков оборот!
От боли кривляюсь, но вновь не везёт.

Как разобраться с такой невезухой?
Пытался, тягался, был и под мухой.
Но всё подминает наша не встреча
Это не жизнь, а какая-то сеча.

 

Не могу твой мир переварить,


Не могу твой мир переварить,
Не могу умом своим измерить.
Напирает желание любить,
Лишь в любовь мне хочется поверить.

И все же чувствую, не властен над тобой
И моя песня допета, не начавшись.
Сама судьба велит нам вразнобой,
На ночь любви  лишь мимолётную, собравшись.
 




Я живу с ощущением счастья

Я живу с ощущением счастья
Тебя много не может быть.
И желаю я только рядом
Находится, любовь дарить.
Ощущение дикой свободы
Когда рядом, только с тобой.
За восходом идут восходы
И хочу крикнуть времени – стой!
Только время своим напором,
Непременно прёт на рожон.
Не подвержено уговорам
Устанавливает свой закон.
Растворяются в нём границы
Притяжения блекнет фон
И листаются быта страницы
И тень прошлого прёт на обгон.


Меня перемалывает грех вожделения.

Меня перемалывает грех вожделения
Я просто сгораю от нетерпения.
Где нету её, там царит пепелище.
Совсем позабыл о духовной я пище.
Культура физическая  по боку
Только желание в самом соку.
Желанье всего, да всего поглощает
Желанье собою весь мир заслоняет.


                О любви со знаком «+»

Любовь это тема бескрайности,
Которая в душах двоих.
Любовь это долг беспокойности,
Что в наших в умах не утих.
Она как борение вечное,
Крылатая музыка грёз
И как  столкновенье сердечное,
Как множитель вздохов и слез.
Любовь это чувство полета,
Вне времени, между границ.
Любовь это ловля журавлика,
Не стаи  безликих  синиц.
Бесплатной любви не бывает,
Плательщик в ней каждый из тех,
Кто ради её забывает,
Измены  бескрылый успех.
Любовь соединение
Приятного с чудесным,
А также  состязание,
Духовного с телесным.
Порыв объединения,
Прорыв в мировоздание
И чувства исцеления,
Через обладание.
Любовь как поездка в незнание.
Дистанция, между двумя,
Смещается до основания,
Короче, почти до нуля.
Любовь это бездна безвременья,
В которую брошен в тот миг,
Когда в высоту наслаждения,
Вплетается стон или крик.
Любовь это сердца чистилище,
Ристалище быта боев,
Она также жизни вместилище,
Полна ею жизнь до краев.
Мы можем сказать в обобщении,
Любовь это найденный рай,
В котором, при чьём  то стремлении,
Вплетается ад невзначай.
Любовь это жизни равнение,
Как выжимка нашей души.
Она есть всегда поклонение,
Порою до самой земли.
Любовь ты всегда созидание,
Прошедший твоею тропой,
Навечно достоин признания,
Ведь он не стоял за ценой.
Любовь это правила пары,
Дуэта большая игра.
В любви  все ходы очень стары,
Палитра увы не нова.
Любовь есть прорыв увлечения,
Зашедшего так далеко,
Что напрочь летят утверждения,
Что чувства хрупки как стекло.

Любовь это чувства от бога,
Любовь это праведный грех,
Который в себе воплощает,
Все горести мира, весь смех.

В конце концов, я повторяю вновь и вновь -
Любовь это просто любовь.


                О любви со знаком « – »

Любовь есть игра бесконечная,
Без правил, руля и ветрил.
Любовь это гамма сердечная,
В которой  злой гений творил.
Любовь это чувство границы,
Которую можно пересечь.
Она есть порыв ко свободе,
Которую трудно стеречь.
Любовь это шторм увлечения,
И набранный  грех без причин.
Она прямо ждет увольнения,
Не глядя на возраст и чин.
Любовь  это блеф дисгармонии,
В ней часто господствует страх.
Любовь это  штамп церемонии,
Застывший на полных парах.
Любовь баланс есть рвущийся,
Меж руганью и лаской.
С большущим наложением,
Меж явью, былью, сказкой.
Коктейль из благородства
И низости великой,
В ней часто превосходство
Личности безликой.
Любовь есть терпение чувства
И птицы бескрылый полёт.
Любовь помешательство буйства,
Вслепую игра чет  не чет.
Любовь как прорыв увлечения,
Она - это срыв без конца.
Любовь это чаша сомнения,
Как до так и после венца.
Любовь это бал ожидания,
Который с тобою всегда.
Любовь это факт расставания,
Всех тех, кто и нам не чета.
Она словно воля беспечная
И ложь во спасение тех,
Страстишка кого скоротечная
Имеет лишь горести смех.
Не нужно другого значения,
Любовь это жаждущий грех,
Который от  нетерпения,
Достиг всем известный успех.
Любовь это есть воскрешение,
Хоть в ней  можно и утонуть.
Любовь естества прибавление,
Того, что ничем не вернуть.
Любовь это радость без устали
И усталь безрадостных дней.
Любовь порождение юдоли,
И ключ от раскрытых дверей.
Любовь есть двойное страдание,
А также двойная беда.
Она это то наказание,
Которому нету суда.
Любовь это заговор пары,
Где третий стоит у ворот.
Любовь это все-таки  чары
И чей-то души приворот.
Любовь  это  срез вожделения,
С страстями в ней кровная связь,
Она часто  акт принуждения,
В неё лезет всякая грязь.
Любовь есть привычка желания,
Которого меньше с годами
И сумма непонимания,
Выпячивания – сами с усами.
Любовь души работа
Подчас на холостую.
Забытая охота
Даю, а не дарую.
Любовь есть стратегия, тактика,
Расчет от начала и до.
Любовь ежедневная практика,
Борение в плене  одно.
Любовь есть кончина спокойствия,
В ней чувства закручены в жгут.
И жаждем мы так удовольствия,
Что прочие чаянья ждут.


Про знойную пустыню

Между нами пустыня знойная
В ней по капле жизнь всё ушла.
И лишь песня заупокойная
Всё талдычит как ваши дела?
Между нами вопросы в воздухе
Спрессованы как монолит
Разливается смесь гремучая
Чрез минуту другую искрит

Между нами стена из отчаянья
И лишь только Сорви-голова
Отбросим большие сомнения
Рассудит я прав, ты ли  права?

Между нами доты, гроты
 Хорошо что не пустоты.
Пусть будет дурь, пусть скукота
Только чур, не пустота.
Всё остальное склеим
Поднимем и согреем.
Замес на зле, на доброте.
Но нечто… не сложить на пустоте
_______
Можно на отчаянии держаться
Можно ухватиться за беду
В пораженье надобно сражаться
Вот я сраженье безнадёжные веду.

Можно в бессилии крепиться
Обратившись помыслом к кресту
Можно от врага отворотится
Удлинив дорогу на версту.

Только в пустоте не удержаться
Пустота мерило – ничего.
В ней не любить, ни ладить, не сражаться.
В ней круглый ноль и только и всего


Нервная встряска, ее увидал.

Нервная встряска, ее увидал.
Быль, а не сказка, как лист задрожал.
Колики в нервах, красой я упился,
Зашкалило чувство. Точно, влюбился.
 
Ставлю диагноз, как приговор
Сердце забилось, мой вечный мотор.
Кровь понеслась мне её не стреножить
Любовь теперь данность. Себя станет множить.

Нужно принять, воевать бесполезно
Взлом всей системы, уверен – железно.
Взрыв не унять, миг упущен неверия
Прелюдия чувства. Первая серия…
-----------------------------------------------------
                Довольствуюсь малым
               
                Довольствуюсь малым
Что рядом нахожусь.
Движением неверным
Невзначай прижмусь.
Пальцем прикоснусь,
Повезет – рукой.
И вроде как проснусь
А в словах – немой.
А в словах запреты,
Натыканы, стоят.
Застыли как портреты
Места не кроят.
В моем к тебе признании.
В моей к тебе любви.
В долгом ожидании…
Ты хоть… позови.
------------------------------------------------

Что-то в нас вдруг коротнуло

Что-то в нас вдруг коротнуло
И на близость потянуло.
Чувственно смешались
Зря видно потешались
Друг над дружкой целый год.
Вот он чувственный приплод.
Откидали камни в соседний огород
Судьбина приготовила наихитрейший ход.
Не можем друг без друга
Средь общего досуга
Лишь находим благодать
Когда не хочется вставать.
Подкашивает ноги
И в спальню все дороги.
Ныне камни не кидаем
Плоды страсти пожираем.
Мы сейчас в любви осаде
Что возросла на камнепаде.

Дворовая быль

Мы с тобою пара, говорят кругом,
Друг для друга созданы, так судачит дом.
Сплетен развелось и не сосчитать,
Тем других во дворике и не услыхать.

«До каких границ у них уж зашла любовь?» -
Эти разговорчики слышу вновь и вновь.
Ах, уж этот каверзный, проклятый вопрос,
Вроде интересно всем, а вроде как  допрос.

Как же нам укрыться и любовь сберечь,
Если даже взгляд любой стали уж стеречь,
Тайно и открыто слежку проводить.
Когда   за любопытство станут их судить?

Что им всем доказывать, коль любовь пришла.
Двое ею избраны - вот и все дела.
Здесь точку бы поставить, довериться судьбе,
Но кругом гадают, а как у них и где?

Увы, мы все же любим, совать свой нос туда,
Куда тропинка многих за жизнь не привела.
Когда в вас пальцем тычут и каркают толпой,
Как тяжело остаться в ладу с самим собой.

-----------------------------------------------------

Нас двое, ищем пару

Нас двое, ищем пару
В четыре ока зрим
Держит друг гитару
На стрёме. В общим, бдим.
Проходит тьма народу
Тройками идут
Идут, кто чтит свободу
К нам не повернут.

Дружное веселье
А мы никак не клеим
Час, другой бестелье
При своих имеем…
То есть всё в обломе
Не можем закадрить
Так и стоим на съёме
Нам начали хамить.

Уверенность теряем
Ноги затекли
Друг сказал – линяем
Тут нас и засекли.
Две пары глаз уставились
Плюс ого - го фигуры
Сами считай подставились
Попали под Амуры.

Друг мой разговорник
Друг мой краснобай
Если я затворник,
Ему лишь на мешай.
Короче очень мало.
Кто сможет устоять
Под его влияние
Трудно не попасть.

Баек знает массу,
Ходячий анекдот.
В ответе я за кассу
То есть за живот.
Наше разделенье
По части охмурить
Просто загляденье
Прелюдия к любить.

А вот услышал я аккорд
Мелодия чудна
И всеже сьёмка это спорт
И моя мысль верн.а
Правда спорт особой части,
Ведь когда я побеждаю
Нахожусь в чужой я власти
И лавры тут же уступаю.

Здесь главное вмести победить
И страстно счастье разделить.
Тогда в момент не разбежимся,
По спортивному сплотимся.

И рекорды поцелуя
Перебьём себя балуя
И гимнастика в постеле
И истома во всём теле.

          О половом вопросе

Половой вопрос поставил,
Я сегодня в полный рост.
Меня возраст мой заставил,
Ответ в семье был -  не дорос.
Говорят - тебе  двенадцать,
Подожди годок – другой.
Ну а если за два года
Надломлюсь я судьбой?
Если круто ошибусь?
Промахнусь, не попаду?
Ну а если не дождусь?
А тем паче пережду?
Надежда есть, мой друг подскажет.
Всё таки старше на пять дней.
Может мне глаза развяжет,
О сожительстве  людей.
Друг второй на стенке роспись,
Сделать хочет для меня.
И в натуре всё покажет,
Правда нужно ждать два дня.
Коль быстрее он натурщиц,
Обещал мне разыскать.
Лишь купить фломастер нужно
Мазилу чтоб изображать.
Собираюсь за кассетой,
Что для взрослых продают.
Сэкономлю на обедах,
Мне и домой её пришлют.
В интернете сайт взломаю
Адресочек уже дан.
Коль удачу я поймаю,
Будет файлов чемодан.
Благодарен очень рынку.
Выход есть, деньгу лишь дай.
На крайняк, я Кама - Сутру
Прочитаю невзначай.
За советом папа с мамой,
Через год ко мне придут.
Но я буду непреклонен,
Может тогда чего поймут.


Лакомый кусочек ныне упустил

Лакомый кусочек ныне упустил
Под моим балконом он пять минут ходил.
Глазам я не поверил чудо из чудес
Интерес до женщин прыгнул до небес

Через пять ступенек лестницу месил
Лакомый кусочек так  не ухватил
Никак я не домыслю, растаяла фигура
Ольга ли, Ирина, а может просто  Шура?

Толи наваждение, кто-то мне наслал
Мол держи равнение, а то немного сдал
Толи явь вернулась во всех своих красотах
И вовсю играла на любовных нотах

Но что-то развернулось в смысле бытия
Взяло и разомкнулось, раздвинулись края.
От подобной встряски скрытый смысл вернулся,
Дышу я полной грудью и не задохнулся

Послал хандру подальше, твёрдой я рукой
Вновь увлёкся  жизнью, нравственно живой
Лакомый кусочек я не упустил
Свое он дело сделал, вновь я полон сил.


Ей хотелося в Ла Скала

Ей хотелося в Ла Скала
И мне хотелось, чтоб ласкала.
Желанья вроде совпадали
Вдвоём считай огнём пылали.
И всё же что-то не срасталось
Ничего не удавалось.
Словами вроде бы ласкала
А делами то кидала
До тела и не допускала
Шептала, прежде мол "ласкала"
Ну чего ей не хватало?
Все попытки отсекала
Стояла крепко. Как скала.
Вот такие шли дела.

Не верь ушам,
когда про ласки говорят
Дам не поймёшь
Кого и что хотят...

Обида рассосалась

Обида рассосалась
С улыбкою твоею.
Ты мне вдруг созналась:
«Хочу, и обогрею».
Даже не настаивал,
Уже и не просил.
Твое нет осваивал
Душою уходил.
Терял тебя безропотно
Поверив в неизбежность.
Вне тебя не хлопотно
Просто ушла нежность.
Покинула надежда.
Которую хранил.
Был как тот невежда, -
Кто без прощай свалил.
Пока ещё был в свите.
Пока что не отставлен.
Но сказано - молчите
Но возглас  - нет – добавлен.
Всё вместе на обиду
Взяло и потянуло.
Не подала ты виду,
Что холодом подуло.
А потом остался
С тобой наедине
И вновь в любви признался,
Как в своей вине.
Ты вину признала
И тоже повинилась.
Ты что-то осознала
Сказала, что влюбилась
И наше осознанье
Мерилом не измерить.
В сердца узнавание,
Трудней всего поверить



Новая черточка в сюжете,
От  любовь, бывают дети…
А их  нужно развивать,
Сказки разные читать.
Пять штук их,  я в стихи переложил
Ш. Перро их прозой изложил.
Две сказки здесь я предлагаю
Вам понравиться? Не знаю.
Ну а детям, непременно,
Увлекаются мгновенно.


 Красная Шапочка

В очень - очень стародавние года
С охраною дорог была беда.
На них воры промышляли, -
Стащить стремление скрывали,
Но если кто - то зазевался,
Зараз без груза оставался.
Вдруг поклажа исчезала,
Будто её вовсе не бывало.

Из - под носа уводили
Был товар, да сплыл. Стащили.
И притом средь бела дня…
А иногда товар тащила и родня.
Как родне не подкузьмить,
За  родных счет не пожить…
Земли хозяин тут как тут,
Вот купцы товар везут,

А что с возика упало,
То считай, навек пропало.
И под первое число
К землевладельцу отошло.
Себе тащит в закрома,
А будешь спорить – ждет тюрьма!
Иногда охранники чудили
И налево товары уходили.

А вор кричал «держите вора!»
Толпа людей, как будто свора
Невиновного хватала
Ведь истину, увы, не  знала.
Стражи за дорогами следили,
Воров порой и находили,
Но всех не переловить,
За всеми, факт, не уследить.

Кроме дорог тропинки были,
По ним не ездили, - ходили.
Тропинка – близкая дорога,
Она пути всегда подмога.
 Часто углы срезала,
По лесам бежала,
Меж болот, среди лугов,
По горам, едва не задевая облаков.

Одни тропинки пролагали,
Другие как бы зарастали.
Если были не нужны,
В них и не было нужды.
На тропках воры не сидели,
Нужно было ждать порой недели,
А на тропке не души,
А кто идёт – несёт с собой гроши.

Тропинки посещали ещё волки,
Ростом метр в своей холке.
Ночами долгими блудили,
Или в засаде сторожили.
Детей малых поджидали,
А иногда на взрослых нападали.
Воры, волки были рады
Часто ждали как награды

Встречи с маленьким дитем…
Ребенку все порою нипочём.
Не все детишки понимают,
Часто языком болтают.
И взрослых не смущаются
И волков не пугаются.
Их можно хитро расспросить
Информацию о чем-то получить.

А информация ценна,
Особенно, когда верна.
И вот в прошлые века,
В месте, где текла река
Леса, где была опушка,
Одна стояла деревушка.
И в ней девочка жила,
Мать той девочки пекла,

Всем на зависть пироги,
К ней очередь всегда толпилась  «испеки!»
Можно было бизнес открывать
И с него денежки ковать.
Да всё было недосуг…
И вот как - то утром, вдруг,
Мать пироги давай катать.
Их нужно было передать

Не в другое государство
И не в воюющее царство,
А за верст примерно семь,
Возвернуться можно  - в день.
Дорогой если направлять –
Это верст пятьдесят шагать,
Тропинка – это близкий путь,
Часок в дороге отдохнуть…

В день и ребенок возвернется,
Мать уже к вечеру  свое дитя дождется.
Горшочек масла тоже был.
Пирожок коли б остыл,
Его с масло разогреть
И можно сытный ужин заиметь.
Мать дочь свою здесь призывает,
Ей нотаций не читает,

Велит к бабушке пойти
Да пирожочек отнести.
Известной тропкой направляет
Подробно очень наставляет:
Про воров и про волков.
Говорит, где бабкин кров.
Велит «во все глаза смотреть
А разговаривать, не сметь!»

И людей всех обходить
А волка встретить – не грубить!
Куском мяса, что есть в корзинке откупиться,
И быстро – быстро  прочь пуститься.
А девчонка та приметною была,
Красной Шапочкой её деревня вся звала.
Мать пекла, но и вязала,
То есть в деле  вязанья  понимала.

Могла кофточку связать,
Чтобы дочку наряжать.
И шапку красную связала,
По размеру, какой знала.
Шапка – просто загляденье!
Вот оно вязать уменье!
Шапку дочь неделю не снимала,
И своё прозвище при этом получала.

Очень не обидное,
Ведь шапка была видная.
Красной Шапочкой прозвали,
Красной Шапочкой с тех пор и называли.
Во всем сером выходила,
Белый цвет она любила,
Но люди  прозвище уж дали,
И белой Шапочкой уже не называли.

Корзинка дочери даётся,
И дочь к бабушке несётся.
За бегом, наставленья забывает,
Идет под кустик, садится, отдыхает.
Вот за бабочкой бежит,
Ногами быстро семенит.
Вот ложится и вдруг… спит,
Сон интересный очень зрит.

Тут волк прошёл своим дозором,
Вот уже пошёл  повтором.
На тропинке  - никого.
Волк гляди т- то высоко,
А Шапочка в траве лежит,
Не шевелиться – ведь спит!
Урчит у волка в животе,
В нем: пустота на пустоте!

Два дня как не питался,
Он от охотников скрывался.
Замудренно так следил,
Охотников, короче, обхитрил.
Три дня  он  ничего не жрал,
Ни на кого не нападал,
Дичью сам являлся
В чащобе укрывался.

Свою шкуру он спасал. А кушать?
Ничего не жрал!
Ни лисенка, ни козленка,
На худой конец не съел и поросенка.
Идет, бредёт, шатается
По волчьи так ругается:
«Ир, ты брынь, турум - бурум
Кара шера фер мурум!»

«Где ты еда?» – затем он говорит.
А живот, живот – урчит!
В кустах тут что-то потянулось
У волка же чутьё проснулось!
И боязнь – а вдруг стрелок?
Поставит выстрел – на поток!
Немало, то есть волк струхнул,
Дважды, с горя, что ли, икнул.

Страх напал и он завыл,
Его уже почти, что след простыл.
Вдруг детский голос: «Кто шумит?»
Голос… ребенка говорит!
Прерывает волк прыжки,
Чует запах – пирожки!
С травы девчонка здесь встает,
И такую речь ведет:

«Кто ты волк или собака?
Зверь хороший или бяка,
Ты тропинку охраняешь
Или берешь и нападаешь?
Если волк на пирожок
Ты не ешь меня дружок.
А не то стану орать,
Смогу охотников поднять».

Волку что - то нужно съесть,
Но съешь… и тут же грянет месть!
 Охотники на крик понабегут,
И всем волкам тогда – «капут».
Смысл «капута» волк не знал,
Однажды слово от людей слыхал.
И слово перевёл  – кинжал,
Который в волка проникает,
Перевел пулей, что быстро настигает.
И от которой, волк не убегает!

У девчонок  голос звонок,
На три версты орёт ребенок.
А если испугается…
А если постарается…
Верст на пять крик разнесется,
В пределе этом… пара охотников… пасётся.
Домой с облавы пока не возвратились,
Очень злые, из стволов не разрядились!

Два кусочка от девчонки оторвёшь
И уже под пули попадёшь!
Овчинка выделки не стоит,
Но… и желудок беспокоит.
Решил волк паузу держать,
Себя собакой показать
Очень благородной
И в воспитанье  бесподобной!

Другая мысль вдруг в башке волка понеслась –
Чтоб девчонка увлеклась,
Разболтала всё подряд
И тогда, на волка взгляд,
Можно будет разуметь,
Кого или что кушать захотеть.
Подумал волк – я потерплю,
Скажу: «Есть, вовсе не люблю!

Я, мол, не волк – собака,
И у меня с волками драка.
Короче – я охранник,
Для тех, кто пеший странник».
Что задумано – сказал,
В речи своей не подкачал,
 Девчонка кстати немного могла знать,
И очень трудно было волку подкачать!

Хищник был матерый,
И на басни скорый!
Не одного за свою жизнь он уболтал,
И не разу впросак не попадал!
Девчонку волк к себе расположил,
Ей очень сильно разговором удружил,
А затем развесил уши,
Слушал! Волк не бил баклуши!

Слушал сбивчивый рассказ,
И подумал – не сейчас!
Съесть тебя мне не резон,
Будет времени вагон.
Узнал, что  «бабушка болеет,
Что у неё рука немеет,
Почти ноги не встают,
Глаза плохо узнают!

Притом бабка тяжела…»
Переспросил волк: «Много веса набрала?»
Подумал про себя: «Так много мяса!
Дождался видно звездного я часа!»
И вновь про себя добавил: «Попирую!»
А вслух добавил сказочку такую…
Говорит: «Я охраняю
Все кругом тропинки знаю!

Та, по которой ты идёшь,
Быстро в болото завернёшь.
Тропинка вдруг переместилась
Да в болото устремилась.
Её (тропу) заколдовали,
Чтобы девчонки пропадали.
Он как охранник всех встречает,
Путем кружным направляет.

Тропинка будет хуже,
Но на ней лишь лужи.
А болота нет в помине,
Идти дальше, но у бабки на перине
Придёшь и отлежишься.
(А про себя - и с жизнию простишься!).
Короче, Шапка все сказала,
Дом бабулькин описала,

Сказала, как в него входить,
Как и что при этом говорить.
И про охотников сказала,
Короче – болтала и болтала…
(Болтун – находка для шпиона!
Болтун и в дырках оборона!
Стоп, в сказке не туда свернул,
Не в тот век взял да шагнул).

То другая  быль - сказка -
К другому времени привязка!)
А Шапка не могла остановиться,
Волк решил здесь извиниться,
Говорит – что «долг зовёт,
Птичка где - то там орёт,
Видно ножку подвернула,
Когда в веточки вспорхнула».
Волк кричит:  «Тебя кидаю,
Помчался – птичку я спасаю!
Я со всем зверьем дружу,
Всякой живности служу!»

Врал волчара, не краснел,
Что - что, а врать то он умел!
А Шапка то, не понимала,
За чистую монету, речи принимала!
Сказала: «Буду помогать,
Ножку птички поправлять.
Доктором я стану
Зашью, коль нужно, рану.

Куклам ножки зашивала,
И кукла вовсе не кричала».
Тут волк вскипел» «Тебе нельзя,
Другая птичкина стезя.
С ней в больницу побегу,
Докторам там покажу.
Они учились птичкам помогать,
Так что не нужно унывать,

Торопись, беги к бабуле,
Она наверно ждет сидя на стуле.
Или лежа поджидает,
Только  в сказках так бывает».
И волк рванул, что было сил,
Бежал он с напряженьем жил.
А Красная Шапочка запела,
Песни петь враз захотела,

Про собак, что охраняют,
И про птичек, что летают.
Волк до бабки добежал,
Быстрым был. Не оплошал.
Знал, как двери открывать,
Знал, кого в избе глотать.
Бабуля внучку ожидала,
Свои объятья раскрывала,

Волка чуть не целовать,
Ну а тот бабулю – хвать!
За разочек проглотил
Думая переборщил!
Бабка тучная такая,
И кость какая-то кривая!
Вмиг свалился отдохнуть,
Захотелось и заснуть.

Но нужно девочку встречать,
Волк с пола лезет на кровать,
Быстро чепчик одевает,
Халат атласный вмиг хватает.
И рывком себе на плечи,
В общем, готов он к новой встрече.
А девчонка, всё поёт,
Очень медленно бредёт.

Красные ягоды срывает,
И ловко в рот себе кидает.
Семь штук лисичек сорвала,
Черепашку час ждала.
Она тропу переходила
И своим темпом девчонку удивила.
Считай, дремала на ходу,
Сказала Шапка:  «Так к бабке  не приду!»

Но старших нужно пропускать,
Так что решила Шапка подождать.
А волк лёжа - изнывал,
Он уже переживал,
«С тропы девчонка что ли сошла?
Меня волка… извила!
Старым мясом накормила,
Сдала бабку – и свинтила?»

Подумал  он дать драпака
Как говориться, жив пока,
Если б девчонку проглотил,
Его удар тотчас накрыл,
Такое как переварить,
А ведь будет нужно уходить,
Опять в лесу скрываться,
Да за жизнь цепляться.

Тут даже волк заголосил:
«Приди ж, приди ж», -  почти молил.
Так рассердился он. И вдруг,
Раздаётся тихий стук.
«Кто стучится?» – волк рычит,
Затем по бабски говорит:
«Ты ли внучка навестила,
Неужто мама отпустила?»

«Меня ты баба испугала», -
Войдя в дверь, внучка сказала, -
Сильно голос огрубел,
Насморк что ли налетел?
Налетел и поборол…»
Сама же пироги на стол
 Но дорогой дальней шла.

Собака верная попалась,
Так как тропка потерялась…
Говорят – что в топь свернула,
Да меня беда минула.
Плюс черепашку провожала,
Время с часик потеряла».
Волк перебил и говорит:
«У меня рука болит,

Дотронься до неё рукой,
И боль умчится на покой!»
«Руки, руки то большие
И волосатые такие!» -
Громко внучка говорит,
Говорит, почти кричит!
Очень так удивлена!
Видно бабушка больна?

«Большие руки обнимать,
Тебя внученька ласкать, -
Волк прехитрый говорит
И улыбается – бандит!
«Ой, у тебя большие ноги,
Переступать, чтобы пороги?» -
Вопрос внучка задаёт,
Бабули ног не узнаёт!




«Я бегаю на старость лет»,-
Говорит наш волк в ответ, -
В деревне мода на бега,
Призов планка высока.
В старшей группе  пробегаю,
И тем здоровье охраняю.
Зовут сей бег – трусцою,
Дальше говори ж со мною!»

«Ой,  - тут внучка удивилась, -
Ухо тоже удлинилось.
И одно, да и второе…
Бабуля, это что такое?» -
Вопрос внучка задает.
А волк  такую, чушь несёт:
«Когда уши вырастают,
Старушки лучше слушать начинают!

В деревне мода есть вторая –
Жить, больше уши удлиняя!
Меня маманя за уши таскала,
И этим также ухо удлиняла».
«У тебя в улыбке губы,
Но за ними супер зубы… -
Внучка волку говорит,
И ему прямо в пасть глядит.

Их кариес не посещает? -
Волк тут Шапочку хватает.
И кричит: «Я  ем зубами,
Внучек разных рву клыками.
По лесу нечего ходить,
В нем с волками  говорить!
Секреты бабок выдавать,
Чуть что лезть бабушке в кровать!

Пути отхода отрезая
И жизнь свою, тем сокращая.
Зачем вопросы задавать?»
А затем девчонку  хвать.
И подумал, зачастил
В день – вторую проглотил.
Затем корзинку он глотает,
Головой притом качает,

Давненько, мол, так не едал,
С год как так не пировал.
На сорок дней вперед наел
Два глотка - а ведь вспотел!
Тут у волка боль в груди
Волк услышал вопль: «Пусти!
Зачем меня ты заглотил?
Ты же волк, не крокодил!

У меня есть длинный нож
Легко он в сердце волка вхож!»
Сейчас твое сердце навещу,
Твоё нахальство не спущу!»
Волк при этом рассмеялся,
Даже пошутить старался:
«Не ходят деточки с ножами,
Ходят только с пирогами,
Дети ходят, цветы рвут.
Плюс ягодки и тем живут!

У них такие устремленья,
Так пролетают их мгновенья!»
Тут ему Шапочка сказала:
«Я ещё грибы срезала,
Срезала остреньким ножом,
Его почувствуешь потом!
Я до пяти, о волк, считать умею,
Давай сыграем в лотерею:

До пяти я сосчитаю
И тебя волк протыкаю,
В десяти притом местах,
И твоей волчьей жизни крах!
А десять это пять и пять
Можешь на себя пенять!
Кровью по каплям изойдёшь,
Ой, пройдоха, пропадёшь!»

Волк кричит: «Да нет ножа»
Но кричит уже  дрожа! -
«Раз, четыре я считаю,
Я уже почти кончаю» -
Так девчонки говорит.
И от страха волк – мычит:
«Два и три ты пропустила
Цифры не договорила…»

«Да не точно я считаю,
Порою цифры забываю! -
И при этом как кольнёт!»
Закричал волк: Ой, больно, жжёт!»
Из брюха внучка говорит:
«После четыре - что бандит?»
Волк рассудок тут теряет,
Брюхо внучку исторгает…

Она на пол покатилась,
Но быстро встала. Выпрямилась
И вмиг прыгнула в окно -
Словно каскадер в кино!
На всю деревню заорала,
Своим криком всех проняла:
«Волк в деревне! Защищайтесь!
Или вмиг бегом спасайтесь!

Есть мужчины? Все в ружьё
Это правда, не враньё!
Волк не прост! Какой пострел.
Мою бабку уже съел».
Тут охотники сбежались,
И конечно отстрелялись!
Пять пуль в волка прилетели
И застряли в  его теле.

За минуту он издох -
И какой был переполох!
Напоследок волк спросил:
«Зря из брюха отпустил?
Ну, скажи, где нож скрывала?
Был он, или «на понт» взяла?
«Слово понт ещё не знаю,
Но про смысл соображаю» -

Ему Шапка говорит,
А затем как бы молчит…
«Просьбу мою выполняй,
Был нож, нет ли докладай!
Ведь считай что умираю,
Ножа истину узнаю?» -
Шапка видя, жизнь то тает,
Быстро волку отвечает:

«Одурачила волчару,
Изнутри задала жару.
Ещё б минуту продержалась,
А потом бы точно б сдалась.
Внутри тебя с трудом дышалось,
Я за соломинку хваталась.
Считай, соломинка спасла,
Тебя же шпилька допекла!

Одураченным умрёшь
Ну, кончайся, чего ждёшь?
Один раз тебя кольнула,
Из рук шпилька упорхнула.
Думала, пришел конец
Да ты волк не удалец,
Испугался, дикий трус,
На ум давил животный груз.

Жалко бабку подставляла,
Ничего не понимала.
Но очень быстро отомстила,
Часа или двух хватило.
Стала быстро обучаться,
Когда почти что начала кончаться.
Уходи же потрошитель,
Ты на земли уже не житель.

Слишком многих проглотил,
Других лишь жрал и этим жил.
Не можешь ты удар держать,
Не можешь хитрость разобрать,
Провела тебя девчонка.
Твоя закончилась всех пожирающая гонка!»
Услышав это волк издох.
Сказав, в конце: "Уж лучше б я оглох,
 Чем услышать,  кто меня переиграл".
И навсегда здесь «волчара» замолчал…


Золушка

Золушка жила-была
В очень давние, далёкие века…
В те века авто не знали,
В каретах, да в повозках разъезжали.
Процветало чародейство,
В семьях случалось и злодейство.
Мачехи творили суд
Эксплуатировав детский труд.

Жили, были в те века и короли.
Дела царские вели.
Государевы дела,
Касались города, села.
Сыновья у королей тех вырастали,
Их королевичами, царевичами звали.
Королевич – это в будущем король.
Царевичей искали все любовь.

На смотрины дочек привозили.
И эти дочки красотой своей манили.
Ведь стоит породниться с королём,
И всё будет нипочём.
Можно над законом встать,
На всё можно – начихать.
Королей, по крайней мере, в сказках не свергали
Им, что есть силы, потакали.

Всё позволить мог себе король.
Лишь у него заглавнейшая роль.
Остальные – это фон.
Король любому мог крикнуть грозно – вон!
Роль большая отводилась королеве.
Порою в праведнейшем гневе.
От неё вдруг доставалось королю.
Но чаще всё же неслись слова – люблю!

Король, коль начинал грозиться
Можно было даже головы лишиться!
Много сказок про времена те написали,
Про что люди только сказки не слагали.

Одну сказку Шарль Перро нам рассказал,
В детстве я её узнал.
В лад стихотворный повзраслевши уложил,
Узнал бы Шарль, наверное, побил.
А может быть, одобрил.  Как узнать?
Но поэтически хочу вот что сказать…

В те времена жену муж пережил,
Примерно с годик потужил…
У него дочка подрастала,
По дому дел было немало.
Решил по новой он жениться,
Ведь довелось опять влюбиться.

Но не подарок была женщина вторая.
Как говориться – «шабутная».
Норов очень крут, сердит.
Такую, встретив,  испугается бандит.
Плюс две дочурки у неё,
То есть  родное,  то есть своё.
А дочь мужа – наносное,
Видать приданное случилось взять такое.

Дочь мужа  – как прислужница,
Не плохо. Жаль что умница.
Плохо, что красивая,
Была бы вот плешивая.
Лицом бы кривоватая,
А лучше уж горбатая!
Дочек сравнивают люди.
Лицо, фигуру, глазки, груди.

Троих, коль в церковь поведешь,
Своих детей с ума сведёшь.
В них все пальцем тычут,
Прозвищами кличут.
В семье сложилось положенье.
Двум старшим сестрам продвиженье.
Им наряды и меха,
Каждый месяц - новая доха!

Не знали их куда девать,
Больше двух нельзя ведь надевать!
Короче  - были две гламурные дивчины,
Прикиды – шик,  а посему не образины.
Плюс дочка мужа - как прислуга,
Как служанка. Даже не подруга…
Всегда в делах в заботе.
По уши в работе.

Почисть котлы, хватай метлу.
Сготовь обед, подай к столу.
Под самой крышею спала,
С утра уже полы мела.
С соломенной подстилки как вставала.
Так до вечера пахала и пахала.
А две девицы нежились в постели
Просыпались еле-еле.

На пол паркетный не хотелось им вставать.
Давай в своём носу копать.
Вставали, к зеркалу ходили.
И свою косу хвалили.
Велели Золушке помочь себя одеть.
А перечить им, не сметь.
Мигом матушка примчится,
И ор такой может случиться!

Отец не смел за дочку заступиться.
С женой во всём пришлось смириться.
Его характер только к худшему менялся,
То ли боялся, то ли растерялся!
А дочь его работала, вертелась,
К камину часто подходила, грелась.
На ящике с золой сидела,
И пару раз не углядела,

Да измазалась в золе.
Две отметки на челе.
Про отметины сестры как узнали,
Сестру сводную враз Золушкой прозвали.
Думали, подхватит свет.
Слепо верили. Ан нет.
Ведь как кого не наряжай,
Как кого не называй,

Люди видят, либо чуют,
Мозгой своею помозгуют,
Но Золушкой не стали называть
Почему? Как тут народ понять?
Просто так. Не прижилось.
Злословью места не нашлось.
Порою как не называй,
В шмотки как не наряжай,
Но стервоза, в бархате стервоза.
И в глазах людей  - заноза.
Идут сестрицы разодетые, в шелка.
Поднята голова до потолка.

Гордо голову несут
Казалось бы, ну всё учтут.
Но коль с ними Золушка в поношенных вещах
Ей только восхищаются все. Ах!!!
Сестры три так вырастали.
Две из них по вечерам уже гуляли.
Сват и сватья в доме были,
Да несолоно хлебавши, уходили.

У мачехи в умах царевич был.
На руках весь свет его носил.
Нрав его не портился притом,
Но и жениться не думал ни на ком.
Царь с царицею молчали,
Казалось, вида не подали.
Но вдруг внука захотели,
План в голове такой при этом заимели.

Давай устроим пир горой,
Не постоим в нём за ценой.
Всех красоток в гости призовём.
Всех отметим, всех учтем.
Не будем сына меркантильно мы женить,
Выгоды для царства находить.
Пусть сам  жену себе найдет.
А невестка, внука принесёт!

Стать и нрав, конечно, мы узрим,
Промашку сын даст, но мы то устоим.
Ошибки все из прошлого учтём.
Мысли родичей короче об одном.
Глашатаи по весям, сёлам разъезжались,
Из всей мочи постарались.
Довели царёв указ.
Чтоб девицы в сей же час,

А вернее в день такой то и такой.
К царю съезжались, но не на постой.
Великий был назначен бал.
Чтоб царевич на кого - то да запал.
Чтоб его чувства просыпались.
Ну, естественно, все девушки попались!
До бала свадеб в королевстве не играли.
Нет, их никак не запрещали,

Но когда такой есть приз,
Кто захочет глядеть вниз?
Кто захочет связать свой век с портным?
Короче, свадьбы все растаяли как дым…
Свой шанс никто не захотел взять - отпустить,
И разве можно кого ни будь винить?
У портных был самый «сенокос»,
Они пошли, считай вразнос!

Заказов было –  море.
Чуть опоздаешь – горе!
И костюмы отшивали,
Те, кто ножниц в жизни не держали!
На дурака пошитые вещицы…
То ли перчатки, а то ли рукавицы…
В цене материалы подскочили,
За день другой их все пораскупили!

Далее любой завоз,
Уходил прямо с колёс.
Чего только в царство не возили,
Какие только накрутки не крутили.
На пульсе жизни руку все держали,
Бизнес делали, деньгами прирастали.
В общем, был продажный бум,
С размахом делали, но чаще наобум.

Журналы мод нельзя было достать.
А что, мам можно ведь понять.
Дочкам многим шили эксклюзив,
Однотипные журналы все скупив.
Для сестер Золушки мамаша расщедрилась
На моду Франции купилась.
Конечно, это ей в копеечку влетело,
Но она взялась за ДЕЛО!

Шанс! Таких ведь  много не бывает.
И мамаша не зевает.
И на румяна не скупится.
Что ни так, вовсю сердится!
Танцоров лучших нанимает
Могли, чтоб дочки танцевать
Танцоров дочки донимают -
Ноги им начали топтать!

Взор на Золушку спустился,
Когда учитель отдыхал.
Здесь учитель извинился
От боли в ступнях пропадал!
Сказал, танцую с замарашкой,
А вам смотреть со стороны…
Глядите, за её промашкой,
Промашки издали видны.

Золушка раз оступилась,
Такты не могла понять,
Но при этом извинилась,
Смогла все быстро разобрать.
Она украткою смотрела,
Убираясь в стороне,
Знала, как положить тело,
С партнером как быть наравне.

Танцевала до упада,
Сестрицы, глядя на неё
В танцах тоже нашли усладу,
Повторяя ё моё!
Учителя же говорили,
Им до Золушки  - расти!
Только Золушку ценили,
Две сестры же не в чести!

Кто-то не лету хватает,
Так судили меж собой.
А кто-то в такт не попадает,
И за сбоем идёт сбой.
Слона конечно можно танцам научить,
Главное, конечно тренировка,
Но посмотришь, и хочется грустить,
До чего же грузна упаковка.

А не дай бог упадет,
Не дай бог оступится,
И всё в танце переврёт,
А если разъярится?
Мамаша танцы принимала,
Вальс, па де де и минует,
Про Золушку не разобрала
И не ругалась на весь свет!

Падчерицу шибко  припахала,
И её отца – нахала.
Этим ведь не платишь.
По денежкам не плачешь.
Кричала громко – нету мелочей.
Кого - то прогнала взашей.
Пытались втюрить ерунду,
А она в ответ – к суду!

Всем доказала – с мамашей не балуй,
Иначе вещи в тюрьму быстренько пакуй!
А если точно все были неугодны.
У Золушки и ночи стали не свободны.
Часа по три всего спала.
Но кротко вновь себя вела.
А сестрицы – хорошели,
То есть полнели и полнели.

С них пылинки слуги ведь сдували.
А диет в те времена не знали.
Про воспитание спартанцев все давно забыли,
Да и на фитнес сестры не ходили.
Хоть и соврал, про фитнес  то же люди не знавали,
Про пользу бега, кстати, тоже не слыхали…
Сестер кормили, считай, что на убой,
А люди говорили ой, ой, ой.

Что за коровушки идут.
И пузо доброе несут?
Слухи до мамашки доходили,
Она считала, зря детей её судили.
Ну, ничего она ночами повторяла,
Когда в перину своё тело погружала:
«Мне б с королем бы породниться,
Всем придется стократно извиниться!

На коленях приползете,
Посмотрю, как запоёте!»
А Золушка всё гладила, старалась,
А мачеха всё больше издевалась.
Там прибери, а там пришей,
На сон время не имей!
Юбки нужно подкрахмалить,
В грязь на балу чтоб не ударить.

Мать драгоценностей купила,
Жемчугами дочек одарила.
И бриллианты в три и семь карата,
Как никак она была богата.
И за ценою не стояла.
Она по крупному играла  и играла.
Кричала, верю, мы с царями породнимся
День будет наш, мы отличимся.

Золушку мы дома оставляем,
А на балу, мы балом заправляем.
Золушка прически поправляет
Вот кружева покрасивее пришивает.
Лица шероховатости пудрит.
А мамаша всё нудит.
Туже затяни корсет,
Чтоб дочек можно было видеть на просвет!

Им бедолагам нельзя было вздохнуть,
Когда запровожали в ближний путь.
А Золушка сестренок провожала,
И сомнений не питала
Праздник жизни был где-то вдалеке,
Она ж стояла на отшибе, налегке.
По щекам катились слёзки
Пока не скрылись кареты и повозки.

Чтобы сестры развлекались,
Принца охмурить старались.
Золушке заданий надавали
Но убывшие, многого не знали.
На огонёчек крестная пришла
И речь такую завела:
«Хочешь, нет попасть на бал?
Чтоб принц к ногам твоим упал?

Чтобы суженную стать
И кого хочешь покарать.
Пожелаешь, сведёшь счеты,
И доведёшь сестер до рвоты».
Сказала Золушку: «Нет сводить счеты  не хочу,
И про месть я промолчу.
А вот на бале б побывала…
Но он не место для скандала.

В таком платье не пустят на порог,
Этикет ведь балов строг.
Сто журналов прочитала,
Мачеха их оптом поскупала.
Чтобы другие не скупили.
И чтоб не протокольно в чём-то поступили».
Сказала крестная: «Я фея или нет?
Есть у меня на всё ответ.

Для начала тыкву прикати,
Да мышеловку  три нужно принести.
Я немножко поколдую,
Помигну, огонь раздую.
Колдовские фразы брошу,
Тебя немного огорошу.
Фразы не запоминай,
В суть процесса не вникай.

Для ворожбы ты не годна,
К путям другим прикреплена.
Колдовству тебя не научу,
Про обряды просто промолчу
Ты увидишь результат
И в жизни всё пойдёт на лад.
Ты житейно закалилась,
Ни на кого не обозлилась.

Голову корона не закружит,
Голова с мозгами дружит.
Род царский сможешь продолжать,
Бразды правленья разделять.
В финансах напряжение в стране,
Плюс две страны толкают нас к войне.
Был вещий сон, в войне не устоим,
И невесть, что сотворим.

Ты в политике, быстрее разберись.
Найти выход, не ленись.
На лету ты ж все хватаешь,
Раз прочитавши – текст не забываешь!
Пятьсот слов я наобум тебе сказала,
Ты назавтра, в трех местах лишь переврала!
С тобой за месяц иностранный изучили,
В библиотеку дважды мы сходили,

Ты свободно тексты понимала,
Да ты стихи на «англицком» слагала!
Ты, слава богу, башковита,
Трудом, работой – не прибита,
У тебя все спорится,
Везде выход находится,
Трудоголик по натуре,
И наклонности к культуре.

По ночам читаешь,
Хоть и недосыпаешь!
Ну, это будет план второй,
А пока, - в углу постой!
Три минуты нужно ждать
Саму себя не сможешь ты узнать…»
Фея палочку волшебную достала
То, что делала, она конечно знала.

Тыква вдвое развалилась,
И через миг в карету превратилась.
Велела Золушке мышей вдруг выпускать,
Но по одной, не больше не зевать!
Мышь, другую… палочкой  задела
Насколько ж фея была смела!
Из мыша конь вдруг серый вырастал
Стоял, приказов феи ждал.

И вот карета с лошадьми стояла,
А Золушка сомнения питала:
«Не умею я водить,
Фея, кучера нам нужно находить!»
Сказала фея: «Где там крысаловка.
Одну из крыс покинула сноровка…
Вернее, её сородичи подставили,
Да на убой направили.

Заговор был сотворен,
И всех разивший, почти что умертвлён!
Давай шанс ему дадим,
На крысе чудо сотворим.
Крыса будет кучерить,
Кстати, крысы могут выход находить,
Где другие забоятся -
Крысы только разъярятся!

Мало ли что может быть?
Кучер должен иметь прыть».
«Вот кучер есть, а где лакеи? -
Сама себе вдруг фея говорит, -
На них должны быть и ливреи
Должны иметь холёный вид».
Заглянула в свою книжку,
В ней пролистала пять страниц

Сказала: «Так – нашла я фишку,
Как сумму сделать из частиц…»

Тут про ящериц сказала,
Велела Золушке их собрать
Путь к колодцу показала.
Там ящерки должны сейчас спать.
Вновь фея палочкой взмахнула,
Случилось чудо из чудес
И секунде не минуло
Менять создания стали вес.

Вокруг оси завертелись,
Свет шестерых вдруг озарил.
От света что - ли вдруг согрелись
И новый образ их пленил.
Шесть лакеев в ряд стояли
И имели чудный вид!
За графов их в толпе б приняли
Каждый гордо так глядит!

«Шестерых беру я в службу -
Фея  громко говорит, -
Предлагаю дальше дружбу,
Ведь время службы пролетит.
А потом вновь превращенье.
Я вам советую бежать –
На север, это моё мненье,
С километр и там ждать.

Из земли родник пробьется
С очень сильною водой.
Кто будет первым там, зачтется,
Не пройдет счастье стороной».
В карету Золушка вступает
И вдруг в страхе говорит:
«Хорошо всё не бывает.
Платье ведь во швах трещит.

Впору мне когда-то было,
Не затертое почти,
Помню, думала, как мило,
Теперь же крестная – прости.
Из него повырастала,
Гаммы цвет не разберёшь,
В нём быть вне дома не пристало,
Эх, всё на свете не учтёшь!»

«А ты к тому же паникерша, -
Ухмыльнулась фея тут, -
Что ж прощай твоя галёрка,
Пусть силы светлые ведут.
Не должны мы жать педали,
Шаг за шагом, но вперёд!
Как - никак, а годы ждали.
Сегодня точно повезёт!»

И вновь палочкой взмахнула,
Вихрь какой-то поднялся!
Золушку как бы согнуло 
Пошел дождь, чуть - чуть кося…
Дождь на платье падал, лил
Кружева свои слагал
Кое - где позолотил
Кое-где в парче  предстал!

«Это сделать невозможно -
Громко фея говорит, -
Руки сделают сапожно
Мозг, невесть что учудит.
Ни с чем природа не сравнится,
Ты воплощаешь естество,
Вот только чудо не сможет сохраниться,
У чуда прихоть есть, а также баловство!

Оно, увы, не постоянно,
По дождю проходит град,
Непонятно мне и странно
Но наряд твой будет рад…
Вновь на небе нет ни тучки,
Солнце лезет на заход
Но... вытворяет небо штучки
В жару, - град платье достает!

Град белый - белый – бриллианты,
Затем зеленый  -  изумруд,
На платье камушков гирлянды 
Причем никто не тратил труд.
Вновь сложилось, как сложилось
Повелось, как повелось,
Приключенье приключилось,
Чудо, сказки дождалось.

В карету Золушка вступает,
И вновь в страхе говорит:
«Хорошо всё не бывает.
На ногах – ужасный вид.
Моя обувь проносилась
Меня выдаст с головой…»
Фея тут же извинилась
Закричала: «Боже мой!

Что наделала старуха?
Как могла не уследить.
Не хватило видно духа,
В один присест все сотворить.
Теперь другие заклинанья,
И результат уже другой
За что такое наказанье?
Ротозейство что ли виной?»

Пасы делала руками,
А обувке хоть бы хны.
Стояли башмаки с носами,
От грязи чуточку черны.
Сказала: «Мелочи кусают,
А как все складывалось – класс!
Надежды и сейчас не тают,
Часы только подводят нас!»

С себя вдруг туфельку снимает
Подходит с босою ногой,
На Золушку свой туфель надевает,
А он ей большенький такой!
Но фея говорит: «Примерка
Я считаю, удалась.
Тайны приоткрыта дверка
Я победила, не сдалась.

На, надевай на обе ноги»
И сказала пару фраз
Что-то подняла с дороги,
Чуть закрыла левый глаз.
Туфли быстренько ужались
И налились хрусталём
Башмачками – супер стали,
Всё с такими нипочем.

«Со спецподгонкой эти туфли, -
Вот как фея говорит, -
Для других станут ходули,
Ногу в сторону скривит.
Не наденут, хоть ты тресни,
Туфли важная деталь.
Не прокричишь им – ну ка исчезни,
Им не подвластна праха даль.

Ни карет и ни лакеев,
Всё уйдет  и не найдёшь!
Туфлями заговор посеев,
Ты в персоны попадёшь».
Кучер на козлы залазит,
Одежда золотом блестит.
Куда ехать уже знает,
Зорко в стороны глядит.

Будто вечно занимался,
Тем, что правил лошадьми.
Вот вперед чуть – чуть подался
Время около семи.
Голос феи: « Стоп ребята
Я хочу ещё сказать.
Вы на две ночи жеребята
Затем свобода – и бежать.

Ввосьмером и врассыпную
Не попадаться, чур, а капкан,
Дальше вас я не страхую,
Знайте, в мире есть обман.
С мышеловкой вы знакомы,
Ошибок, чур, не повторять
Знайте, выше чем хоромы,
Тем в них опасней залезать.

Кучер, ты свой нрав крысиный
Постарайся поменять,
А иначе, путь не длинный,
Попробуй мысль мою понять.
К собратьям был ты беспощаден
Выделялся злобой к ним,
Будешь ты убитым найден.
Судьбой не будешь ты храним.

Тебе, родная, повторяю
Фея на Золушку глядит,
Лишь до ночи охраняю,
Ну, а ночь меня не чтит.
В ней другие силы правят,
Ночь на то она и ночь,
Силы тьмы себя проявят,
И все будет так, точь в точь.

Знай в ночь первую карета,
Превращается в орех,
Её песенка не спета,
Не нужен плач, не нужен смех.
Тот орех к тебе примчится,
Обогнув преграды все,
И в ночь другую отличиться
Оказавшись на земле.

Орех  в карету превратиться,
И по новой всё начав,
Ко дворцу  карета мчится,
Все преграды обогнав.
Второе платье ждет в карете,
Второй головной убор,
Опять всё лучшее на свете
Но превратится оно в сор!

Карета в тыкву превратиться
В ночь вторую так и знай,
Тыква в обочину скатиться,
Её пропажу не скрывай.
Платье Золушки растает
С него все золото сойдёт.
Ночь наряд в себя впитает
Обносок время настаёт.

В чем была, в том воротишься,
Тот же штопаный рукав…
То есть не озолотишься,
Золушкою той же став».
Здесь кучер словно бы очнулся,
Хлыст ударил круп коня,
С целью хлыст не разминулся,
А ведь кожа не броня.

Второй, третий раз стегает,
Все видят это перебор
Кучер лишь не замечает,
У других в глазах укор.
Галопом лошади помчали
Было им куда спешить,
Исход двух суточный поняли,
А на свободе классно жить.

Минуты быстро пролетели
Путь до дворца был недалек
Лошади и не вспотели.
Ногами быстро скок-поскок.
Неизвестная принцесса,
Слух пронесся как стрела
Дар потеряла поэтесса.
Двух слов связать и не смогла.

Три красотки в кому впали,
У них растаяли мечты.
Теперь заметят их едва ли
Ждет набор из пустоты.
Дирижер так загляделся
Про свой оркестр и позабыл,
А затем куда-то делся.
От чуда к стулу он пристыл.

Такой моды не видали
И в журналах не читали
Оказались все в хвосте.
Их наряды – сплошь не те!
Ну а Золушки сестрицы
Прокричали вот те раз
Где скрывались мастерицы,
Что пошили сей заказ?

Головной убор на диво,
Горный на ногах хрусталь.
Сам король глядит учтиво.
А царевича, прямо жаль.

Не может глазом оторваться.
К полу просто пригвоздён.
Ему нужно постараться
Сказать хоть слово, но сражён!
Королева,  эко диво
Растолкав аж сто гостей,
Причем очень не учтиво
Узнать жаждет новостей!

Ей сразу стало всё понятно,
Сына знала лучше всех,
И тут же прокричала внятно,
Я хочу услышать смех!
Что оркестр не оркеструет?
Сын мой хочет танцевать!
Он прекрасно потанцует,
Есть кому, чего сказать!

Дирижер в себя пришедший
Быстро вспомнил про свой долг!
Платком вытер лоб вспотевший
За час оркестр ни раз не смолк!
Никак не мог принц оторваться,
Всё хотелось  плясать!
Ему хотелось прикасаться
И от счастья зарыдать!

А учитель танцевальный
Вверху стоя повторял
Ход движенья – идеальный
Обоих будто обучал.
Но про царевича уверен,
Какой ног точный перебор
Но шаг принцессы так же верен,
Я обучал, готов на спор!

Есть неверное движенье,
Но оно и главный шик!
Приближается волненья,
Коль не я… пойдут стык в стык!
Нет, смотри, всё получилось,
Ход заученный давно…
От страха ведь в глазах троилось,
В глазах как будто бы… бревно!

Но… никогда её не видел…
И при этом обучал…
Мой разум, будто кто обидел…
И ум работать отказал…
Тут королева хлоп в ладоши
И оркестр тот час умолк.
Две сестры - такие клуши
Кричат, а в криках знают толк:

«Почему вновь не играют?
Желаем дальше танцевать!
Постоянно прерывают
А ну-ка  музыка – играть!»
Тут мамаша их прервала,
Велела дочкам замолчать
Она, конечно, всё поняла
Принцессу не переиграть!

Принц так втюрился в принцессу,
Что не поможет ход конём.
Уже нашло на поэтессу
И она с рифмою… вдвоём.
Подаются угощенья,
Угощеньям нет числа!
Но не ест принц от волненья
Ведь его любовь нашла.


Она где-то прохлаждалась,
Ждала часа вдалеке.
Она в принца не внедрялась.
Принц вне любви жил. Налегке.
А теперь любовь свалилась
Как тут выдержать удар?
Мертвой хваткою вцепилась,
Любовь, в самом деле. Не пиар!

Вдруг к сестрам Золушка подходит
И любезно говорит.
Зал с них взоры не отводит,
В молчании король сидит.
Пришла к сестрам с  апельсином
И лимоны им даёт,
Вроде бы души не чает
Мать, про себя: «Какой почёт!»

Учитель танцев – сцену видя
В уме слагает два и два,
В подкосе ноги. Вот он сидя,
Грызет от страха… рукава.
Вспомнил слово замарашка,
И бегом, бегом, бежать
Вроде как дана отмашка
Затаиться! Переждать!

Затем стремглав ушла принцесса
Растворилася в толпе,
Как будто не имела веса,
И закоулками к себе.
В двенадцать платье растворилось,
И догнал её орех,
Ничто больше не случилось,
А во дворце… исчез вдруг смех!

Сам король погряз в печали
Королевич сам не свой!
Страна (вся притом!) в опале,
Несется громкий крик – постой!
Королева вдруг решает,
Бал на завтра продлевать.
Она теперь не оплошает
Уход не сможет прозевать!

А сегодня все кончают…
Король устал и хочет спать!
Гости, почти что убегают!
Все стараются молчать.
Ну а Золушка пред этим
Прямо к крестной и пошла
И так к слову мы заметим
Себя премило повела.

Так её благодарила
Что из глаз текла слеза!
А крестная улыбкой одарила,
«Сказали мне, что ты была гроза!
Всем красавицам грозила
Нос уперла многим им
Красотою их затмила
У многих слез от горя грим!»

«Знаю я все повториться
Объявлен завтра – пир горой!
Тебе нужно торопиться
Завтра на бал, сейчас домой!»
Пришла… и сестры приезжают,
Возбуждены, чего скрывать
В улыбках просто расцветают
Их начинают… замечать!

«Расскажите, что случилось?» -
Золушка им говорит.
А сердечко так забилось…
А старшая просто кричит:
«Увы, наверно зря старались
Принц - красавец не про нас,
В ловушку женщины попались.
И длинный дальше шёл рассказ.

Сказала Золушка: «Я тоже
Хочу глядеть на красоту!»
Ну а сестры громко: «Боже,
Гребешь ты в сторону не ту!
Замарашек не пускают,
А наши платья нам нужнее!
Попытки нищих проникнуть пресекают
Гонят взашей, сказать точнее».

Шло продолжение банкета,
Они в каретах так частили
На повторение сюжета.
И вновь приехала принцесса
Ещё прекраснее была,
Аккредитованная пресса
Статьи строчила как могла.

Перебрали все портреты,
Дипкорпус глазки просмотрел,
Кто - то взял и принес монеты,
Сличал лики. Но успеха не имел!
Посол английский постарался,
И протиснулся к принцессе,
Изъясниться к ней старался,
Он то был при интересе.

Ему нужно доложить
В стране грянут перемены,
А принцесса стала говорить
По английски, на «англицкие темы!»
«Оксфордский говор» -  думает посол, -
Но ведь там принцессы не учились!
На этом месте в ступор мозг вошёл,
Его мысли просто стопорились!

А Золушка затанцевалась,
Считала, что ещё есть час.
Видно недостраховалась,
Или ночи сдвинулся окрас?
Ночь в свои  права вступила
И двенадцать уж стучит.
Золушку ночь невзлюбила,
И считала – победит!

Итак, двенадцать пробивает,
Золушка бежит, бежит,
Прыжок в кусты. Кусты скрывают
И только туфелька лежит!
Принц от горя, враз чернеет
Кричит стража: «Где она?»
От страха стража вся немеет,
Она сомнением полна.

Вмиг периметр оцепили,
Только нищенка прошла.
Только крысу подстрелили,
Карета как пропасть смогла?

Растворилася карета
Соглядаи говорят,
Или было мало света,
Или мозги всех шалят.
«Может где подземный ход?» -
Кто-то вопрошает…
«А может, лазит  гора-крот?
И ходы копает?»

Назавтра, шмон по всей стране
Царем вдруг назначается!
И будет ножка та в цене
Коль в туфель помещается.
Перекрыли все границы,
Чтоб никто не смог сбежать.
Встали первые зарницы
Всем стали туфель примерять.

Сперва принцессам примеряли.
Правда, вот – увы, увы…
Герцогиням мерки сняли,
Но результат – не вы, не вы…
Шесть тысяч номеров гостиниц
Проходили по пять раз.
Но то не  влазил вдруг мизинец,
То сантиметр про запас.

Туфля как будто изменялась
Или её кто изменял.
Она кривлялась, издевалась,
Но почему, никто не знал!
Принц велел с простолюдинок
До единой мерки снять!
Они сбрасывали ботинок,
Чтоб ноженьку в хрусталь совать.

Вот в дом мачехи явились,
Вот сестры две подошли,
Но как они не кипятились
Залезть в туфель не могли!
А силы ночи постарались,
У них был расчётик свой
Силы ночи то не сдались
Позабыли про покой.

Они все подрасчитали,
Стражи к дому подкатили,
Когда их никак не ждали,
Вначале даже не впустили.
А Золушка ушла из дому,
Примерить туфель не могла
Она гребла в поле солому
И чего - то в поле стерегла.

Через неделю всех проверив,
Ходоки пришли к царю.
Дамам ножки все измерив,
А царь кричит:  «Всех запорю!
Дармоеды, держиморды…»
Так и этак, всех склонял
Шли похоронные аккорды.
Каждый горе увидал…

А учитель танцев проезжая
Через дальние поля
На погоду не взирая
Напевал вслух тра-ля-ля.
Ему привидилась принцесса,
Она тенью правда шла
И чуть выходя из леса
В девчонку видную вошла.

Она на миг преобразилась,
Пошла в сиянии корон!
Учителя увидев – оступилась,
А учитель подумал: "Это сон!"
Затем сделала движенье,
Которое учитель знал.
И вновь напало озаренье
Теперь учитель не сбежал!

Дважды два вновь сопоставил
Решил счастье попытать!
И всевышнего восславил
Пошёл царевичу - виденье рассказать.
Рассказал про обученье,
Рассказал про трёх сестер,
Две сестры сказал – мученье.
Танцевальнейший укор!

Зато младшая танцует
Точно также как принцесса!
А посему он рапортует:
«С глаз упала занавеса.
Головой ручаться может,
Готов короне послужить,
Его сомнение не гложет
Просит верность оценить!»

А принца все уже достало,
Любовь взяла свои права,
Любовь так сильно напитала,
Что шла кругом голова.
Быстро он в дом к сестрам входит
И порога говорит:
«Любовь здесь ли моя бродит?
Любовь моя здесь не следит?»

Две сестры кричат: «Мы здесь,
Мы просто, очень рады.
Нам двоим такая честь.
Выше нет награды!»
Кричат две: «Золушка приди
И накрой в гостиной!»
А у принца сбой в груди,
Он ждет приход любимой!

Но и крестная ждала,
Вот крестное знамение
Дитя царицей расцвела,
Произведя затмение.
Вновь прежние наряды,
И туфелька одна
Но и ей так рады,
Бежит любви волна!

Сестры вмиг дурнеют,
Пред ними красота!
Держать удар ведь не умеют,
Куда девалась доброта?
Она в Золушке засела
Золушка сестер прощает.
Она взглядом их согрела,
Теплотой своей смущает.

Принц возвращается домой,
Король всем угрожает…
Он король, конечно злой,
Но многого не знает.
А сын хоть завтра под венец
Терпеть не собирается.
Здесь и сказочке конец
Сказка прерывается…

Наш царевич счастлив был,
А годы всё летели…
За сорок лет он  любовно не остыл,
А вы бы так хотели?



Продолжение следует

Про я
Почти молитва      
Я отчаялся               
Займёмся же утопией               
Любовь как сумма, взаимных обязательств      
Мужчина и женщина тайна создателя               
 Как хорошо, что вы мной заболели               
 Говорят, что всё погаснет               
 Меня силы покидают               
Я в любви к тебе купаюсь               
Ах, как её я ненавижу!               
Любовь коснулася крылом               
Кошмарики, кошмары               
Женские плечи               
«Чтоб на вас напали деньги»               
Не прекращается наша не встреча 
---------
               
Не могу твой мир переварить,               
Я живу с ощущением счастья               
Меня перемалывает грех вожделения.               
О любви со знаком «+»               
О любви со знаком « – »               
Про знойную пустыню               
Нервная встряска, ее  увидал.               
  Довольствуюсь   малым               
Что-то в нас вдруг коротнуло               
Дворовая быль               
Нас двое, ищем пару               
О половом вопросе               
Лакомый кусочек ныне упустил               
Ей хотелося в Ла Скала               
Обида рассосалась    
-----               
Любовь хотел я побороть               
Ах, боже, как всё сложно               
Энергетика пленила               
Как хорошо, что я тебя любила               
Зачем ты взглядом раздеваешь?               
Любовное свидание               
У меня внутри разрядка               
Муж закостеневший долг не выполняет            
На три буквы муж послал               
Мы делим одиночество               
До тебя что, не дошло               
Я  бываю языкаста               
Я свой мир замкнула               
Встреча с темном переулке               
На свиданку собираюсь   
----               
О птичке перелетной               
Я пишу тебе письмо               
Вокруг любви тасуется               
Двадцати процентный спирт               
А за счастье я не бьюсь               
Ты мой свет из темноты               
У меня чувственный разбой               
А за счастье я не бьюсь               
Мы не состоялись…               
Тебя увидел и забыл               
В тебе главное,  что  недотрога

 О  прерванном контакте               
 О разыгравшихся чувствах               
О разлуке.               
Мы опять не встретились       
----               
Ты вымотала душу               
Время нас не развело               
О покое               
Насколько ж  ты фальшива               
Спящую красавицу ныне разбудил               
Судьбе благодарен               
Я узнал, она ничья               
Расстояние чуть-чуть               
Об остановке времени               
Ты живёшь своей судьбой               
Любовь глуха, любовь плоха               
Сложились обстоятельства               
Об ушедшей любви               
Пошли меня подальше               
Торжество молчания 
----
               
Потихоньку время тает               
Любовь как загнанная птица               
Память стерла очертанья               
        Право первой ночи               
О чувствах               
        Я просто не помню               
Сердце разрывается               
Ты уезжаешь звучит как приговор         
Любовь до убогости хочешь спустить   
Одной позой ты владеешь               
Меня фортуна киданула               
Я хотел топорно повториться               
А в жизни бывает и так               
        Дух противоречья               
Как будто в мясорубке побывал               
----
Что-то  в нашей жизни сложилось не так
Я прошу, займи мне теплоты               
Любовь ведёт по жизни               
Про неудовлетворённых               
Презумпция виновности               
Сказали – глянь ка, трансвестит               
Мои губы опять не туда угодили               


Поэтическое переложение сказок Ш. Перро.
            1. «Cпящая красавица» (части 1, 2, 3) стр. 1-192
            2. «Красная Шапочка» стр. 192-205
            3. «Золушка» стр. 205-227
            4. «Мальчик с пальчик» стр. 228-273
            5. «Кот  в Сапогах»  стр. 273-300
            6. «Ослиная кожа» стр. 300-326