Баба Лиза

 Мои отец, дед и прадед жили в деревне Свистуха под Москвой, теперь это практически пригород - дачная зона. К началу Войны в нашем роду было двенадцать мужчин призывного возраста. Все они пошли на фронт. Вернулось - трое. Отец  в 1936 году был призван в армию, в войска береговой обороны, служили в них  тогда пять лет.  Демобилизовался  он весной сорок первого, а в июне началась война. Его сразу же и призвали.  Воевал он в войсках  связи Второго Украинского фронта, участвовал в обороне Сталинграда, довоевал  до Победы, а  демобилизовался уже в 1948 году -  восстанавливал Страну после разрухи.  Говорить о войне он не любил, но кое-что  иногда вспоминал.
Но сейчас я хочу рассказать о его матери -  моей бабушке, Елизавете Ивановне Кузнецовой, в девичестве Погодиной. 
Поздней осенью сорок первого деревню заняли немецкие войска. Незадолго до этого в ходе боёв  погиб Николай - бабушкин средний сын. Она осталась с  третьим  сыном - тринадцатилетним Павликом. Две её взрослые  дочери к тому времени жили в Москве.  Бои были тяжёлые, наши отступили, оставив технику и раненых. Бабушка перетащила восьмерых  в пустую хату на краю деревни и стала за ними ухаживать. Приносила еду, перевязывала. Задержали её как раз, когда она несла раненым еду. Как она рассказывала, офицер вывел её за деревню, поставил к стене амбара, достал пистолет, и… не стал стрелять. Подержал её под прицелом, что-то сказал, отобрал и выбросил еду и ушёл. К раненым она в этот день не пошла. Но пошла на следующий и ходила к ним практически ежедневно. Больше её не трогали,  но расстреляли сына – Павлика. Бабушка похоронила его у себя во дворе. Видимо, он и до сих пор там.
Я недавно побывал в этой деревне, но где стоял, а может и до сих пор стоит, бабушкин дом никто мне сказать не смог. Она рассказывала, что после войны в районном центре, Каменке,  Павлику и ещё нескольким ребятам поставили памятник, как пионерам-героям. Я и там был, но такого памятника не нашёл. Стоит памятник со списком погибших в Войну жителей окрестных деревень. Моих обоих дядьёв в списке нет, но почему-то есть мой отец, который дожил до распада СССР.  Какую страну развалили!- сокрушался  он по этому поводу. 
Оккупация деревни длилась недолго - недели две, наши пошли в наступление и немцев выбили. Когда немцы уходили, бабушка как раз находилась у раненых. Она рассказывала, что в хату ворвался огромный рыжий солдат и достал гранату, но бросить не успел – за ним забежали два других немецких солдата, схватили его, вытащили в сени и долго били. Я этот рассказ помню с детства. Бабушка говорила, что везде есть хорошие люди.
Когда немцев отогнали, командование занявшей деревню войсковой части представило бабушку к Ордену Красной Звезды. Заметку о ней напечатали в центральной газете, потом даже в какой-то книжке о ней было.  Получать награду её вызвали в Кремль, вручал член ЦК КПСС, Николай Шверник. Но вручил он почему-то не орден, а медаль «За боевые заслуги». Потом её ещё наградили медалью «За оборону Москвы» и медалью «За материнство» первой степени.
Вот так моя бабушка спасла восемь солдат Красной Армии. Только ни один из них  после войны не приехал и не написал. То ли  все они погибли, то ли вспоминать не хотели.