Перед родами

(глава из повести М. Точиной "Когда журавли улетали")

Вот уже лето прошло, как Михаил на фронте, а писем нет и нет. Маруся решила вытравить дитя. Но Пелагея её долго удерживала и отговаривала от этого шага, ведь срок беременности уже поздний - небезопасно, да и грешно.            
В России в тысяча девятьсот тридцать четвертом году был установлен Закон, запрещающий женщинам делать аборт. За это строго наказывали, но Маруся никого и ничего не хотела слушать и ещё с вечера приготовилась идти в дальнюю деревню к известной бабке Авдотке, которая помогла бы избавиться от ребёнка.
Вдруг среди ночи она разбудила мать и возбуждённо заговорила:
- Ой, мама, какой я сон видела! Стою, значит, около глубокой ямы, а в яме- брошенные младенцы- прямо месиво. Душу воротит, вопль стоит, жуть! И слышу, будто сама Матерь Божия обращается ко мне, грешнице:               
" Ты, раба, такой же участи хочешь детям? Видишь, как эти младенцы страдают за грех своих матерей? Запомни, Мария, если Мой Сын даёт кому дитя, то поможет и вырастить его. Подумай, чем ты оправдается на Страшном Суде?".         
И тут Царица Небесная исчезла, а я проснулась.               
Маруся взглянула на божницу, глаза наполнились влагой, вдруг заголосила, истово крестясь:
- Прости меня, Гос- по- ди- и! Прости, Царица Небесная!- потом твёрдо сказала:
- Мама, я никуда не пойду, развязывай узелок! Положусь на волю Божью.
И хорошо, что передумала, так как вскоре после этого начались роды, и ранним сентябрьским утром у Гориной прибавилась двойня: девочка и мальчик. А могла бы случиться беда, если бы не вразумление Свыше.