В Венеции 2
заходить с тобой в пёстрые лавочки, гулкие церкви,
говорить с гондольеро на ломаном итальянском,
любоваться живою водой, её звуком ясным —
раз уж всё, отражаясь, в ней близкое, голубое,
как в глазах твоих — это и можно назвать любовью,
или, если угодно, как принято здесь — amore.
Омывается сердце Адриатическим морем,
львы трепещут крыльями, ангел уснул на шпиле,
жизнь в каналах течёт, чтобы мы её не торопили,
чтобы плыли по ней на гондоле, едва качаясь…
колокольный воздух Сан-Марко звучит, как счастье.
Разве счастье — Венеция? Нет, оно свет и воздух.
Мне такое же было с тобой и в алтайских звёздах,
и в московской хрущёвке — опять же, вдвоём с тобою.
Да, конечно, это можно назвать любовью.
Свидетельство о публикации №126012606865