Привет, милый Дом!

Скрипит потертое крыльцо,
В саду знакомая прохлада.
Смотрю в родимое «лицо» —
Мне большего сейчас не надо.

Привет, мой старый, милый Дом!
Устал по свету я скитаться.
Согрей меня своим теплом,
Позволь мне здесь навек остаться.

Бежал я в край чужих земель,
Туда, где шум и свет витрины.
Меня манила карусель,
Манили дальние вершины.

Казалось, счастье — за рекой,
За той неведомой чертою.
Мы потеряли свой покой,
В погоне за чужой мечтою.

А нынче я стою в пыли,
Склонившись к своему порогу.
И слёзы тихо потекли,
Смывая боль и безнадёгу.

Я слышу наш счастливый смех,
Как веселились здесь ребята.
Мы были беззаботней всех
В лучах весеннего заката.

Здесь бабушки лучистый взор,
Родной до боли палисад.
Душевный, тихий разговор,
И наш вишневый старый сад.

Здесь пахнет хлебом и теплом,
В печи дрова трещат, сгорая.
Всё это было чудным сном,
Кусочком маленького рая.

Тут первая моя любовь,
И ночи без минуты сна.
Здесь закипала в жилах кровь,
И вечно длилась тут весна.

Теперь же сердце — как гранит,
Оно от жизни огрубело.
В броне из шрамов и обид
Оно давно окаменело.

Но здесь, у стареньких ворот,
Душа снимает злую маску.
Спадает с плеч тяжелый гнет,
И жизнь напоминает сказку.

Касаюсь я дрожащих стен,
Вдыхаю запах из прихожей.
И память сладко манит в плен,
С тоской, на счастье так похожей.

Ушел я парнем молодым
С огнем в глазах и верой в чудо.
Вернулся — сизым и седым,
Познав, как в мире было худо.

Сажусь на лавочку в саду,
Под клён, склонившийся устало.
Я здесь покой душе найду —
Его так в жизни не хватало.

А там сидит пацан — юнец,
Глаза горят мечтой о далях.
Он, как и я, простой беглец
В своих неведомых печалях.

Он хочет убежать скорей,
Махнув на старый дом рукою.
Подальше от родных дверей,
Туда, где жизнь кипит рекою.

Окликнул я его в тени:
«Куда спешишь, скажи, сынок?
Ты счастье здесь свое цени,
Чтоб не был в мире одинок.

Цени покой, пока ты здесь,
Пока родные стены греют.
Не верь в манящий блеск чудес —
Там души быстро леденеют.