Божественная Комедия РАЙ Данте Песнь 1 Вариант 1

Движенье всё рождается в Одном,
И слава Божья мир весь наполняет.
Она горит таинственным огнём,
То ярко бьёт, то тихо угасает.
Я видел небо, полный блеск и свет,
Но, вниз сойдя, не нахожу я речи.
Для смертных уст достойных звуков нет,
Чтоб описать миг лучезарной встречи.
Ум тонет там, где бездна глубока,
И память рвётся, не вмещая чуда.
Но то, что сберегла моя строка,
Я в гимне воспевать отныне буду.
Владыка муз, благой отец искусств!
Наполни грудь дыханием победным.
Чтоб не был стих мой холоден и пуст,
Венчаясь лавром, искренним и бедным.
Вдохни тот жар, что Марсия сразил,
Когда ты снял с него живую кожу.
Прошу лишь каплю я небесных сил,
Чтоб на тебя я стал чуть-чуть похожим.
Позволь явить хоть отблеск, хоть намёк
Того, что дух узрел в чертоге златном.
Чтоб каждый смертный в сердце уберёг
Свет истины в пути своём обратном.
И вот приду под сень твоих ветвей,
Где лавр зелёный вечно шелестит.
Ты, Аполлон, владыка светлых дней,
Меня короной славной наградишь.
Так редко рвут священные листы,
Чтоб Цезаря венчать или певца.
Забыты в мире гордые мечты,
Лишь суета тревожит нам сердца.
Но радость вспыхнет в сердце у тебя,
Коль кто-то вновь прославит этот дар.
Из искры малой, пламенем губя,
Родится вдруг бушующий пожар.
Быть может, кто-то лучший вслед за мной
Взойдёт на пик, где Цирра ждёт ответ.
И мир наполнит песней неземной,
Несет в сердца священный, чистый свет.
Светило дня восходит в вышине,
Четыре круга скрещены с тремя.
Печатью красоты на всей земле
Ложится луч, сияя и маня.
Уж вечер здесь, а там рассвет настал,
И Беатриче смотрит в небеса.
Орёл бы так на солнце не взирал,
Как смотрят эти дивные глаза.
И я за ней, как странник в отчий дом,
На солнце глянул, страх преодолев.
Там, в мире том, неведомом, ином,
Душа поёт, оковы сбросив с плеч.
Мгновенье вспыхнуло, как яростный пожар,
Вокруг всё золотом расплавленным кипело,
Как будто в небесах зажёгся новый шар,
И солнце новое над миром заалело.
Творец всесильный день удвоил в этот час,
Сияньем залил горизонт необозримый,
И Беатриче, не смыкая ясных глаз,
Смотрела в высь, где ход планет неумолимый.
Я в ней искал спасение и путь,
Забыв земное, бренное, пустое,
Как Главк морской, сумевший вглубь нырнуть,
Обретший в водах естество иное.
Слова бессильны описать тот взлёт,
Где человек становится сверхсущим,
Пример лишь тот душою обретет,
Кто к небесам стремится, к райским кущам.
В телесной форме или в духе я летел?
Лишь Ты, Любовь, что правишь мирозданьем,
Владеешь тайной, где лежит предел
Между землёй и вечным созиданьем.
Я слышал музыку вращающихся сфер,
Гармонию, настроенную Богом,
И видел свет без края и без мер,
Разлитый озером над звёздным, млечным логом.
Ни дождь, ни реки, ни морской прибой
Не создадут подобного простора,
Где вечность говорит сама с собой,
В величии небесного узора.
Великий свет и звуков новизна
Зажгли во мне желание узнать,
Какая сила здесь заключена,
Что заставляет небеса звучать.
И Та, чей взор пронзает душу мне,
Узрев смятенье духа моего,
Решила истину открыть в огне,
Не утаив от сердца ничего.
Она рекла: «Твой взор туманит ложь,
Ты сам себя обманом ослепил.
Не на земле ты бренной той, но вхож
В чертог, где вечный свет заговорил.
Как молния, что падает с высот,
Ты мчишься вверх, к истокам бытия.
Твой дух свершает праведный полёт,
В обитель, где царит гармония».
Утихло первое сомненье вдруг,
От слов её, что сказаны с теплом.
Но новый страх сковал мой робкий дух,
И я спросил, объятый странным сном:
«Я понял суть, но как же я пройду
Сквозь лёгких тел незримый хоровод?
Как призрак зыбкий, я иду в бреду,
Сквозь сферы, где сияет небосвод».
Она вздохнула, глядя на меня,
Как мать на сына в час его стыда,
И мудрость вечную в себе храня,
Ответила, как чистая звезда.
Вонзила взор она в меня глубокий,
Как мать, что видит чадо в забытьи.
И голос прозвучал, как гром далёкий,
Открыв законы скрытые свои.
Всю тварь земную строй соединяет,
Порядок дивный держит небосвод.
Он лик Творца собой уподобляет,
Ведя вперёд созданий вечный род.
В том ритме скрыта истина святая,
Тот идеал, к которому душа летит.
От края мира и до неба края
Единый дух в материи царит.
У каждого свой путь и назначенье,
Хоть все равны пред замыслом Отца.
Кому-то ближе вечное свеченье,
Кому-то ждать далёкого конца.
Поток несёт к различным нас причалам
В великом море, где бушует рок.
Но связь жива с божественным началом,
Чтоб каждый путь свой отыскать бы мог.
Всю тварь земную строй соединяет,
Порядок дивный держит небосвод.
Он лик Творца собой уподобляет,
Ведя вперёд созданий вечный род.
Огонь взлетает, к небесам стремится,
Земля в комок сжимается в тиши.
И кровь в груди, как пойманная птица,
Стучит по воле огненной души.
Тот лук могучий мечет стрелы метко
Не только в тех, кто разумом лишён.
Мы все — лишь листья на гигантской ветке,
Где каждый в общий замысел включён.
Великий зодчий, мир создав из тьмы,
Дал небесам приют для света вечный,
Чтоб разум наш и чувства, и умы
Свершали путь, великий и беспечный.
Нас мчит судьба, как меткая стрела,
Сорвавшись вдаль невидимой рукою,
Туда, где цель божественно светла,
Где сердце обретает мир с покоем.
Но часто мысль, отлитая в металл,
Теряет блеск в материи суровой,
И тот, кто к высям горним восставал,
Вдруг падает, скорбя под крышей новой.
Имея волю выбрать путь иной,
Душа порой нисходит в бездну праха,
Как молния над грешною землей,
Свергаясь вниз без трепета и страха.
Но ты дивись не взлёту своему,
А силе вод, с горы бегущих в море.
Преграды нет ни сердцу, ни уму,
Коль ты отринул суетное горе.
Была бы странность, если б ты затих,
Освободясь от тяжести земной,
Как пламя, что в порывах золотых
Вдруг стало бы холодною золой.
Взгляни наверх, где вечный ждёт покой