Прошли мы Ад

Прошли мы ад. Не все об этом скажут.
Молчанье — шрам, что глубже, чем свинец.
Клещеевка, Авдеевка... Картины лягут
На дно души, где бьётся сто сердец.
И много нас. Не каждый и расскажет,
Как стыла кровь под грохот канонад.
Как смерть в глаза смотрела, руки вяжет,
И как теряли мы своих ребят.
Тех дней былых воспоминанья тают,
Как дым над полем после страшных гроз.
Лишь лица тех, кто больше не мечтают,
Стоят в глазах, не высыхая слёз.
Делили хлеб последний и глоток воды,
И каждый вдох казался как трофей.
Я полз изранен, но живой, сквозь все невзгоды,
Под небом, ставшим от огня черней.
И пусть молчим. Слова здесь слишком мелки.
Мы просто выжили. И в этом — наша суть.
Клещеевка, Авдеевка, Бахмут... Осколки
Того пути, что нам не повернуть.
Тех дней былых воспоминанья тают,
Но пепел их стучит в моей груди.
Они во снах приходят, обнимают —
Те, кто остался вечно позади.
Я помню смерть. Я помню крик и пламя.
Делили хлеб последний и глоток воды.
Я полз изранен, но живой, под знамя
Своей несломленной, отчаянной судьбы.