Пьяный век

 “Die Sterne stehen nackt da oben in der K;lte. Wie leicht man friert, wenn man allein ist! Auch wenn es heiss ist. Zu zweien nie.”
- Erich Maria Remarque, “Arc de Triomphe”
 
 Неспокойное завтра гнетёт,
По душе расползается холод.
Предрассветная краска поёт.
В дыме дней просыпается город.
Его хаос вокруг и внутри.
Ты бредёшь, но не знаешь дорогу…
Ты бежишь ритмом мыслей своих,
С ритмом жизни взбесившейся в ногу.

  Звезды падают, пьяный век тает,
  Утекает в ночи без сна.
  И в ночах, в вечном беге сгорает,
    А над ним молчит  пустота.

  И кружатся игривые листья
  На ладонях у мёртвой войны.
  Исчезают знакомые лица…
  И мерцает фонарик луны.

Никуда не зовет грубый след.
Кто-то любит, звонит или пишет…
Не тебе. Но ни время, ни бред
Не заставят чувства стать тише…
Ты глядишь сквозь чужое окно,
Ищешь путь на расколотом небе.
Улететь бы вдаль, прочь от всего,
Звоном слов в серокрылой метели…

  Звезды падают, пьяный век тает,
  Утекает в ночи без сна.
  И в ночах, в вечном беге сгорает,
  А над ним молчит  пустота.

  И кружатся игривые листья
  На ладонях у мёртвой войны.
  Исчезают знакомые лица…
  И мерцает фонарик луны.

Где-то там мы стоим на мосту,
Пока вертится, бесится глобус.
Не молчи - голос скрасит тоску.
Поднимается ветер в дорогу,
Город смотрит на жизнь свысока,
Люди ищут, теряются в прозе,
И в стихах не находят себя.
Что ж, пусть грянут свинцовые грозы!

  Звезды падают, пьяный век тает.
  Утекает в ночи без сна.
  А ответ, как всегда, ускользает
  И неясно: надежда жива?

 Наши звезды горят и сверкают.
 Освещая ночи без сна.
 Они верят, надеются, знают,
 Что однажды вернётся весна!..
 И кружатся игривые листья
 На ладонях у мёртвой войны.
 В изголовье - туманные смыслы,
 И мерцает фонарик луны…