Samoironiia

ПОЭМА В ПРОЗЕ

I. ЗИМА

Зима рисует пасторали так, будто весны никогда не существовало. Снег идёт вторые сутки — плотно, упрямо, без пауз. Не проехать, не пройти. Ветер злой, как человек, которому не дали договорить. Я иду и думаю: странно, как погода умеет быть точным переводом внутреннего состояния.

Я улыбаюсь самой себе — это моя профессиональная привычка. Самоирония у Violetti включается автоматически, когда становится слишком тихо внутри.

II. ОЖИДАНИЕ

Все вокруг ждут весну. Капель — как звонкий аргумент. Пуночек — как доказательство, что мир не сошёл с ума. Ручьёв — чтобы поверить в движение. Бабочек — чтобы вспомнить, что красота не обязана объясняться.

А я жду не сезон.

Мне нужен взгляд. Не долгий — честный. Мне нужна встреча. Хоть утром, хоть вечером. Одно мгновение, в котором тело вспомнит, как дрожать не от холода. Я думаю об этом и смеюсь: вот она я — взрослая, рассудительная Виолетта, мечтающая, как девочка, и при этом прекрасно осознающая всю нелепость своего положения.

III. ПЕРСОНАЖИ

Во мне живёт несколько человек. Скептик Rossa говорит, что ожидание — форма самообмана. Старая Девочка молчит, но смотрит так, будто знает: без ожидания я перестану быть собой. Есть ещё Наблюдатель — он фиксирует каждое движение сердца и не даёт мне спрятаться в красивых формулировках.

И есть Violetta.

Она не персонаж. Она — центр тяжести.

IV. Violetta

Я думаю: а хочешь ли ты встречи? И тут же смеюсь над собой — вопрос, который не задают вслух, потому что он сразу становится опасным. Я представляю: я тебя вижу — и таю. Ты, возможно, краснеешь, смущаешься, говоришь что-то не то. Может быть, произносишь чужое имя. Может быть, защищаешься шуткой.

А может — и это самый дерзкий вариант — позволяешь себе быть настоящим.

V. ЛЮБОВЬ

Любовь не приходит как спасение. Она приходит как усилитель. С ней всё становится громче: радость — резче, страх — честнее, страсть — почти невыносимой. Мне хочется прикоснуться — не чтобы обладать, а чтобы убедиться: ты реален. Мне хочется страсти — не грубой, а той, что похожа на поединок, где оба сдаются одновременно.

Я смеюсь над собой: Voioletta, ну конечно, ты опять всё чувствуешь слишком. Но в этом и есть моя единственная роскошь.

VI. СТРАСТЬ

Страсть — это желание напасть нежными руками. Завоевать, сдаваясь. Вознестись, касаясь губ, и губами же отдаваясь. Это власть без насилия, это кнут и пряник, растворённые в одном дыхании. Бабочки взлетают не в животе — в сознании. Мир на мгновение становится раем, просто потому что ты в нём есть.

VII. САМОИРОНИЯ

Я понимаю: возможно, ничего не случится. Возможно, всё это — мой внутренний роман, аккуратно разложенный по абзацам. Я умею с этим жить. Я умею смеяться первой. Это мой способ не требовать.

Но я также умею любить — и не считать это ошибкой.

VIII. МОРАЛЬ

Светлая философия проста до неприличия: не каждая встреча обязана состояться, чтобы быть важной. Иногда человек приходит в твою жизнь не для того, чтобы остаться, а чтобы напомнить — ты жива.

Зима может не знать весны. Снег может идти бесконечно. Но если внутри есть ожидание взгляда — значит, движение уже началось.

Я — Violetta. Я мечтаю. И я не считаю это слабостью.