Смотрю из Юности, оттуда, где пух роняли тополя

На то, о чём мечтала юность,
Так непохожа жизнь моя,
Как будто я не в те края
Забрёл - неправедность и скудность,
И грязь, и мелочность кругом,
И друг здесь может стать врагом,
И благородство здесь не нужно.

И лишь затем здесь нужен свет,
Чтоб в темноте держать другого,
И для обмана нужно слово,
Лишь перед силой пиетет.

И мир здесь - средство для войны,
И страх здесь заменяет совесть,
И чем грязней, тем лучше повесть,
Здоровых нет - здесь все больны.

Мне предлагается поверить,
Что жизнь такая только есть,
Что справедливость - это месть,
Что в каждом надо видеть зверя,

А та сияющая явь,
Та, о которой мне мечталось,
Лишь детской сказкой оказалась,
И что реальна только грязь.

И в ней крупицы удовольствий,
И конкурентная борьба
За них от ночи до утра,
А остальное всё - юродство.

Но для меня - всё это смерть,
А то "юродство" больше жизни,
Причиннее оно и ближе
К тому во мне, что вечно есть.

И потому Ему я верю,
А не тому, куда хотят
Внимания направить взгляд
Ничтожность, глупость и безверье.

Не на помойку я смотрю,
Смотрю на то, что не грязнится,
Помойка скоро растворится -
Ведь это я её творю.

Смотрю из Юности, оттуда,
Где пух роняли тополя,
Где вечная была весна,
И покрывалась им земля...
Где сердце ожидало чуда!


Фото Инны Б.