Моя музыкальная азбука, С-Я

С

***
Савичевой Юлии
голос молодой
в ясные ли, хмурые
дни всегда со мной.  (В плеере)

***
Песни Саруханова
повторяю заново,
воскрешая в памяти
всё, что позади:
нерв бодрят ритмичные
звуки энергичные,
и, как прежде, трогают
душу «Старики»...

***
Алёна Свиридова – верь не верь –
ноты превращает в пастель, в акварель, своей кистью волшебной творит чудеса: розовый фламинго летит в небеса!

***
Яркая блёстка – Катя Семёнова!
Катя и мудрость – слова-синонимы.

***
«А музыка венчальная
такая беспечальная!...» –
Как сладко и отчаянно
пел Александр Серов!
И с этих слов нечаянно
любовь необычайная
взлетела в небо чайкою!
Пронзительно, остро...

***
Всё:
улыбка,
звонкий голос,
молодой задорный вид –
на недельку,
в Комарово,
в прошлый век меня манит.
Шлёт привет из жизни прежней
вечно юный Игорь Скляр.
Его встреча с этой песней –
знак судьбы,
счастливый дар!

                                   
Т

***
Микаэл Таривердиев –
это целый мир,
бесконечен он и дивен –
вдохновенья пир...

***
Что для меня
Тимати?
– Пока что –
примитивити.

***
Сколько доброго, чистого, светлого
и чего-то такого родного
подарила нам женщина светлая –
Валя, Валечка Толкунова.

***
Как хочется услышать Трубача,
его мотив, как будто вдаль летящий,
Но репродукторы, увы, молчат.
Ну, где же, где же голос настоящий?!


У

***
Вкус незнакомого мне прошлого,
в котором не было меня,
изведала через Утёсова,
попав в другие времена,
где по булыжнику цок-цокали
Маруськи по Москве былой
и где у моря черноокого
цвёл садом город дорогой,
где что-то там такое двигалось,
толкая воду колесом…
И с сердцем прошлое так сблизилось,
что стало явью, а не сном.


Ф

***
Мой музыкальный бог – Максим Фадеев.
Он во главе бригады чародеев!


Х

***
Когда я туфли скидываю узкие,
я слышу голос Сенчиной и Хиля.
Их «Дайте музыку, скорее музыку!»
звучит так классно, как в живом эфире!


Ц

***
«Виктор Цой – жив!»
Эту фразу
вряд ли вы
не видели ни разу
на каком-нибудь заборе,
на какой-нибудь стене.
Нет такого города в нашей стране,
где бы не было написано:
«Виктор Цой – жив!»
И хоть время вдаль стремительно
несётся, бежит,
эта фраза неизменно
на какой-нибудь стене
вдруг всплывёт перед глазами
и напомнит мне
про брезентовое поле
и огурцы
алюминиевые –
сроду
их не видели мы.
Но какая-то свобода
нас объяла тогда –
с упоеньем песни Цоя
пели все города.
Из гортани мощно рвался
к переменам призыв.
Времена не изменились –
Виктор Цой – жив!


Ч

***
Хоть классики я здесь и не касалась,
но вот настало время буквы «Че». 
Достойнее, чем ОН не оказалось.
«Чайф», Чумаков, Чичерина – не те...
Мой сказ – о величайшем и могучем,
кто был, и есть, и будет мой кумир.
Нет наслажденья выше, ярче, лучше,
чем быть в плену «Онегина», «Щелкунчика»,
чем погружаться в созданный ИМ мир!
                                        

Ш

***
Не какая-то там неказистая –
чего стоит улыбка лучистая!
Вся такая живая, искристая –
наша горлица голосистая!
Её пение – звучное, яркое,
в нём душа её щедрая, жаркая,
от него наслаждение чистое.
О какой, догадались, артистке я?

***
Захлестнул рока бурей,
солнца брызгами,
рыком!
Есть такой –
Шевчук Юрий
с неподдельным ликом.

Щ

***
Не помню этой песни я названья –
Давно была гражданская война.
Но в нашем детстве, в нашем воспитаньи
всегда сопровождала нас она.

На утренниках мы её певали –
на Красный День 7-е Ноября.
Её забуду я теперь едва ли,
Со мной она навек срослась не зря.

Мелодия, спокойная, как выдох,
протяжное в припеве слово «Э-э-э»…
Ну, кто теперь такое может выдать?
И где теперь её услышишь, где?

Так о какой же песне говорю я?
Скажу одно: в ней ключевое – Щорс.
По сей день впечатляет и волнует
тот, на шинели, в красных каплях ворс…

Так ощутимо всё и так знакомо!
И детство было, словно бы вчера...
Поём мы часто эту песню дома.
Как сладко сын мой спал с ней до утра!


Э

***
Помню, был когда-то «Форум»,
а потом «Электроклуб».
Голос Вити Салтыкова
был когда-то мил и люб.

***
Этери мне запала в душу –
хочу смотреть её и слушать!

                                 
Ю

***
Не буду лгать:
о ней я много слышала,
но голоса услышать не случилось.
Но, думаю, совсем не будет лишнее,
чтоб и о ней
хоть что-нибудь сложилось.

Хотя постойте,
я, конечно, слышала:
по радио кто ж «Сашу» не слыхал?
Судьба певицы яркой нитью вышита.
Но в середине –
чернота, провал...

«Мадам аншлаг! Цыганка белоликая!» –
рукоплескал в безумстве «Колизей».
О, юная, прекрасная, великая!
Звезда далёких незабвенных дней.

Богатый тембр, глубокий голос, грация,
любовь, и страсть, и смелость – что взамен?
Взамен – восторг, овации, овации!..
...Оборвались двадцатого двадцатые.
И впереди – забвенье, тени плен.

Двадцатый век, трагичный, переменчивый,
отмечен небывалым взлётом ввысь,
терновником и лаврами увенчанный,
играл людьми – бросал то вверх, то вниз.

Пишда пора – забвение рассеялось.
Россия вновь сменила паруса.
И вновь звучат свободно и уверенно
забытые когда-то голоса.

И вновь на сцене та, уже не юная.
И вновь аплодисменты и цветы.
Как дуновенье ветра, имя – Юрьева –
достигло своей новой высоты.
                                  
Романса королева несравненная,
легенда века, Богом избрана,
как ровно веком жизнь её отмерена.
И как надолго память нам дана!

Не ускользнуть никак от чисел магии –
один, девятка, два нуля, дефис, 
две тысячи…
На камне, на бумаге ли
увидишь –
и поди ж не удивись!

Быть может, это знак совсем нечаянный.
Но круг
всегда гармонии был друг.
Всё яркое и всё необычайное
не просто так рождается,
не вдруг…


я

"""
Появится ль когда какая Яна,
а может, Яша, может быть, Яга?
Но коль их нет пока, не без изъяна
для вас спою чего-нибудь и Я. )))

2013–2015