Тиран

                ТИРАН
 Стражники не успели запереть город. Было еще раннее утро. Но дорога уже была полна повозок. Множество торговцев пятились вокруг них, стражники ругались, они проверяли повозки, собирали налоги…
  Никто так и не услышал тук копыт. А потом уже было поздно… Всадники, миную повозки, выскочили ц самих ворот. В утреннем солнце заблистали обнаженные сабли. И вот зарубленные стражники падали вокруг ворот. Всадники ворвались в  город. Люди пытались запирать окна, но в них посыпались зажигательные стрелы.
 И вот они вышли к воротам крепости. Всадники соскочили с коней. Люди глядели на них через окна… Да это же были не всадники, а всадницы! Прекрасные девы в медных шлемах, в шкурах волков… Такие красивые… Особенно предводительница. Рыжие кудри ниспадали с шлема, шкура медведя зацеплена серебряной ниткой, ремень с украшениями, да серебряная цепочка… Сбоку кривая сабля, колчан с луком и стрелами…
 Стражники замка тут же приготовились. Увидев, что это же девчонки, они решили, что тут же сними справятся. И это их сгубило. Открыв ворота, они накинулись на дев, махая топорами и копьями. Предводительница отдала команду. Девы схватились за луки, прицелились… Скоро все стражники упали, изреченные стрелами. Девам даже не понадобилось их рубить. Перепрыгнув через трупы, они ворвались в крепость.
- Золото и украшения они чаще прячут в подземельях…
 Девы мчались по узким лестницам, пятились вокруг каменных стен. Наконец они вышли на свет… Предводительница выхватила саблю, но в сумерках наткнулась на охранника…Тот удивился не меньше, чем она. Перед ними была тяжелая дверь… И вдруг предводительница закричала:
- Да ты открывай дверь, если же хочешь остаться в живых!
 Она взмахнула саблей у горла стражника.
 И вот дверь открылось… Стражник убежал, дева уже не обращала на него внимания. Но золота же не было… Но сидел юноша с небрежными светлыми кудрями… Он вскочил, вставился в деву. Дева также вставилась в его. Их глаза сверкали. И вдруг она очнулась, увидела, что руки юноши же связаны. Молниеносно взмахнула саблей. Но вдруг увидела, что юноша же с трудом шевелит руками. Всунула саблю в ножны, стала их тереть… Вдруг юноша вытащил руки, обнял деву… Та совсем не пятились, тоже обняла юношу… Их губы соединились. Остальные девы торчали вокруг, не молвив ни слова.
 Вдруг раздался шум. Девы отскочили, повернулись к дверям. Юноша следовал за девой. Все выскочили в двор. А там… Их было всего трое. Но шлемы закрывали лица, лошадиные хвосты колыхались… Груди закрывали богато раскрашенные доспехи. Они ступали довольно медленно, девы успели выхватить луки… Предводительница выстрелила первой. Но стрелы лишь отскакивали от бронированных грудей. Девы начали пятится назад. Лишь предводительница выхватила саблю, накинулась… Она хотела отрубить голову гоплиту. Но гоплит кинул голову, сабля отскочила от тяжелого шлема, посыпались искры… Но гоплит решил взять предводительницу живьем. Он схватил ее за горло, повалил на колени…
 И вдруг юноша кинулся вперед. Он схватился за копье, которое валялось на земле. Гоплит отпустил деву, повернулся у юноше… И тогда юноша ударил копьем. Девы вокруг задрожали. Копье попало прямо в прорезь шлема. Гоплит лишь вздрогнул, и тут же повалился мертвым. Дева разжала мертвые руки врага. Вскочила. Юноша схватил меч и щит гоплита… Ведь остались двое. Юноша отразил копье щитом, взмахнул мечом… Перерубив копье, он полоснул мечом гоплиту между шлемом и доспехом. Кровь брызнула страшно, тот тоже повалился Остался третий. И тогда уж дева решила показать, на что она способна. Увернулась от меча гоплита, полоснула его саблей по ляжкам. Но тот удержался на ногах. Юноша полоснул его по горлу сзади.
 Девы выкинулись через ворота, нашли коней… Юноша следовал за ними. У базара предводительница нашла лошадь и для него. Юноша едва залез. Деве уже было не до хохота. Она скакала рядом, придерживала лошадку…
 Дева лишь улыбалась, смотря, как жадно же юноша жрет тушенку. Но хлеб же ему нравился больше… Не брезговал же и ягодами, и орехами. Но потом… Когда дева положила на стол амфору с вином, он налил сначала воду из глиняной посудины, лишь потом немножко вина. Предводительница этим была удивлена. Она ведь знала, что в городах вина же навалом… Но стала расспрашивать юношу:
- Ты наверное знатный человек, в твоих жилах течет кровь царей?
- Да совсем нет, милостивая государыня. Мой дед даже был рабом. У него был участок земли за городом. И когда был неурожай, у него было нечего жрать. И он ушел в город, и продал сам себя. Сколько же он всего натерпелся… Но в конце концов и его отпустили на свободу. У хозяина было нечем его кормить. Он ушел в порт, все ждал кораблей… Он помолился Посейдону, и стал удить рыбу. Поймав немного, пек у моря. Почуяв запах, пришла девушка. Она работала портовой шлюхой, но когда был голод, ей никто не платил. Дед накормил ее.. Они сошлись… А потом в гавань пришли судна с зерном. И они поженились. Она же не могла даже счесть, со сколькими мужчинами переспала… Но она помолилась богине Афродите, и у них родился сын. Это был мой отец.
- И чем же занимался твой отец? Продавал мужчинам свою задницу?
- Да совсем нет. Он научился на кузнеца, его изделья разошлись по многим городам, он накопил денег, женился на девушке…
- И твоя мама спала со всеми мужчинами подряд, как твоя бабушка?
- Да совсем нет. У нее же дома был ткацкий станок, она ткала хитоны, носила на базар…
- И что же она с этим делала?
- Она покупала на базаре разные яства, просо и ячмень… Она нам всего приготавливала. Особенно на праздники Посейдона и Афродиты…
- А чем же занимался ты сам? Разгружал амфоры в порту?
- Да нет. Отец решил, что я должен стать государственным мужем. Нанимал мне учителей… Как же я плакал, когда должен был сидеть и зубрить, пока остальные дети шастались по переулкам. А потом я начал злится. Кидать в учителей камни. Отец хватал и порол меня… Но когда даже порка не помогала…Ну, тогда он приводил дедушку. И дедушка начинал рассказывать, как же он жил, когда был рабом. И вдруг я успокаивался. А потом это все стало совсем не нужно… Учеба стала мне нравится… Особенно деревянный меч и щит.
- А как ты оказался в  темнице?
- У нас давно нет царя. И вот толстосумы решили, что я угрожаю свободе… Меня наказали остракизмом… Приказали сесть в корабль, и покинуть город… И даже местный правитель не оставил меня в покое… Он велел меня запереть в тюрьму… А тебе понравилось бы из предводительницы превратится в рабыню?
 В глазах девушки заблестели слезы. Она положила руки юноше на плечи. И стала рассказывать.
- Я никогда не видела своего отца. Говорили, он был храбрым воином, телохранителем какого-то государя… Но моя мать оставила его, едва стала беременной. Старая женщина меня убаюкивала, пела песни, рассказывала сказки… Потом мне всунули деревянный меч… И посадили на коня… А потом я деревянный меч поменяла на настоящий. И стала скакать в походы. Когда на охоте тур растерзал мою мать, я стала предводительницей места ее.
- У нас в гавань не приходили корабли, не хватало хлеба. Все влезли в долги… Группировки начали драться палками на выборах…
 Глаза девушки засверкали. Она закричала:
- Если вы не умеете ни хлеба вырастить, ни мяса настрелять, вы же тунеядцы, и ваша демократия противна богам!..
 Но юноша возразил:
- У нас же нет почвы- сплошь камни, даже овощей не вырастишь, но в горах- скопления руд, рядом море, которое бороздят наши корабли… Да ты же покажи свою саблю!
 Вдруг девушка покраснела. Но выхватила из ножен свою саблю, и протянула юноше. Тот взял, внимательно осмотрел, пальцами испробовал лезвие…
- Да это же полная дрянь. Ржавое железо, тут же затупится, а если станешь точить, вообще превратится в железко…
- А ты смог бы мне выковать меч получше?
- Конечно…
 И вдруг девушка обняла его, их губы соединились в страстном поцелуе…