В зазоре между «было» и «пустое»
густеет воздух, превращаясь в клей.
Мы мерим время меркою простою:
от первых птиц до поздних фонарей.
Но там, где мы чертили мелом грани,
где горизонт срывался в плоский след,
разверзлось то, что не имеет ткани,
в чём ни зазоров, ни делений нет.
Оно стоит — не глыбой, не изваяньем,
а просто сдвигом взгляда по оси.
И кажется нелепым возданьем
желанье вечность в горсти уместить.
Ведь если время — замкнутая смета,
где каждый слог оплачен и учтён,
А то, что «за» — не продолженье света,
а тишина иных, немых времён.
Там нет песка. Там нет окислившийся меди.
Там отрицанье всяческих мерил.
И вечность — лишь последняя из сплетен,
что человек о смерти сочинил.
А выше — то, чему не нужно слова,
где звук разжат и холод закипел.
За краем круга, выжженного, злого —
то, для чего и вечность не предел.
вечность лишь последняя из сплетен, что человек...
© Copyright: Грачев Вячеслав Валерьевич, 2026
Свидетельство о публикации №126012509010
Свидетельство о публикации №126012509010
Рецензии
Время — сильное изменение для людей, но не для понимания. И не каждый человек воспринимает время как нужно. У индейцев и итальянцев опоздания случаются не потому, что они непунктуальны, а потому, что в их мыслях время идёт на час позже. Для них это то же самое, что продолжение, и они считают, что время не летит.
Но там, где нет времени, там и непонимание, насколько всё ценно.
Дмитрий Висляев 25.01.2026 21:45 • Заявить о нарушении
Но там, где нет времени, там и непонимание, насколько всё ценно.
Дмитрий Висляев 25.01.2026 21:45 • Заявить о нарушении