Снегопад

Сугробы множат тишину. И нет
другого способа измерить это,
как цифрами на циферблате. Свет
фонарный множит чёрные предметы.

Зима нам пишет, что попало:
бессмысленные вычурные буквы.
Остановись. Гляди. Ведь это мало
считать, что это снег, а это флюгер.

Падение — не просто падать вниз.
Падение — когда твой след, твой профиль
стирают из пространства, как эскиз
с холста стирает Мефистофель.

Снежинки — как заметки на полях
у древнего, забытого поэта.
Они летят, скрывая смысл в словах,
и запятая в этом тексте – скептик.

И город, что твердил о вечном лете,
теперь стоит, как буква «Т» в тетради,
где снег — чернила – белым цветом
стирает, что увидеть мы не вправе.

Так падает всё, что не могло упасть.
Так время замедляется до точки.
И ты стоишь, не в силах сделать шаг
в снежинках, что ложатся на ладошки,

как будто бы тебя вернули в детство,
где холод был простым и белым словом,
как будто всё вернулось, наконец-то,
к тебе внезапно голубем почтовым.

Но это — не возврат, а лишь изгнание
в тот ландшафт, где от горячего дыхания
остался только дым, а от желаний —
снежинка на ресницах мироздания.