Мотылёк

Лето. Ярко светит солнце. Ныряю в тёмный подъезд. Медленно плыву по лестнице против её течения. Окна на всех этажах распахнуты настежь.

На ступеньке неподалёку от почтовых ящиков лежит коричневый в крапинку большой ночной мотылёк и не двигается. Прикинулся речной галькой, наверное.

Аккуратно и нежно толкаю его краем туфли и приговариваю:
«Просыпайся, Чжуан-цзы!»

Крылатое существо лениво отползает к стене и поднимается по ней на десять сантиметров над плоскостью ступеньки. И, похоже, продолжает дальше видеть мною прерванный сон.

Лето. Ярко светит солнце следующего дня в моё окно. Спускаюсь по лестнице. На втором этаже замечаю, что след китайского знакомого простыл. Подъезд всё также дышит полной грудью, засасывая со двора семена вяза и пыль.

«Надеюсь, он улетел дописывать свой трактат...» – шепчу, улыбаясь, хотя сердце почему-то волнуется.

Лето. Яркое лето через пару часов гонит прочь с прогулки в желанную прохладу и успокаивающий мрак подъезда. Подхожу к двери, открываю её, приложив ключ с чипом к пищащему считывателю.

Из-за угла дома навстречу мне вылетает мотылёк такого же окраса, что и вчера, и садится на правую штанину брюк. Осторожно смахиваю его со словами: «Лети дальше, Чжуан-цзы!»

На сердце становится чуть легче. Но продолжаю сомневаться и размышлять: «Узнал ли я его? Узнал ли он меня?»