Без меня меня родили

Меня, как и вас, никто не спрашивал. Вот так вот в наглую взяли и… родили…гля… и всё…

Это фундаментальный пункт обвинения. Я, чистый, неиспорченный потенциал, идея в стадии пре-альфа-тестирования, был безмолвно вовлечён в проект под кодовым названием «Наша Семья».

Основание для запуска? Момент, который наука вежливо называет «зачатие», а я — грубым, ничем не санкционированным слиянием хромосом без моего письменного информированного согласия.
В тот самый миг, когда два набора генетического кода постановили создать третий, уникальный, моя судьба была предрешена без возможности апелляции. Началось! Бля!

Мать, если верить её дневникам (а они у меня есть, я рылся в шкафу), восприняла новость о моём существовании как личное оскорбление вселенной.

Она была измотана, жила в хаосе распакованных коробок, с мужем, у которого от нервного расстройства дрожали руки, и двумя другими «проектами» дошкольного возраста.

Финансы пели романсы, карьера стояла на паузе. Мысль обо мне заставила её разрыдаться от усталости.

А папан, судя по всему, был в тот момент и не только мысленно на чемпионате мира по футболу.

Идеальные условия для старта новой жизни, не правда ли? Это был не план. Это был ошибочный клик в биологическом интерфейсе, «косяк», как она сама позже выразилась.

Моя пренатальная жизнь прошла под аккомпанемент материнских гормонов стресса, что, как известно любому уважающему себя психологу, является отличным стартовым капиталом для будущей личности.

Я был не просто плодом. Я был угрозой образованию, карьере, финансовой стабильности и душевному равновесию. Я — ходячее (пока в начале ползающее) воплощение «неуверенности в завтрашнем дне» и «ухудшения жилищных условий».

Ирония в том, что я был частью глобальной статистики. Я — тот самый «каждый пятый» нерождённый, которого мир не может себе позволить.
Не потому что не хочет, о нет. Хотят. Но «высокая стоимость воспитания», «нестабильность на рынке труда» и «отсутствие доступного жилья» встают на пути великого плана «Продолжения Рода». Гля!

Государства потом будут ломать голову над демографическими ямами, предлагать единовременные выплаты, а суть проста: меня не просили.
Я — живое (теперь уже да) следствие того, что ООН дипломатично называет «отсутствием выбора». Выбор был у них. У меня его не было.

Родившись, я автоматически перешёл в категорию «проблемы, требующей решения».
Перспективы, согласно исследованиям, были так себе: повышенные шансы на худшую успеваемость в школе, психологические проблемы и правонарушения в сравнении с теми, кого ждали.
Моя мать рисковала заполучить послеродовую депрессию, особенно учитывая, что наш быт напоминал коммунальную квартиру, а доход на члена семьи боролся с прожиточным минимумом.
Отношения родителей, и без того натянутые, под давлением моего крика и памперсов могли окончательно испортиться.

И тут началось самое интересное — воспитание. Вариантов было два, оба ужасны.

Вариант А: «Отвержение». То есть моё существование игнорировали или терпели как неизбежное зло. Это, по словам психологов, верный путь вырастить агрессивного, асоциального человека, вечного члена уличной банды, жаждущего хоть какого-то внимания.

Вариант Б: «Недисциплинированная любовь». Когда из чувства вины («мы же тебя не ждали, бедняжка») мне позволяли всё.
Этот путь ведёт к вакууму, к ребёнку, который «не знает, что правильно, а что нет», избалованному эгоисту. Ловушка 22-го уровня. Взрослые, не готовые к родительству, либо калечат пряником, либо кнутом.
А кто всё это расхлёбывает? Правильно. Я. Моя будущая терапия, мои неудачи в отношениях, мои искажённые представления о мире.

И вот тут история, к моему глубокому разочарованию, делает подлый кульбит и финт ушами.

Вместо того чтобы стать статистической единицей провала, я… стал «источником сладости, любви и мира».

Да-да. Та самая незапланированная беременность, начинавшаяся с рыданий и ужаса, обернулась самым спокойным годом в жизни семьи.

Папе вдруг нашли лечение, он смог меня держать на руках. Обнаружилось небольшое наследство, снявшее остроту финансового вопроса.

Мать смогла бросить работу и просто быть матерью. Я, к досаде всех пессимистичных прогнозов, оказался «саморегулирующимся» ребёнком, которого «нужно было поправить только один раз».
Мои старшие брат и сестра, вместо того чтобы ревновать, назвали меня «святой в семье».

Это возмутительно. Это нарушает все законы драматургии и социологии. Мне отведена роль трагического героя, жертвы родительского эгоизма и социальной неустроенности, а я вынужден играть роль удачной случайности, «божьего промысла».

Вместо благородного бунта против несправедливости мироустройства я вынужден испытывать… благодарность?
Это ловушка. Гениальный ход системы. Тебя рождают без спроса, обрекая на расхлёбывание последствий чужих решений, а потом подкидывают тебе немного счастья, семейного тепла и любви, чтобы ты не мог с чистой совестью предъявить счёт.

В итоге: я жив, здоров и, кажется, любим. Но я буду знать. Я всегда буду знать, что моё существование изначально было вопросом, на который никто не удосужился получить мой ответ. И эту чашу, под названием «жизнь», расхлёбывать, в конечном итоге, буду я. С ироничной улыбкой и лёгким сарказмом. Потому что другого выбора мне, как обычно, не оставили. Селяви!
Если б знали что тут ждёт до того как, здесь было б пусто… или как?



Благодарю за понимание! Заглядывайте ещё! Подписывайтесь! Лайкайте! Репостуйте! Берегите себя! Не всё потеряно!

Сбор здесь, на сём канале попаданцы - это другое, прям и здесь и сейчас обязательно, пока не забыли, подпишитесь, толи ещё будет...

https://vk.com/public_ant_hag